Чтение онлайн

Пожилая степенная пассажирка, тем временем, достала небольшой контейнер из дорожной безразмерной сумки. Открыв его, она наполнила зал ожидания восхитительным ароматом свежеиспеченных ванильных блинчиков. Маленькие дьяволята, превратившие ожидание рейса в ад для других людей, тут же прискакали к решившей подкрепится, старушке.

– Я возьму один! – грубым, совершенно не детским, противным голосом, быстро потребовал веснушчатый мальчишка, кулаком размазывая зеленые сопли, потекшие с его остренького лисьего носа.

– Я тоже хочу!
– тоненьким, словно пилА голосом, пропищала его подбежавшая сестричка и громко чихнула, разбрызгивая микробов, прямо в коробку на блинчики.

Отец опустил голову еще ниже, будто бы хотел попасть по ту сторону экрана спасительного смартфона.

– Конечно, угощайтесь. – брезгливо скривилась старушка.

Грязными руками, которыми они перетрогали все поверхности и выступы зала ожидания, и Бог знает, чего еще, дети быстро поедали исходившие ароматом блинчики, не оставляя ни одного, для щедрой старушки.

С превеликим отвращением я наблюдала за этой сценой. Мне припомнились месяцы работы с такими же сатанятами в Лог-Анджелесе. Слава судьбе, что мне больше никогда не придется возиться с чужими детьми! И почему родители их совершенно не воспитывают? Что та семья, закрывала глаза на все безобразия, перекладывая воспитание и общение с детьми на мои плечи, что эта… Будь моя воля, я бы ух... наподдавала им! Нам с Денисом и в голову бы не пришло вести себя так в детстве в общественных местах.

Тем временем, ребята доели добычу и возобновили игрища. Брат никак не мог настигнуть сестру, та, убегая и вереща, метнулась в мою сторону. Упав прямо ко мне на колени, оцарапав кожу новых, купленного вчера ботинок, она, жирными руками вцепилась в пальто кофейного цвета, оставив отвратительные пятна на светлой ткани. Следом за ней, на меня рухнул её братец, мазнув сопливым носом рукав, и зажирнив пальто еще больше. Обалдевшая от крайней степени наглости ребят, я резко встала, скинув с себя сатанят, и направилась сдавать багаж. Было ужасно жаль новых купленных дорогих вещей, стоимость которых мне никто не собирался возмещать.

Подойдя к стойке регистрации, всё еще возмущенная отвратительным поведением спиногрызов, я протянула паспорт улыбающейся девушке и краем глаза заметила какое-то волнение и резкое движение не далеко от себя.

Тут же раздались выстрелы. Воцарилась паника, завизжали голоса, некоторые пассажиры попадали как подкошенные. Расстреливая всех вокруг, преступник в маске быстро продвигался в мою сторону. Загипнотизированная всем происходящим, я с трудом скинула с себя оцепенение и заметила неожиданно выбежавшего к стрелку ребенка. Отец дьяволят, смог схватить в охапку лишь дочь, мать, укрывала собой чадо в слинге. Мальчишка же, не понимая, что твориться вокруг, метнулся в сторону стрелка.

Мое тело, среагировало быстрее, чем мозг. Я сама не поняла, в какой момент бросилась на мальчика, закрывая его собой от выстрела. Пуля обожгла мне спину, я почувствовала боль, и то, как уплываю, куда-то за грань этой реальности.

На этот раз лабиринтов не было. Было темно и тихо. Словно в космосе, в невесомости, моя душа падала в бездну, и падению этому не было конца. Я не помнила ни, кто я, ни своих близких.

– Кто я? – начала задавать себе вопросы. – Я Катя. Я жива? Вроде жива. По крайней мере – я мыслю. Но почему так темно вокруг? И тело… у меня его нет. Нечем пошевелить. Лишь сознание, мысли… Неужели я все же того самого? Нет, я не хочу умирать, мне еще так много всего нужно сделать, написать, сыграть, полюбить…

– Твоя земная жизнь закончилась – раздался тихий голос посреди бездны.

– Нет… пожалуйста – взмолилась я. Здрасьте, приехали! Похоже, я допрыгалась. – Я должна вернуться обратно.

– Как ты собираешься возвращаться? – твоё тело прострелено, пуля пробила лёгкое. С таким не живут.

– Я не хотела умирать… вообще-то. Я нечаянно.

– Зачем тогда бросилась спасать мальчишку?

– Не знаю… - в черной бездне невозможно было солгать, - поэтому я добавила, - если бы было возможно всё изменить, то я бы спряталась, не стала бы спасать жизнь этому отвратительному кхм дьяволенку. Я вообще ненавижу детей… особенно таких…

– Тебя уже несколько раз возвращали на землю, давали шанс, наделяли сверх способностями… буквально вкладывали сюжеты в твою не слишком умную голову, а ты так и не на шаг не приблизилась к своей мечте. Так может и не нужна тебе эта цель? Может, он, совсем не тот, кто тебе нужен? Смотри, вон она – дверь в вечную жизнь.

Створка, возникшая в пустоте, манила неземным ярким светом, оттуда веяло спокойствием, умиротворением, и моя душа как мотылек, завороженная сиянием, полетела было, туда, но остановилась. Передо мной возник яркий образ кумира.

– Нужен! – выкрикнула я, - Последний шанс. Дай мне его. Я сделаю всё возможное и не возможное.

Снова боль и рвота. Опасения за свою вменяемость и писк приборов. Очертания больничных стен, проступавшие сквозь мрак бездны. Доброе лицо доктора Залепилли, склонившегося надо мной и говоривший с любовью и тревогой голос:

– У тебя традиция да? Каждый год во время зимнего Равноденствия, ты непременно хочешь видеть меня, и ищешь любые причины, попасть в реабилитационный центр? Может, номерами обменяемся? Так легче будет, и здоровьем рисковать не нужно.

Я слабо улыбнулась иронии врача и выдала ему ответ сиплым голосом:

– Каждый год, тридцать первого декабря, мы с друзьями ходим в сауну…

– Что? – ВЗАшник не мог знать культовой версилонской комедии, а потому не смог в полной мере оценить юмор пациентки.

– Ничего, забудьте… Долго мне еще тут валяться?

Залепилли крякнул с восхищением:

– Долго? Да я тебя вообще теперь отсюда не выпущу. Что ты за человек – катастрофа вообще? Такого просто не бывает – и машиной ее давили, и ножом резали, теперь вот легкое прострелили… что дальше? Сожжение? Авиакатастрофа? В океане тебя утопят или с небоскрёба скинут?

– Голос сказал мне, что если я в этот раз не добьюсь своей цели, то в следующий – умру по-настоящему.

Залепилли скептически посмотрел на меня.

– Под общим наркозом, голос еще и не то скажет… Операция шла несколько часов. Удивительно, но ничего серьёзного по ходу её не обнаружилось. Пулю извлекли, ткани сшили… Через месяц будешь как огурчик. Регенерация у тебя смотрю, прям как у Росомахи, обернутого покрывалом Левкотеи.

– Каким каким покрывалом?!

– Не бери в голову! – махнул на меня врач, - Отдыхай!

События, произошедшие в аэропорту, а также пригрозивший мне в наркозном опьянении голос, произвели на меня глубочайшее впечатление. Я осознала, что жизнь одна, и она происходит здесь и сейчас, а не в каком-то отдаленном будущем. Хватит мне уже быть пассивным зрителем собственной судьбы. Пора ее, судьбу, брать в свои руки, а не ждать у моря погоды.