Чтение онлайн

Цель? Трудно подумать какое может быть еще применение для замороженных котлет?

Группа крови? Ну, если только в случае пореза повара об лопатку, потери сознания и крови, то администратор, имея в шкафу несколько пакетов с разными группами крови, окажет первую помощь. Хотя после вчерашнего дня стало ясно, что о подобной милости и мечтать не следует.

Номер паспорта? Возможно, необходимо ввести, на случай, если повар затолкает несколько драгоценных котлет себе в штаны и попробует скрыться с ними за границей.

Все вопросы были по-своему бессмысленны. Но, увы, с администратором не поспоришь. Ричи не торопясь подходил к кабинету, и не успел постучать, как рука его остановилась в сантиметре от двери. По ту сторону он услышал голоса Аманды и Розенберга. И, судя по интонации голосов, беспокоить их не следовало. А через расщелину в двери все было и без того хорошо видно. Ричи тихо отошел от двери и вышел на улицу. Ветер ударил в лицо, воздух был свеж, а солнце не сильно обогревало кожу. Но он в своей ненависти ничего не замечал. Ричи со всей силы пинал почтовый ящик, бил руками, коленом, а когда устал, начал колотить его палкой. Звуки гремящего ящика доставляло ему если не удовольствие, то, по крайней мере, успокоение. Но удары спокойнее не становились. Каждый удар сопровождался ругательствами в адрес Аманды и своей никчемной жизни. Но тут неожиданно на плечо Ричи легла чья-то рука, со словами:

– Успокойся мужик, на, вот, закури, – протянув сигарету, произнесла незнакомка. Голос ее был добр, переполнен сочувствием, и в то же время он был твёрд и серьёзен.

Ричи медленно оборачивался, взгляд его был безумен, глаза выпучены, брови сомкнуты, а зубы оскалены. Сам он увидел симпатичную девушку лет двадцати пяти в темных очках и бандаме, черные волосы были убраны в аккуратный хвост. Ричи взял сигарету и с каждой затяжкой медленно, но верно приходил в себя. Незнакомка молчала. Они вместе облокотись на стену и молча курили. Вместе с незнакомкой стояло еще двое парней, они одеты примерно также как и она. На всех были кожаные, толстые безрукавки, темные очки, тяжелые ботинки и камуфляжные штаны.

– Так, что стряслось?

– Всё достало, все достали, жизнь, работа, коллеги, – с холодной злобой отвечал Ричи.

– Никогда бы не подумала, что ты так изменишься, с каких пор ты превратился в такого мизантропа?

– Мы были знакомы?

– Да Ричард, мы были знакомы, – девушка приспустила очки и взглянула Ричарду прямо в глаза.

И тут он, присмотревшись, понял, что это вовсе не незнакомка, это никто иная как:

– Стелла?

– Собственной персоны! – воскликнула давно потерянная подруга, раскинув руки.

Ричи ринулся обнять ее и похлопать по спине. За эти годы она заметно расцвела. Та девчушка, что вместе с нами носилась по улицам, превратилась в прекрасную девушку.

– Сколько лет?

– Кажется, вечность не виделись.

– Как поживаешь?

– На подъёме! Ты-то как?

– Ну, как видишь, готов зубами рвать почтовый ящик.

– Ясно. Тебе, наверное, на работу надо. Давай, я сегодня за тобой заеду, во сколько заканчиваешь?

– В шесть.

– Хорошо, жди.

Они не прощались и разошлись. Ричи вернулся обратно на кухню. Где столпились, клиенты, ожидая заказы. Тут как тут Розенберг с воплями:

– Тебя где черти носят?!

Ричи был в приподнятом настроении и его никак не волновали ни слова не интонация, с которой Розенберг поливал Ричи слюной.

– Я вышел воздухом подышать, только и всего. Отдохнувший работник – деловой работник. Мне так будет легче работать, да и качество продукции улучшится. Гарантирую.

Розенберг намного растерялся от такого напора, ведь прежде Ричи только оправдывался.

– Ну, давай. Деловой работник.

Тем же растерянным голосом вымолвил Розенберг. Ричи принялся жарить котлеты в темпе и качестве, значительно превышающем его предыдущие показатели. Не успел и глазом моргнуть, как рабочий день закончился, и было пора собираться. Он быстро собрал вещи, выключил плиту и вышел на улицу. Долго ждать не пришлось, Ричи увидел Стеллу, шагающую от стоянки к входу.

– Привет еще раз.

– И тебе привет, подвезти?

– Не обязательно. Я на велосипеде.

– А где он?

– Ну...

Ричи стал искать взглядом на месте, где он припарковал велосипед. На его месте остался только обрезанный кусок противоугонного троса.

– Черт. Угнали…

– Тогда у тебя нет выбора, – усмехнулась Стелла и повела его в сторону своего транспорта.

Увидев его Ричи начал пускать слюну. Перед ним стоял Harley Davidson 75-го года в отличном состоянии. Корпус так и сверкал хромированными деталями.

– Четыре колеса возят тело, а два - душу. Я его выкупила на распродаже. Этот кретин даже не знал что у него в руках. С двигателем пришлось повозиться, но я не жалею.

Ричи так и находился бы в состоянии прострации, если бы его окликнула Стелла.

– Давай, запрыгивай.

И Ричи залез на мотоцикл. Она повернула ручку, и было ощущение, что под сидением зарычал дикий зверь. Мгновение спустя они тронулись с места. Ветер был силен, казалось, что кожа с лица была готова забраться на затылок. За считанные минуты они добрались до дома Ричи. Стелла припарковала своего коня, и они прошли в дом. Она внимательно смотрел по сторонам. В углах лежали мешки с мусором, на кухне горы немытой посуды, на стене какое-то странное пятно. Ричи тем временем расположился на диване, а Стелла не торопясь ходила по дому и рассматривала обстановку.

– Вижу, у тебя тут нечего не изменилось за последние пятнадцать лет.

– Да, все никак не нахожу времени прибраться, – почесывая затылок оправдывался Ричи.

– Ясно все с тобой, – улыбнувшись, сказала Стелла.

– Ну, так как дела? Чем живешь?

– Эм… с чего бы начать?

– Давай сначала.

– Ну что ж, после смерти матери с меня было снято основное давление, и я серьезно стала задумываться над вопросом "свободы". Я начала понимать, почему столько людей билось и умирало во имя свободы, я осознала всю ее ценность и, пожалуй, это и было самое важное в моей жизни. Учителям было непривычно видеть, как главная отличница уличает их во лжи и несправедливости. Постоянные бунты, противостояния и ругань с учителями, что не знали своего предмета. Противостояние против формы, против правил о запрете ношения серёжек у парней, нанесения татуировок. Но, все же, они нашли в себе силы вытерпеть меня и выпустить из школы. Естественно я им мешала, быдлу нельзя дать прозреть, но на фоне моей успеваемости ко мне не могли придраться, а в стране есть свобода слова. И вот, выйдя из школы, я искала место, где буду услышанной. Очень удачно на одном из рок-концертов я познакомилась с Брэдом и Алленом. Выяснилось, что они собирают группу, оба выпускники одной музыкальной школы. Редкие экземпляры. После окончания школы не закинули свои инструменты пылиться в гараже. Друзья с детства, хотя очень разные. Брэд неплохо владеет барабанами, а Аллен отличный басист. Ты их сегодня видел, ну так вот, они дали мне номер одного типа, и я начала учиться у него игре на гитаре. Мало по малу мы переигрывали чужие песни, но когда попробовали сочинить свою, народу она, почему-то, не понравилась. Хотя позднее, взглянув на текст, я и сама поняла, что он получился туповатым. По сей день, играем в клубах, такой бред правда приходится играть, все в угоду клиентов. Но зато связи появляются, да и опыта заодно набираемся. Так я заработала себе на Harley. И тут в один прекрасный день, зайдя перекусить, я застала какого-то несчастливого типа избивающего почтовый ящик.

– Ну, твое явление было как нельзя кстати. Я вот вылетел из школы, теперь здесь работаю. Тяжело, но не жалуюсь.

– Ага, скажи это тому ящику.

– То был исключительный случай.

Ричи отвел глаза в сторону, голос немного поник.

– Да? И что в нем такого исключительного? На работе ты уже давно, а квартиру за тебя никто не мог захламить.

– Дело в девушке.

– А, ну распространённый случай. Что изменила что ли?

– Не совсем, мы не встречались.

– Тогда в чем дело? Она свободная женщина, и способна сама выбирать себе партнера. Сам вовремя не приударил.

– Так я и был первым, кто проявил инициативу. Первый высказал ей о своих чувствах. А она относится ко мне как другу.

– Это та блонди, что работает вместе с тобой?

– Какая догадливая.

– Не без сарказма, как говорится, – Стелла закатила глаза. – На вид не шибко умная. А ты уверен, что это были чувства? Наверняка тебя только тело ее и зацепило. А к телу не может быть чувств. Только симпатии. Раз так, то тебе тем более не о чем было беспокоиться. Держа рядом человека, которому ты не нужен, твоя симпатия превращается в серьезное заболевание. Того и глядишь скоро у тебя появиться идея набить татуировку с ее именем.