Чтение онлайн

— Когда же вы кончитесь, — в сердцах пробормотал Шкет, выкладывая новую партию мокрой бумаги. Деньги перестали для него быть деньгами, а превратились в мокрую бумагу, которую необходимо срочно просушить.

Только под утро он совершенно измотанный монотонной работой сложил аккуратные свёртки купюр, завёрнутых в морские карты. Другой бумаги на баркасе он не нашёл, а заворачивать в мокрую кожу не хотелось. Спрятав мешок в тумбу с овощами, завалился на кровать и попытался уснуть. Кот стал царапать дверь, требуя его пустить домой, после ночной прогулки. Пришлось Шкету открывать дверь и под пристальным взглядом кота положить в миску, с кривой надписью «Корнелиус», кусочки мяса, накромсав их от куска окорока.

— А ты жрёшь не по средствам, — буркнул Шкет, но Корнелиус на его слова только дёрнул одним ухом, типа отвяжись, и продолжал есть.

Упав на кровать, Шкет отключился на полдня. Только громкий разговор на мосту заставил его проснуться и вспомнить про то, что необходимо появиться в участке. Работа есть работа, прогуливать ему не хотелось, так как она для него была единственным источником дохода. Сидеть на шее у мамы не хотелось, а деньги нужны. Пришедшая в голову мысль о деньгах, сразу всколыхнула работу его мозга. Шкет быстро стал проверять, на месте ли мешок с деньгами. Мешок обнаружился на месте и у Шкета возникло желание взять немного денег на свои нужды. Правда, это желание сразу наткнулось на преграду в виде того, что деньги то не его. Поразмышляв ещё немного, потеребив довольно объёмный свёрток с деньгами, с раздражением бросил деньги обратно в мешок и задвинул их ещё дальше.

— Искушение слишком велико — протянул Шкет, — надо выяснить у Барри, откуда такие деньжищи!

Он повернулся на шорох и посмотрев на кота задал ему вопрос:

— А ты не знаешь, откуда деньги?

Естественно ответа не последовало. Корнелиус только потёрся о штанину, выпрашивая угощение.

Барри

В это время Барри находился у Камиллы. Отчитывался о ночном наблюдении за Айгором Лексом.

— Под утро, едва солнце поднялось над горизонтом, Айгор вышел из дома и направился к ипподрому. Не к самому ипподрому, а к прилегающим конюшням. Через какое-то время туда стали приезжать довольно известные люди, в основном дворяне. О чём они толковали с Лексом мне не известно, но выезжали довольно скоро и многие были расстроенные. То есть разговор был коротким и неприятным. Потом мальчишка-коневод выбежал с каким-то поручением. Довольно быстро в конюшню приехала какая-то дама. Я сначала подумал, что это Нинель, только нарядов таких у неё никогда не было. Эта дама была одета в костюм для верховой езды как состоятельная дама высшего света. Вслед за ней приехал Али-духанщик. В длинном плаще и широкополой шляпе, закрывающей всё лицо. Но я подсмотрел, это точно был он. Разговаривали они около часа. После этого Лекс и Али-духанщик быстро вышли из конюшни и уехали в неизвестном направлении.

Мне стало интересно, а дама что? Осталась в конюшне? Пробрался в конюшню и стал осматриваться. Кроме лошадей на конюшне никого не было. В самом дальнем стойле обнаружил Али. Духанщик был убит выстрелом из самострела прямо в сердце. Стрела прошла на вылет, даже на стене обнаружилось немного крови. Самой стрелы не нашёл. Мне стало страшно, что если меня найдут возле тела убитого, то посчитают меня убийцей. Собрался по быстрому и прибежал сюда. Поплутал немного по городу для верности, конечно, а вдруг кто и за мной следил.

— А дама? Куда она подевалась? — Камилла с интересом слушала рассказ и стала задавать вопросы для прояснения.

— Дама как в воду канула. Выход из конюшни просматривался хорошо, она не могла уйти незаметно.

— Подожди! Ты говорил, что Лекс уехал вместе с Али. — Камилла задумчиво взяла ложечку и помешав уже порядком остывший кофе стала её обсасывать, — С Айгором был кто-то, кто надел его шляпу и плащ. Может это была дама?

— Коляска закрыла почти весь обзор, я не мог рассмотреть их хорошо. Может и дама, а может ещё кто-то.

Камилла звякнула ложечкой о блюдечко, посмотрела в пустую чашку и встала из-за стола.

— Интересно, интересно! Получается, что Айгор провёл какие-то переговоры с влиятельными людьми. Эти переговоры прошли совсем не так как хотел Айгор и он вызвал Али. А зачем он вызвал даму? Вот вопрос.

Камилла походила по комнате и размышляла. То что-то шептала, то начинала разговор с невидимым собеседником. Барри, уставший за ночь, согрелся и незаметно уснул.

Разбудил его под вечер Шкет, который вёл себя немного странно. Внимательно смотрел на Барри, ожидая каких-то слов, не мог усидеть на месте.

— Случилось что-то? — через зевоту спросил Барри и потянулся. — Как навалилось дел, и что примечательно так то, что это дела не мои. Заметь, друг, твои дела. Это ты служишь в полиции, а не я.

— Я переставил баркас ближе к мосту. Меня попросила девушка.

— Надеюсь не слишком близко, а то я не люблю, когда заглядывают в иллюминатор.

— Всего на пару метров, правда пришлось доставать кормовой якорь, — сказал Шкет и внимательно посмотрел на Барри.

— Ну, достал, так достал. Потом забросил обратно, наверное. Не страшно.

Шкет продолжал внимательно смотреть на Барри.

— Ты ничего мне не хочешь сказать?

— Только то, что ты меня слишком рано разбудил. Да и князь приезжает только завтра.

— Да ты не понимаешь, наверное. Я достал кормовой якорь.

— Я понял тебя. Якорь достал, баркас переставил, якорь вернул обратно на дно. Что тут непонятного. Надеюсь, Корнелиуса покормил? А то он меня уже скоро и узнавать перестанет.

Шкет как-то расслабился и стал смотреть менее подозрительно. Потом он решился и выложил всё как на духу.

— Я из-за тебя всю ночь не спал! Работал как проклятый! Руки-ноги отваливаются от усталости, а ты говоришь ничего страшного.

Барри окончательно перестал понимать, что говорит друг.

— Это я работал всю ночь! Не спал, следил и рисковал своей жизнью. И всё ради тебя. Может, в голодное время угостишь друга, не дашь умереть страшной смертью.

Шкет неожиданно понял, что Барри ничего не знает про мешок и деньги. Сразу засосало под ложечкой и захотелось прикарманить деньги себе. Однако он пересилил себя и сказал:

— За якорь зацепился какой-то мешок.

— На дне много всякого барахла, наверное течением принесло. Помнишь, как ты поймал мешок с наркотой? Сколько тогда барахла натаскал на палубу до этого. До сих пор Корнелиус обходит то место стороной. Сбросил обратно в реку и всех делов-то.

— Там было ценное кое-что.

Вот тут и вздрогнул Барри. Удивлённое лицо сказало всё. Шкет протянул:

— Значит всё-таки это твой мешок?

Барри закашлялся и начал краснеть. Слова не хотели выходить из него, но он стал рассказывать всё другу. Про лошадей и допинг, про отсутствие денег, про набег полиции на Али-духанщика и про злополучный мешок.

— Если Али узнает, то тебе не жить, — констатировал Шкет, на что Барри выдал.

— Али уже остыл и лежит, наверное, в морге.

Настало очередь удивиться Шкету.

— Дела-а-а!

— А то.

— Что делать будем?

— А ничего. Подождём и поделим.

После этих слов они замолчали и стали смотреть друг на друга.

— И возьмём в долю Жерома.

— И Камиллу.

— Ну, тогда и Нинель тоже возьмём.

— А не жирно тебе будет? Ты на ней женишься, у вас будет в два раза больше, чем у других.