Чтение онлайн

— «Комиссия» проявляет осторожность не просто так, и мы скорректируем наши планы соответствующим образом.

— Поговорим завтра, — говорит Дарио, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в щеку.

— Все прошло хорошо с Массимо? — шепчет мне на ухо Николина.

— Твой совет был полезен, — отвечаю я негромко. — Он ведется, но я все еще в ужасе. Мне до сих пор неловко.

— Все будет хорошо, — говорит моя подруга. — Главное верь в это.

— Он упомянул Анаис и Круза, и я узнала несколько интересных вещей. Объясню, когда мы окажемся в безопасном месте.

— Он знает, что ты в курсе о слежке?

Я качаю головой.

— Лучше, чтобы он не знал. Мы сможем обдурить его частного детектива, и он ничего не узнает.

Я все еще раздражена тем, что его человек сфотографировал нам с Анаис. Это могло бы обернуться катастрофой, если бы мы не придумали план или если бы Массимо позвонил Салерно, но он этого не сделал, потому что не чует подвоха. Но я предполагаю, что он недолюбливает Круза. Меня бесит, что мой шурин не рассказал мне всю подноготную, когда я сообщила ему, за кого выхожу замуж, и я намерена выяснить, почему.

— Нам пора, — говорит Дарио, мотнув головой.

— Езжай осторожно, — я обнимаю свою подругу и смотрю, как она забирается в машину вместе с мужем. Ренцо отходит в сторону, инстинктивно понимая, что мне нужно поговорить с ним. — В чем твоя проблема? И не говори: «Массимо», потому что я знаю, что это нечто большее, — говорю я.

— Я беспокоюсь о тебе, — Ренцо кладет руки мне на плечи. — Мы отклонились от курса, и у меня не очень хорошие предчувствия. Я думаю, что тебе нужно все пересмотреть.

— Мы не можем обсуждать это здесь.

Я с тревогой оглядываюсь по сторонам.

Знаю, что у Массимо по всему поместью расставлены люди, но пока я никого не видела, значит, они осторожны, а это не очень хорошо для нас.

— Я нашел место, и через пару дней оформлю документы, — шепчет он.

— Хорошо. Чем быстрее, тем лучше.

— А что насчет другого вопроса?

— Назначь встречу, но не в обычном месте. Где-нибудь вдали от проторенных дорог.

— Считай, что дело сделано, — он поворачивается, чтобы уйти, но останавливается. На его лице мелькает не поддающаяся определению эмоция. — Я не доверяю ему, Рина. Я знаю, ты думаешь, что это ревность, но нет. Он что-то скрывает.

— А разве мы не скрываем?

Мафиози не отличаются прямотой и честностью в делах. Все в той или иной степени теневики. Все хранят секреты. Я, безусловно, виновна по обоим пунктам.

— Просто будь осторожна. Я вижу, как вы смотрите друг на друга. Не дай ему соблазнить тебя ложным чувством безопасности.

— Если кто и будет соблазнять, то только я, — обнимаю его, потому что чувствую, что ему нужна уверенность. — Ты знаешь, что я хороша в этом.

— Я видел тебя в действии, моя донна, — говорит он, высвобождаясь из объятий. — Я не сомневаюсь в твоих навыках, но Массимо — это совсем другой зверь. Грозный враг и тот, с кем у вас химия. В этом его отличие от других мужчин. Будь с ним особенно осторожна, Рина.

— Буду. Обещаю.

Пока стою и смотрю, как мои друзья уезжают, не могу не задаться вопросом, а не прыгнула ли я выше головы в плане своих способностей.

Глава 18

Массимо

— Как поживают синие яйца? — спрашивает Фиеро, когда мы сворачиваем дела на набережной и готовы отправиться в главный офис на Манхэттене.

— С каждым днем становятся все синее, — признаюсь я, выключая Макбук и убирая его в сумку. — Клянусь, у меня будет хроническое растяжение сухожилий, если я еще раз подрочу.

Из груди Фиеро вырывается смех.

— Я не знаю, как можно лежать рядом с такой сексуальной задницей ночь за ночью и не наброситься на нее.

А-то я не знаю. Прошла неделя с нашей свадьбы, и я уже на волоске от гибели цепляюсь за рассудок.

— Я обещал, что не буду ее ни к чему принуждать, и она должна сама сделать шаг. Тогда я откажу ей, отплачу той же монетой, пока каждый из нас не потеряет терпение, и тогда все произойдет само собой.

Вся эта хрень с контрактом — просто так. Я добавил этот пункт только для того, чтобы вывести ее, и потому, что это ожидаемо при таких договоренностях. Но это не те отношения, которые я хочу иметь со своей женой. С каждым днем я все больше и больше влюбляюсь в нее, даже если она все еще остается загадкой и держит меня на расстоянии.

— Я могу прийти и подлить масла в огонь, если хочешь, — Фиеро ухмыляется, поднимаясь со стула. — Если понадобится третий лишний.

Этот наглый ублюдок и близко не подойдет к моей жене.

— Ни единого чертового шанса. Я уже сказал тебе, что не собираюсь делиться ею.

Когда речь заходит о Катарине Греко, у меня появляется нехарактерная собственническая ярость. Я замечаю внимание, которое она привлекает, когда мы вместе, и сразу же злюсь. Я убью любого, кто к ней прикоснется. В этом я уверен.

Когда мы поднимаемся на лифте на крышу, где нас ждет вертолет, на моем дополнительном телефоне раздается сигнал входящего вызова.

— Иди вперед, — говорю я Фиеро, когда двери лифта открываются. — Мне нужно ответить.

Прижавшись спиной к стене рядом с лифтом, я наблюдаю, как мой приятель идет по крыше к вертолету, а затем отвечаю на звонок.

— Я в отставке, — говорю, прежде чем собеседник успевает заговорить.

— У нас проблема, — говорит мужчина с властным, сильно акцентированным голосом.

— Мне все равно. Я выполнил свою работу, как ты и просил.

— Возникло неожиданное осложнение.

— Так разберись с этим.

Тяжелый вздох проносится по линии.

— Если проблему не удастся решить, тебе придется вернуться и все исправить.

— Тогда решай проблему, — говорю я сквозь стиснутые зубы, прежде чем повесить трубку.

— Проблемы? — спрашивает Фиеро, когда я забираюсь в вертолет рядом с ним.

— Может быть, — пристегиваюсь, пока пилот запускает двигатель. — Возможно, мне придется вернуться в Берлин ненадолго.

— Дай знать, если я смогу чем-то помочь, — говорит он, когда мы поднимаемся в небо.

***

— Где ты научилась стрелять? — спрашиваю я Катарину, когда мы выходим из тира через боковую дверь. Она чертовски хороший стрелок с наметанным глазом, твердым пальцем и точным прицелом.

— Отец научил меня, когда я была подростком, — говорит она, перекидывая сумку через плечо.

Не спрашивая, я выхватываю у нее из рук сумку и перекидываю ее через свое плечо вместе со своим рюкзаком. Она останавливается, кладет руки на бедра и пристально смотрит на меня. Ее облегающие черные брюки и топ прилегают к телу как перчатка, подчеркивая каждый изгиб. Весь час, пока мы тренировались, мне приходилось поправлять полу-стояк в штанах, потому что видеть, как моя сексуальная женщина управляется с оружием так, будто рождена для этого, — дико возбуждает.