Чтение онлайн

За ним следует пронзительный крик и «Калеб!», произнесенное слишком знакомым голосом.

Я без колебаний открываю дверь и врываюсь внутрь. Калеб Аккарди склонил мою сестру над столом, ее платье задрано до бедер, а голая задница выставлена на всеобщее обозрение.

— Свалите, — рявкает Калеб, на мгновение поворачивая голову в нашу сторону, когда я пересекаю комнату в сопровождении Массимо.

Невероятно. Он вообще не уважает правила, и если будет продолжать в том же духе, то ему повезет, если он доживет до двадцати одного года.

— Какого черта, ты делаешь? — кричу я на Анаис, когда подхожу к ней. Она прижимается всем телом к столу, а Калеб продолжает трахать ее, кряхтя и постанывая, засовывая свой большой член в ее киску.

— На что похоже? — парирует Калеб. Он поворачивается к Массимо. — Чувак, серьезно. Уведи отсюда свою жену. Это не ее дело.

— Да, отвали, — выдыхает Анаис в перерывах между стонами.

— Вас убьют, — говорю я, не обращая внимания на их протесты.

— Ты не можешь трахать жену будущего дона, — Массимо пытается урезонить Калеба. — Это самоубийство.

Трудно что-то до них донести, когда они все еще трахаются у нас на глазах.

— Старик, держись подальше от дерьма, которое тебя не касается. Ты не знаешь, о чем говоришь.

Я с трудом сдерживаю улыбку от слова «старик» и мрачного выражения лица Калеба, когда он говорит эти слова моему мужу.

— Господи Иисусе.

Мы все поворачиваемся, смотря на новоприбывшего. Калеб тихо ругается, когда Лео врывается в комнату, как разъяренный ураган.

— Держись, шлюха, — Калеб впивается пальцами в бедра Анаис, ускоряя темп, врываясь в нее как сумасшедший. — Сейчас будет быстро, благодаря этим обломщикам.

Это действительно нужно увидеть, чтобы поверить. Он неуважительный мудак, который всерьез мечтает о смерти. Я признаю, что он чертовски привлекателен, если кому-то нравятся блондины с явными недостатками. Как Анаис может позволять ему так с ней обращаться? Очевидно, что Калеб использует ее только для секса и для того, чтобы давить на Круза, всячески нарушая установленные правила. И еще мне интересно, Круз сделал что-то, из-за чего Калеб нацелился на его жену, или это моя сестра приударила за ним первой.

— Я разберусь с этим, — говорит Лео, подходя к нам.

Мы киваем и собираемся уходить, но он отводит нас в сторону.

— И был бы очень признателен за ваше благоразумие.

— Мы никому об этом не скажем ни слова, — говорю я ему.

У него вырывается усталый вздох.

— Спасибо. Я ваш должник.

Массимо обнимает меня за плечи, мы пересекаем комнату и выходим в коридор. Мой муж закрывает дверь под звуки того, как Калеб изливает свое порочное семя в мою не менее порочную сестру.

***

— Что ж, это были насыщенные событиями день и ночь, — говорит Массимо три часа спустя, когда мы едем домой на машине. Рикардо сидит впереди, рядом с водителем, а охрана из десяти человек сопровождает нас домой на двух машинах — одна спереди, другая сзади. Мне это кажется чрезмерным, но если моему мужу хочется это сделать, чтобы быть спокойнее, я не буду жаловаться.

— А когда наши дни были небогаты событиями? — я сбрасываю туфли на каблуках и забираюсь с ногами на заднее сиденье, еще крепче прижимаясь к мужу.

Он нежно целует мои волосы.

— Я так горжусь тобой, — говорю я, глядя в его великолепные глаза цвета лесной зелени. — Твоя речь была красноречивой, и очевидно, что тебя уже уважают больше, чем твоего брата.

— Раскрыть правду о моем прошлом наемного убийцы было гениальной идеей, mia amata. Ты не просто симпатичная, а еще и умная, — он трется своим носом о мой.

— Осторожнее, мистер, или будешь сам сосать свой член, когда мы вернемся домой.

— Хорошая идея, тогда мне не будет нужна девушка, — он хихикает, щипая меня за нос.

Я двигаюсь, чтобы врезать ему, но он хватает меня за руку.

— Не злись, милая. Мы оба знаем, что ты чертовски промокла и умираешь от желания попрыгать на моем члене.

— Верно, — я сдаюсь. — Не буду делать глупостей, — я запечатлеваю долгий поцелуй на его челюсти, зарываясь носом в его короткую бороду.

— Это был блестящий ход, и я рад, что у меня такая умная жена, — он запускает пальцы в мои волосы. Ему нравится играть с ними, когда они распущены. — Мой опыт наемного убийцы помог заслужить уважение, но по-настоящему я получу их преданность только тогда, когда докажу это.

— Им не потребуется много времени, чтобы понять, какой ты на самом деле.

— Или какие мы, — он подносит костяшки моих пальцев к губам и целует мою кожу. — Небо — не предел, mia regina.

— Мир — это наша цель.

— Возможности безграничны, — уголки его губ приподнимаются.

— Ограничений нет, — я сдерживаю смешок.

— Мы гораздо умнее, чем эти банальные фразы, — Массимо заключает меня в объятия, и мы въезжаем в ворота нашего дома.

— В нашу защиту могу сказать, что уже поздно и мы устали. Мы не всегда можем быть блестящими лингвистами.

— Кто сказал, что не можем? — он мнет мою грудь через платье. — Мы можем делать все, что захотим.

— Ладно, никогда не позволяй страху мешать тебе играть в эту игру.

Он ухмыляется.

— Хорошая идея, милая, но у меня есть кое-что получше, — он прочищает горло. — Не бойся отказываться от хорошего ради великого.

— Пф-ф, — я пренебрежительно машу руками в воздухе. — Самое сложное — это принять решение, остальное — это просто упорство.

— О, в ход пошли цитаты Амелии Эрхарт. Мне нравится, — он морщит лоб, пытаясь придумать фразу, и я фыркаю от смеха, видя серьезное выражение его лица. Потом он перестает хмуриться и выпячивает грудь. — Ты победила.

— Раз уж ты так говоришь, — я с трудом сдерживаю смех.

Пригвоздив меня взглядом, полным превосходства, он говорит:

— Сбрасывайте тросы, отплывайте от безопасной гавани, ловите попутный ветер в свои паруса. Исследуйте. Мечтайте. Познавайте.

— Окей, Марк Твен победил, — я хихикаю, признавая свое поражение, ведь больше не могу играть, потому что слишком много смеюсь.

Я все еще хихикаю, когда Массимо выводит меня на улицу.

Но мне не до смеха, когда раздается оглушительный вой сирен и нас окружают мигающие красные огни — это высокотехнологичная система безопасности выдает предупреждение.