Чтение онлайн

Пока я закрепляла достойным образом свой гамак, в лесу быстро стемнело. Наскоро сделав из лески тройку петель, я спустилась на землю, чтобы установить силки, мысленно коря себя за нерасторопность. Платина ясно дал понять, что оставаться на земле с наступлением сумерек — верная смерть — так что я расставила силки всего в двадцати шагах друг от друга, буквально перебегая от одного места к другому. Когда дело было сделано, и я снова вернулась на свое дерево, мясо уже испустило последний теплый дух. Совершенно не задумываясь о том, что завтра мне нечего будет есть, я догрызла остатки белки, спрятала клинок в рюкзак, чтобы случайно не проткнуть им спальное место, и забралась в гамак. Положив винтовку под мышку и обняв сумку, я отметила, что на сей раз ночевка будет не столь удобной. Из-за небольшого расстояния между ветками, гамак сильно прогибался, но зато его края выгибались выше, гарантируя мне барьер между краем и падением.

Засунув торчащие локоны в надетый на голову капюшон, я постепенно начала засыпать, как вдруг проснулась из-за еле слышного пищания, раздавшегося прямо у моего правого уха. Я не сразу поняла, что этот еле слышный звук издают мои часы, поэтому с удивлением уставилась на своё попискивающее запястье. Повернув его тыльной стороной к лицу, я включила тусклую подсветку экрана и поняла, что они пиликают в честь полночи, что меня сильно удивило, так как я думала, что еще даже не начинала засыпать. Как только они отпиликали двенадцать раз, цифра, обозначающая количество участников, изменилась. Прежде я думала, что все смерти участников приходились на момент моего сна, но оказалось, что информация обновляется один раз в сутки, ровно в полночь. Количество участниц не изменилось — четыре, зато количество участников подтаяло — в живых осталось двадцать пять парней. Полночь ознаменовала начало моих четвертых суток в Ристалище. Осталось продержаться еще двадцать шесть дней с двадцатью восемью противниками за спиной. Скоро к нам присоединятся Металлы, которые перережут половину из нас. Если мне и повезет настолько, что я, на протяжении четырех недель, не встречусь ни с одним участником или забытым, и меня не съест дикое животное, тогда меня наверняка убъет Свинец или Ртуть, с которыми мне по-любому придется столкнуться на финише. Мне не хотелось думать о своих мрачных перспективах, однако плохие мысли сами лезли в моё сонное царство.

Поправляя винтовку, закрепленную на плече, я внезапно вспомнила о том, что у меня лазерный прицел, а в Руднике подобные прицелы были оснащены ночным видением. Решив проверить свою догадку, я прислонила правый глаз к прицелу и улыбнулась от удивления. Хотя ночь и была темная, из-за рваных облаков, периодически открывающих далекие звезды и луну, через прицел я могла рассмотреть каждый листик в кроне дерева над своей головой.

Осознав новообретенную возможность видеть в темноте, я переползла с гамака на ветку, и, удобно усевшись, начала искать свои силки, установленные неподалеку. Обнаружив две пустые ловушки, я уже искала третью, когда мой слух привлекло что-то странное со стороны пепелища моего костра, примерно в двухстах метрах от меня. Переведя прицел в заинтересовавшую меня сторону и ничего не обнаружив, я уже хотела отводить прицел в сторону, как вдруг замерла от увиденного. На четвереньках, прямо над пепелищем, ползала страшная женщина, жутко повторяющая повадки дикого животного. Первое что пришло мне в голову — это одна из участниц, но как она оказалась в такой дали, ведь я была уверена в том, что оторвалась от остальных участников минимум на полсуток. Это была не участница… Она совсем не была похожа на Шарлотту, Пилар или Чеб. Она была… Дикой! На ней были страшные, ободранные лохмотья, её густые, темные волосы были сбиты в клочья, и она нюхала листья, которыми я загребла костер. Дикая женщина словно пыталась учуять мой запах. Внезапно она села на четвереньки и я поняла, что она достаточно высокая, с непропорционально длинными руками. Запрокинув голову, она словно понюхала воздух, после чего посмотрела прямо мне в прицел, при этом сделав страшный оскал, словно изображая дикую собаку. От ужаса перед происходящим кровь в моих жилах застыла. Женщина, больше напоминающая дикое существо, нежели человека, приподнялась и, находясь в позе полуприседа, направилась в мою сторону, продолжая нюхать воздух и скалиться на каждый ночной шорох. Осознав, что она движется прямо на меня, я с ужасом отвела прицел и надела сползший с меня капюшон, спрятав всё еще держащиеся локоны за воротник. «У меня всего лишь пять пуль… Всего лишь пять. Я не могу их тратить!» — Проносилось в моей голове, когда я снова взялась за винтовку. С ужасом осознав, что потеряла страшную находку из вида, я начала истерично мотать прицелом, как вдруг обнаружила это странное существо всего в ста метрах от своего дерева. Она действительно нюхала воздух, словно чуя моё присутствие. Судя по её недовольному оскалу, она была враждебно настроена к носителю нового для нее запаха и она наверняка намеревалась снять скальпель со своей цели, если только её настигнет. От страха моё сердце колотилось словно бешеное. Внезапно предательская туча открыла огромный отрывок неба, и луна залила светом моё местоположение. Отстранив винтовку, я начала вглядываться в темноту, из которой, спустя несколько секунд, в полуприсяде вышла страшная женщина. Она передвигалась очень странно, словно оба её колена были когда-то перебиты и неправильно срослись. Растопырив руки, будто готовясь к атаке в любой момент, она шла прямо на меня, иногда останавливаясь и сгибаясь, чтобы понюхать землю. Она была всего в пятидесяти метрах от меня, и я с ужасом зажимала себе рот обеими руками, чтобы скрыть запах своего дыхания, как вдруг между деревьями зашумел ветер, выгодно сменив своё направление на восток, буквально унося мой запах в противоположную от хищницы сторону. Ветер с каждой секундой становился всё сильнее и женщина вдруг замешкалась.

Стараясь дышать как можно более тихо, моя грудь буквально разрывалась от колотящегося в ней сердца. Явно потеряв нить моего запаха, женщина начала топтаться на месте, пока я умоляла ветер не сдавать своих позиций.

Ветер дул со стороны женщины прямо на меня, тем самым организовывая мне предельную слышимость происходящего в её стороне, и я была уверена в том, что расслышала нечеловеческое рычание, единожды вырвавшаяся из груди странного существа.

Неожиданно она изменила своё направление на юг, но я продолжала дышать себе в ладони, чтобы не дать ей ни малейшего шанса на своё обнаружение. Наблюдая за тем, как женщина безжалостно продирается через кусты, совершенно не жалея свою серую кожу, я пыталась понять, кто она такая и откуда здесь взялась, как вдруг меня осенило. Это забытая! Одна из участниц прошлых турниров… Сколько лет она провела в этом месте? Что с ней произошло, что она настолько одичала? Увиденное повергло меня в ужас — вот моё будущее, если я не умру и не выберусь из Ристалища в конце этого месяца. Мне необходимо добраться до спасательных капсул! Мне необходимо выбраться отсюда, вернуться в Кантон-А и обнять Эльфрика! Если же в итоге не смогу выбраться отсюда и останусь в живых — лучше застрелюсь, чем буду ожидать следующего турнира и повторной возможности выбраться отсюда, параллельно превращаясь в дикое животное.

Проводив страшную женщину взглядом, держа её под прицелом винтовки до последнего, я так и не смогла больше сомкнуть глаз, первое время после увиденного шарахаясь от каждого звука и регулярно перепроверяя окружение при помощи винтовки.

На сей раз рассвет занимался дольше обычного, что было связано со свинцовыми тучами, затянувшими небо плотным полотном. Около пяти утра земли начали достигать первые капли дождя, и полупрозрачные листья деревьев словно сдерживались, чтобы не растрескаться под их тяжестью. Скрутив гамак, я еще пять минут сидела на дереве, перепроверяя местность при помощи прицела. Таким образом, не покидая своего убежища, я проверила свои силки и поняла, что двое из них безнадежно пусты, однако третий был странно изогнут за раскидистый куст, загораживающий мне обзор. Повторно убедившись в том, что вокруг чисто, я, наконец, спустилась с дерева и направилась к силкам, чтобы аккуратно скрутить их и уложить в сумку так, чтобы при необходимости иметь возможность быстро установить их повторно. Дойдя до последних силков, я поняла, что опоздала — в зажатой петле торчал выдранный кусок мяса с серой шерстью. Наверняка это был заяц, а о том, кем был его похититель, мне не хотелось думать. Судя по запекшейся на шерсти крови, кролика вырвали из моей ловушки больше трех часов назад, исходя из этого, хищник наверняка был уже далеко, хотя не опасаться его внезапного появления было бы слишком беспечно. Отделив леску от мелкого пучка свежего мяса, я протерла её мокрой листвой и в этот момент поняла, что у меня есть неплохой шанс добыть воду. Дождь был мне на руку не только поэтому, но и потому, что он наверняка смоет все признаки моего присутствия рядом с логовом дикой женщины.

Из-за сбора воды с листьев низких кустов, мой шаг замедлился. В итоге, за два часа я смогла собрать чуть больше половины термоса. С досадой обнаружив, что при падении с обрыва резьба горлышка термоса повредилась, я, закручивая крышку, лишь с третьего раза вовремя остановилась, чтобы в очередной раз не провертеть её вперед.

Капли дождя едва достигали земли, цепляясь за высокие кроны деревьев, но дождь не прекращался в течение двух часов, так что вода постепенно пропитала и землю. Во время дождя мой обтягивающий комбинезон показал свой изъян — неустойчивость перед жидкостью. Он не промокал, что было огромным плюсом, но место, на которое попадала вода, снимало камуфляжную функцию, окрашиваясь в свой натуральный иссиня-черный цвет, пока капля не срывалась на землю. Спустя два часа беспрерывного дождя я вся была в микро-каплях, едва видимых человеческому глазу, так что мой камуфляж фактически предал меня, сменив функцию скрытности на функцию водонепроницаемости. Став видимой для окружающей среды, я вдруг почувствовала себя максимально уязвимой, но одновременно это позволило мне впервые за прошедшие дни без опаски снять капюшон — всё равно от него не было толка без камуфляжной функции.

Дождь закончился, но врезаясь прямо в меня. Когда одна такая капля упала мне на локон, и он не промок, я вспомнила о том, что моё тело обработано от москитов и влаги, что должно действовать до конца этой недели. Эти размышления автоматически натолкнули меня на мысли о Платине. Нагнувшись, чтобы слить в термос воду с огромного лопуха, я подумала о том, правильно ли сделала, решив не оставлять на деревьях меток для своего гаранта. Однако, повторно вспомнив историю Скарлетт о том, как Платина, в компании с Золотом, убил кузину самого Золота, я еще раз убедила себя в том, что всё делаю правильно и, с первого раза закрутив сломанный термос, привстала с колена, чтобы пойти дальше, как вдруг увидела в двухстах метрах прямо перед собой огромного черного волка, нереально больших размеров. Волк напряженно притаился в густых кустах папоротника, буквально пронзая меня черноглазым взглядом хищника. Он был настолько гигантским, что превышал по своим габаритам взрослого льва.

Медленно подняв взгляд вверх, чтобы оценить сосну, находящуюся прямо передо мной, я замерла, услышав приглушенное рычание. Снова переведя взгляд на волка, я встретилась с диким оскалом желтых зубов и поняла, что у меня не больше десяти секунд, однако я всё равно решила потянуть время и начала медленно подниматься, максимально избегая резких движений. Внезапно клыкастое чудовище бросилось в мою сторону, одним рывком преодолев двадцать процентов расстояния между нами, и я, буквально вцепившись в нижнюю ветку близ стоящей сосны, начала взбираться вверх с сумасшедшей скоростью, при этом выронив термос и совершенно забыв жалеть о пролившейся воде. Неожиданно что-то прямо подо мной щелкнуло и, посмотрев вниз, я увидела сомкнутую челюсть прямо у моей левой лодыжки. К этому времени я успела залезть достаточно высоко, но, по-видимому, зверь умел хорошо прыгать. Прояснив этот печальный для себя факт, я с еще большей скоростью продолжила свой подъём. Совсем рядом со мной клацали зубы, и я была наверняка уверена в том, что всякий раз нахожусь в миллиметре от укуса, как вдруг ветка, за которую я зацепилась следующей, оборвалась. Только в этот момент я поняла, что забралась слишком высоко и верхние ветки, относительно тонкой сосны, наверняка не выдержат моего веса.

Сев на ветку, на которой прежде стояла, и, обняв ногами ствол дерева, чтобы не дать чудовищу возможности дотянуться до моих щиколоток, я снова посмотрела вниз. Волк был нереально гигантским, и сила его прыжка была настолько мощной, что ему не хватало буквально метра, чтобы достать до меня. Клацая зубами, он бился о ствол дерева, буквально выкорчевывая его своим весом, при этом в щепки ломая нижние ветки. Зажмурившись, я вспомнила главу из энциклопедии, посвященную этому монстру. «Черный волк Ристалища или „Черный Страх“, так звали этого монстра», — проносилось у меня в голове. — «Эти клыкастые чудовища одиночки и собственники, так что больше одного волка в ареале, протяженностью в сто километров, найти нереально. Они спариваются один раз в десять лет, приносят потомство в дюжину щенков, из которых выживает около трех… Так-так-так… Из полезного только то, что на протяжении ста километров больше нет его собратьев… Думай! Должно быть что-то еще!» — Ругалась я, слушая клацанье зубов в метре под собой. — «Вот оно! Он выбирает жертву не дольше тридцати секунд и не успокаивается, пока не прикончит её, даже если придется караулить её полгода… Полгода! Слишком долго!.. Даже если я спущусь с дерева, он всё равно меня выследит и нагонит спустя некоторое время! Один выход», — зажмурилась я, услышав, как ствол дерева, после очередного столкновения со зверем, неожиданно треснул. Посмотрев вниз, я увидела, как волк отошел в противоположную от моего дерева сторону, словно освободив себе место для разбега. «Они прыгают! С разбега очень высоко!» — Мысленно прокричала я, машинально потянувшись за винтовкой. Когда я навела на него прицел, зверь оценивающе смотрел на моё дерево. Вспомнив о том, что у меня всего лишь пять пуль и мне нельзя расходовать их впустую, я включила лазер, чтобы наверняка попасть чудовищу в голову. Внезапно волк резко ринулся в мою сторону и, спустя несколько секунд, он невероятно высоко подпрыгнул.

В мишень, приближающуюся ко мне на столь быстрой скорости, мне еще никогда не приходилось стрелять, наверное именно поэтому я и запаниковала. Волк подпрыгнул так высоко, что оказался на уровне моего лица, всего в двух метрах от моей вытянутой руки с винтовкой. Он наверняка сбил бы меня с ветки, но я вовремя успела нажать на курок. Из-за глушителя я не слышала выстрела, и на мгновение мне даже показалось, будто я вовсе не дожала слишком тугой курок. Зверь рухнул прямо передо мной, перед этим успев клацнуть желтыми клыками, из-за чего мне пришлось отстраниться, чтобы его оскалившаяся голова не задела моё плечо. Когда его нос скользнул по моему бедру, я всерьез решила, что промахнулась, и даже успела посчитать себя съеденной, но зверь просто рухнул у основания дерева и замолк. Посмотрев вниз лишь спустя несколько секунд, я попыталась понять, что именно только что произошло, как вдруг ветка подо мной начала предательски хрустеть. Ловко встав на ветку пониже, всё еще держась за хрустящую, я снова посмотрела вниз и только сейчас поняла, что зверь не шевелится.

Из-за стараний волка ветви дерева, на котором я застряла, были серьезно повреждены, а в двух метрах над землей и вовсе обломаны, поэтому я предчувствовала не то чтобы тяжелый спуск, но точно не мягкое приземление. И всё же, не смотря на явный хруст веток и неподвижное тело волка, я всё еще боялась спускаться, будто как только я это сделаю, волк сразу же подскочит на все свои четыре лапы и, одним сжатием клыков на моей шее, откусит мне голову. От ужаса перед своими мыслями, рисующими страшные картинки в моем подсознании, я нервно сглотнула, как вдруг ветка, за которую я держалась, предательски переломилась у самого основания. Обхватив ствол сосны руками, я осознала, что выбора у меня нет и, аккуратно переведя руки на ветку, на которой стояла, попыталась, как можно более медленно опустить своё тело вниз.