Чтение онлайн

— Верни, мне, Джил! — Каждое слово отчеканил безумец. — Она принадлежит мне!

Решив, что парень с таким исключительным трепетом относится к памяти убитой им девушки, которую олицетворяет плот, я поджала губы, чтобы не прокричать ему пару сотен непристойных выражений и, тем самым, сэкономить энергию. Повернувшись спиной к сумасшедшему, я перепроверила своё треснувшее весло и решила полностью отдаться быстрому течению, которое недурно самостоятельно справлялось с передвижением плота в нужном для меня направлении. Река была без порогов, так что я могла себе это позволить.

Положив весло и скимитар перед собой, я обратила внимание на то, что плот перевязан шестью канатами, но только три из них выглядели новыми, словно недавно замененными. Решив, что Клайд хотел воспользоваться плотом и, как последний идиот, вместо того, чтобы заменить гнилые бревна на свежие, обмотал гниль новыми канатами, я еще раз сверилась с компасом, после чего позволила себе окончательно расслабиться. Хотя вывих левой ноги и был незначительным, она всё равно ныла от боли, но при этом точно меньше, чем мой многострадальный правый бок. С опаской посмотрев на страшную рану, я с облегчением для себя обнаружила, что уродские швы не разошлись, после чего выдохнула полной грудью. Под правой лопаткой, после столкновение с саблезубым котом, всё еще болело, да и левое плечо, пострадавшее от града, чувствовало себя не лучше.

Вспомнив о том, что я украла у Клайда кусок мяса, я начала шарить по сумке, а когда наткнулась на трофей, даже не стала разочаровываться в том, что он немного не дожарен. Вгрызшись зубами в мясо, нанизанное на странную, толстую кость, я едва ли не расплакалась от того, что трофея хватило всего на пять укусов, да и само мясо оказалось невкусным даже для такой голодной особы, как я. Единственное, что меня радовало — это то, что жажда до сих пор не впилась в мою глотку. Стараясь удерживать равновесие, чтобы не расшатывать и без того хлипкие бревна, я села в позе лотоса и, вытащив свою сумку из мешка-рюкзака, начала перепроверять его содержимое. Двусторонний клинок, вязаные варежки, моток лески и моток бечевки… С ужасом осознав, что я лишилась едва ли не самого ценного — крови Черного Страха, отпугивающей диких животных, и камуфляжной сетки-гамака, благодаря которой я прежде могла позволить себе высыпаться, я посмотрела на скимитар и попыталась убедить себя в том, что это всего лишь выгодный обмен, но нет… Это не было выгодным обменом. Я не умела нормально орудовать этой штукой, так что навряд ли она могла бы спасти меня от внезапно появившегося на моем пути животного, да и нормальный сон она мне не могла организовать.

Взяв в руки винтовку и обнаружив, что в магазине осталось всего три патрона, я попыталась не всплакнуть от того, что этот недоумок стоил мне гамака, крови Черного Страха и целого патрона. С отчаянием громко выдохнув, я надела на голову капюшон и включила маскировочный режим, но и здесь меня ждало разочарование в виде микроскопических капель, попадающих на моё облачение и местами устраняющих маскировку напрочь. Злостно фыркнув, я сбросила с головы капюшон и принялась заниматься подстраховкой, на случай если бревна подо мной всё-таки разойдутся. Засунув сумку с остальными вещами и винтовкой в мешок, я повесила его за спину и пять раз обкрутила себя прямо под грудью крепкой бечевкой, украденной мной у Клайда (привязать к себе мешок по талии было невозможно, из-за раны на боку). Перерезав бечевку скимитаром и завязав тройку крепчайших морских узлов, которым обучил меня в Руднике Платина, подобным образом я гарантировала себе, что даже если вдруг я и окажусь в воде — плотно перевязанный и привязанный к моей спине мешок с вещами от меня никуда не денется. Проблема была только с мечом, который пришлось удерживать в руках.

При помощи треснувшего подобия весла, на случай крушения, я подвела плот ближе к берегу и поняла, что, из-за теплоты лучей припекающего полуденного солнца, начинаю дремать. Плеск воды и шум ветра в кронах деревьев, нависающих прямо над водой, словно нарочно убаюкивали меня и уже спустя полчаса своего плавания я начала клевать носом. Определенно сказалась на мою сонливость не только благоприятная погода, но и моё изможденное физическое состояние.

Из дремы меня вывела огромная стрекоза, прожужжавшая прямо в моё левое ухо и после приземлившаяся мне на щеку. Инстинктивно замахав руками, я едва не потеряла равновесие, чего, впоследствии, испугалась еще больше, чем безобидной стрекозы. Заново сев в позе лотоса и полностью восстановив равновесие, я прозевалась и, рассматривая свои руки, наконец, напрягла слух. Только окончательно проснувшись, я осознала значительно возросший шум воды. С замершим сердцем я подняла глаза к горизонту и поняла, что он оборван. Точнее оборвана река. Первым делом я вставила весло за борт и попыталась отгрести к берегу, но было уже слишком поздно — плот на всей скорости несся прямо к обрыву. Не останавливаясь в своей попытке, я с остервенением гребла веслом, пока оно окончательно не разошлось по трещине и не лопнуло прямо у меня в руках. Оставшаяся в моих руках палка ни на что не была годна, и я со злостью выбросила её за борт. До падения с обрыва водопада оставалось меньше пятидесяти метров и лучшее, что я могла сейчас сделать — это подготовиться. Проверив крепление рюкзака из мешковины к своему торсу, я взяла скимитар в руки и, держа саблю обеими руками, чтобы не выпустить её во время столкновения с водой, направила её лезвием вниз. Страшнее мне было только, когда в Руднике меня укусил птицеед и, по идее, до моей кончины оставались считанные секунды.

«Я отличный пловец… Я отличный пловец…» — Убеждала саму себя я в непреложной истине, но с каждым метром приближения к обрыву моё сердце словно обрывалось от ужаса перед тем, что после подобного падения у меня будет мало шансов на выживание. Когда плот подошел к самому краю, и я смогла оценить высоту водопада, я чуть с ума не сошла от ужаса. Врастая ногами в гнилые бревна плота, я словно пыталась заставить его взлететь, но это не сработало. Одним рывком плот перегнулся через край обрыва, и я не успела осознать произошедшего, как уже летела вниз.

Холодные капли водопада буквально врезались в моё лицо, пока я старалась удерживать вертикальную позу, чтобы войти в воду солдатиком и не упустить из рук скимитар. Плот полетел впереди меня, чуть правее от моей траектории, что было выгодно при падении — мы не должны были столкнуться внизу. Внезапно его стало переворачивать, и моё сердце замерло от увиденного. К дну плота был привязан… Человеческий скелет!

Голые кости были облачены в разорванное тряпье и выглядели жутко белыми — не лучшее зрелище во время падения с водопада. Передо мной словно явилось зловещее предзнаменование. Я сразу переосмыслила слова Клайда о том, что Джилл закончила свои дни под ненавистным для него плотом, и его последующее требование вернуть ему Джилл… Он привязал её труп ко дну плота! «Я сбежала от маньяка!» — Успело прокричать моё подсознание, после чего я со всего разгона вошла в воду.

Скимитар у меня удержать не удалось, но поняла я это не сразу, а лишь спустя пять секунд, когда исступленно начала грести руками вверх. Бурлящая вода перекрывала обзор, но самым сложным были подводные вихри, засасывающие моё сопротивляющееся тело на дно.

Кажется, я боролась с подводными потоками целую вечность и в какой-то момент, когда мои сжавшиеся легкие были на грани срыва и из моего рта вышел огромный пузырь кислорода, я смирилась со своим поражением. Мои руки перестали нормально работать, хаотично и как-то заторможено тянясь вверх, и я уже понимала, что у меня банально не хватает сил, чтобы нормально работать изнеможёнными конечностями.

Внезапно возникшее передо мной огромное бревно неизвестного происхождения, стало для меня последней соломинкой надежды. Ухватившись за его огромный ствол, я зажмурила глаза, пытаясь потерпеть еще чуть-чуть. «Еще чуть-чуть…. Еще чуть-чуть… Еще чуть-чуть…» — крутилось в моём уставшем мозгу, и пока я слышала голос своего подсознания, я была уверена в том, что всё еще жива.

В итоге мои легкие не выдержали, но это не стало для меня неожиданностью. В рот и нос потоками хлынула холодная вода, и я начала конвульсивно дергаться, всё еще обхватывая руками бревно, как вдруг вместо воды в мою глотку ворвался колкий поток воздуха. Услышав собственный страшный хрип, я раскрыла глаза, но налипшие на глаза волосы не дали мне ничего рассмотреть. Делая исступленные вдохи, я всё еще глотала бурлящую вокруг меня воду, отчего всё внутри меня холодело. Вода была горькой и явно не пригодной для употребления, из-за чего мой желудок сжимался от горечи. Обхватив бревно поудобнее, я из последних сил сняла мокрые волосы с глаз и, поднимая тяжелые веки, огляделась вокруг. Левый берег был совсем близко и я, барахтаясь еле работающими ногами, начала толкать бревно в его сторону.

Как только бревно ударилась в каменистый берег, я отцепилась от него, но внезапно упала лицом в воду и мои ноздри снова заболели от поступившей в них воды. Морщась от боли в носу и гортани, я на четвереньках выползла на теплые камни и около минуты отплевывала из себя потоки горькой воды, вперемешку с недавно съеденным мясом. Как только изрыгания прекратились, я переползла чуть левее и, не до конца вынув ноги из воды, легла ничком на мокрые волосы. Я чувствовала себя на грани и даже была бы не против, если бы из леса сейчас выбежал какой-нибудь тэйсинтай и прикончил бы меня на месте. Я бы точно не сопротивлялась. Вариант с тем, что Клайд с размозжённой головой будет меня преследовать, был маловероятен, да и я успела отплыть от его конуры примерно на двадцать километров на север, так что у него не было шансов нагнать меня. С учетом же того, что я не продвигалась вперед целых двое с половиной суток, можно было считать, что я неплохо наверстала упущенное время, хотя моя дрёма на плоту и обошлась мне слишком дорого.

Еле как, заставив своё тело перевернуться на спину, я закрыла глаза от солнца правой ладонью и замерла. Всё жутко болело, и моё тело категорически отказывалось реагировать на призывы мозга к началу движения. Я пролежала без единого движения не меньше двадцати минут, после чего медленно убрала руку с лица и еще более медленно села, подтянув под себя ноющую левую ногу. Сняв ботинок и носок, я начала массировать беспокоящее меня место в области мелкой гематомы. Лишь спустя минуту я со страхом посмотрела на свой ноющий бок — огромная корка из запекшейся крови исчезла, но черные нитки всё еще держали мои внутренности под побледневшей кожей. Я не утонула и мои швы не разошлись — дальше будь что будет. Мне было настолько хреново, что внезапно я осознала, что мне глубоко наплевать на всевозможных врагов. Я прекрасно осознавала, что уже не нахожусь впереди остальных участников этого безумия, и наверняка рядом бродит пара-тройка из них, но мне, почему-то, был абсолютно безразличен этот факт. Сняв с себя второй ботинок с носком, я не смогла остановиться, пока не разделась до гола. Пополоскав комбинезон и белье в воде, я вывернула и разложила одежду на раскаленных камнях. Хотя у меня и было белье из нано-волокон, а комбинезон был непромокаемым, я уже начинала чувствовать себя грязной, так что с горем пополам смогла найти плюсы в том, что сорвалась с водопада — хотя бы помылась перед тем, как откинуть коньки.