Чтение онлайн

— Эм… — Осеклась я, почувствовав, как к моему лицу приливает краска, а к горлу подступает комок. — М-много, — наконец выдавила я, после чего через силу оторвала от Металла взгляд.

— Запомню это слово, — всё еще улыбаясь, отозвался Платина, переведя свой взор на обелиск, над которым полярная звезда разрывалась от света.

Платина ровно дышал, приятно пах и от него словно исходила притягательная вибрация. Я закрыла глаза, чтобы насладиться этим чем-то мне неведомым, но вовремя решила их распахнуть, после чего сделала вид, словно просто захотела проморгаться, хотя, наверняка, мой напарник не обратил на это никакого внимания.

— Что будет завтра? — Решила отвлечься я и это сработало — Платина перестал улыбаться, отчего звёзды вдруг словно стали светить тусклее.

— Завтра мы вернемся в Кар-Хар, — спокойно ответил Металл, но я знала, что за этим спокойствием скрывается напряжение. Он переживал не за себя — он выживет в любой мясорубке. Тот факт, что он переживает за меня, заставлял моё подсознание вытягиваться в струнку, но я никак не могла понять, почему это так сильно меня волнует.

Капсулы могли появиться в любой момент, отчего мне с еще большим трудом удавалось переносить ограниченную свободу движений. Каждые пять минут я ловила себя на том, что безжалостно грызу отросшие ногти, после чего мысленно отчитывала себя за вредную привычку. Накануне финала я так и не смогла сомкнуть глаз, и даже после спать совершенно не хотелось. Я переживала о том, что мы находимся слишком далеко от капсул, но Платина уверял меня, что нам всё еще рано высовываться, после чего добавлял, что мы выдвинемся к обелиску лишь после того, как выгравированное на нем слово «ФИНИШ» начнет светиться.

Надобности собирать рюкзак не было — мы решили оставить все вещи в гнезде, поэтому я сидела, поджав коленки к груди и, кусая ногти, наблюдала за серым обелиском около трех часов к ряду, но ничего не происходило. Казалось, будто всё вокруг замерло и даже звёзды больше не светят своим привычным пульсирующим светом — они просто прилипли к темному полотну и застыли.

Часы показывали двадцать минут девятого и тот факт, что сутки должны были закончиться меньше чем через четыре часа, начинал играть на моих нервах.

Платина дернулся с места прежде, чем я успела отреагировать на произошедшее. Только когда он обхватил меня за талию, я увидела, как буква «Ф» на обелиске начинает светиться иссиня-белым светом. Мы резко слетели вниз, но я не боялась падения. Единственное, чего я боялась — это того, что ждет меня у места, к которому мы мчимся.

За пять метров до соприкосновения с землей Платина оттолкнулся от ствола и скользнул по соседнему дереву, после чего мы опустились на землю с такой аккуратностью, словно не падали вниз, а летели подобно пуху. Внизу температура резко отличалась — было не так холодно, как в гнезде гортуна — но я не успела сосредоточиться на этом бесполезном открытии.

Платина мчался на невероятной скорости, совершенно не переживая о маскировке — ветви густых елей с жутким свистом разлетались от нас в разные стороны, а иголки под ногами моего напарника трещали так, словно были недогоревшими искрами костра. Когда Платина неожиданно сменил наш прямолинейный маршрут к финишу, резко свернув на запад, у меня от страха едва сердце не выпрыгнуло из груди. Находясь в руках Металла, я стукнула его кулаком в грудь, немо требуя вернуться к прежнему маршруту, но он никак не отреагировал. Я уже готова была разжать своё перехватившее дыхание, чтобы образумить своего телохранителя, как вдруг увидела ЕГО. Свинец бежал в нескольких шагах от нас, мелькая белым цветом кожи и волос между ветвями деревьев. Раз Платина бежал от столь слабого для него противника, значит, он был уверен в том, что на сей раз Свинец доберется до меня, а значит, где-то совсем рядом находится его страшная союзница, которая прежде в открытую не вступала в противостояние с Платиной.

Я не успела об этом подумать, как вдруг, совершенно неожиданно, раздался толчок, после которого я буквально вылетела из крепких рук Платины. Я не была уверена в том, что он выронил меня не специально. Скорее мне даже казалось, будто он нарочно отшвырнул меня подальше. Трижды перекатившись по земле вокруг своей оси, я ударилась спиной о широкий ствол растущего рядом дерева и сразу же зашипела от разлившейся по телу боли. Открыв глаза, я увидела, как Платина сжимает предплечьем шею стоящего на коленях Свинца, но, судя по всему, на сей раз Свинец не собирался сдаваться без серьезного боя.

— Беги! — Скомандовал Платина, тем самым заставив меня, наконец выйти из ступора. Поднявшись с четверенек на ноги, я рванула из-под дерева словно щенок, бегущий от разъяренного пса. Не оглядываясь, я буквально летела вперед, раздвигая вездесущие ветви голубых елей, царапающих моё лицо и пальцы. Громко дыша через рот, я страшилась даже собственных вдохов и стука сердца…

Раздвинув ветви очередной крупной ели, я неожиданно оказалась всего в десяти метрах от обелиска, под которым уже стояло десять капсул. Увидев множество людей, выбегающих из леса, я рванула вперед, чтобы добраться до ближайшей капсулы, но что-то дернуло меня за правую ногу и я упала лицом в мох, больно ударившись правой частью лба обо что-то твёрдое. Подняв голову, я увидела человека, но не успела скользнуть взглядом выше его бедра, как он наступил на мою правую руку, после чего я не только почувствовала огонь в предплечье, но и услышала хруст собственной кости. Я не закричала — я завопила нечеловеческим криком. Нога неизвестного резко сорвалась с моего предплечья, после чего его руки вцепились в мои волосы и безжалостным рывком подняли меня на колени. В этот момент я увидела, как Франций, Барий и Радий одновременно достигли трех дальних капсул и к моим глазам подступили непроизвольные слезы, вызванные дикой болью в раздробленном предплечье. Я была уверена в том, что меня сейчас прикончат, как вдруг мой противник выпустил меня из своей железной хватки, и я снова рухнула лицом в мох. Перевернувшись на спину, я увидела Платину, который резким движением рук свернул шею Ртути, только что пытавшейся меня прикончить. Секунда — и блондинка лежит справа от меня, еще секунда и в меня вонзается с десяток заточенных бритв. Как только моё подсознание осознало всю силу боли в области живота и спины, я закричала, но из моего горла вырвалось лишь клокочущее бульканье. Посмотрев вперед, я встретилась с двумя яростными глазами и мордой, покрытой шерстью. Черный Страх невероятных размеров вцепился в меня своими клыками и теперь бежал со мной в сторону капсул, у которых уже раздавались жуткие человеческие крики. Неожиданно зверь дернулся и человек, сидящий на его спине, с душераздирающим визгом упал на землю. Я была уверена в том, что это был человек, вот только то, как он владел своим телом, могло заставить думать, будто это восковая, прогнившая кукла.

Непродолжительное время волк еще держал меня в своей пасти, но вдруг заскулил и разжал свои челюсти. Невероятной прочности ткань комбинезона определенно защитила меня от значительно большего урона, чем я могла бы понести от подобного столкновения, но я была уверена в том, что у меня открытое кровотечение. Такой сильной боли я не испытывала еще никогда — в этом я была уверена. Боль раздробленной руки ни шла, ни в какое сравнение с болью прокусанного брюха и спины. Из моего рта хлестала кровь, тело конвульсивно тряслось, впиваясь пальцами левой руки во влажный мох, и в моих ушах стоял оглушительный медный звон. Я видела, как Платина ломает ребра Черному Страху, после чего голыми руками разрывает ему пасть, но уже не была уверена в том, что это поможет мне выжить. Продолжая наблюдать за Платиной, я вдруг почувствовала необъяснимую невесомость. Неожиданный подъем над землей сопровождался дикой болью во всем теле, и я определенно кричала, но из-за гулкого звона в ушах я почти не слышала этого. Я всё еще смотрела на Платину, отбрасывающего Черного Страха в сторону, совершенно не в силах понять, почему я парю над землей. Неожиданно меня воткнули во что-то теплое, освещенное солнечным светом. Только в этот момент я поняла, что кто-то нес меня на руках и сейчас этот кто-то отстраняется от моего дрожащего тела. Спустя секунду я, наконец смогла рассмотреть лицо отстранившегося — Золото. Он облокотил меня обо что-то теплое, словно занес в комнату света, находящуюся прямо посреди Ристалища. Как только он отстранился от меня, в пространстве, окружающем меня с трех сторон, раздался звук, напоминающий пшик, и между нами опустилось обтекаемое стекло. В этот момент звон в моих ушах резко оборвался, что позволило мне вернуться к реальности. Я неожиданно резко услышала собственное дыхание, больше напоминающее хрип, и крики извне. Только сейчас я поняла, что нахожусь в закрытой прозрачной капсуле — по ту сторону от кровавой мясорубки. Выжившая дюжина участников дралась между собой, с забытыми и огромными волками, которыми управляли Блуждающие. Неожиданно из общей толпы выделился блондин с окровавленной правой рукой, которую он отчаянно прижимал к ребрам. Он бежал на хромающей ноге, прямиком к капсуле, стоящей справа от меня. Что-то знакомое было в его лице… Что-то узнаваемое… Что-то из прошлой жизни… Это был Зефир. По-видимому, его правая часть тела сильно пострадала — не только его рука была сломлена, но еще сильно хромала нога и полностью затек глаз. Следом за ним из толпы выбежала высокая Чеб, крепко стоящая на своих ногах, и я была уверена в том, что она доберется до капсулы куда быстрее изломанного Зефира, как вдруг Зефир рванул вперед с неожиданной скоростью и, спустя несколько секунд, буквально врезался внутрь капсулы. Чеб осталась всего в паре шагов от победы, но слева от меня еще были свободные капсулы. Девушка бросилась к ним, но столкнулась с забытой женщиной, прежде следовала за мной. Эту женщину звали Самаир (так говорила Шарлотта, до встречи со мной вступившая с ней в схватку), но больше о ней я ничего не знала. Забытая с истерикой билась за место в капсуле, остервенело отодвигая Чеб к лесу. Помимо этих двух на ногах стояло еще пять человек, два волка и три Блуждающих, напоминающих собой живых мертвецов. Не увидев Платину, я с испугом начала смотреть по сторонам, врезаясь всем своим окровавленным телом в стекло. Не знаю, почему я не заметила его сразу, но он был в капсуле справа от меня и, по-видимому, всё это время пытался привлечь моё внимание к себе. Встретившись с ним взглядом, я замерла и, наконец, опустилась с колен на пятую точку. Платина движениями рук пытался инструктировать меня — показывал, как нужно зажать рваную рану на животе, и как необходимо дышать, чтобы восстановить дыхание. Я смотрела по сторонам через призму исступленного страха и, изо всех сил прижимая ладони к своим ранам, пыталась не смотреть на окровавленный пол капсулы.

Всего свободных капсул осталось две, что было очень странно. С учетом того, что уже двое участников — я и Зефир — заняли свободные для обычных смертных места, пустой должна была оставаться всего одна капсула. Увидев в десяти метрах от обелиска распластавшееся на земле тело Ртути, которой пару минут назад Платина свинтил шею (по-видимому, он сделал еще что-то с её сердцем, раз она до сих пор не смогла прийти в себя), я поняла, что сейчас пустует именно её капсула. Сначала я подумала о том, как это странно, что Свинец кинул блондинку, заняв место в одной из капсул, но когда я увидела, как он изо всех сил бьется изнутри закрытой капсулы, тщетно пытаясь её разбить (что было весьма странно, так как он являлся достаточно мощным Металлом), я поняла, что парень банально проморгал свою подругу.

От боли я скрипела зубами и начинала чувствовать слёзы на своих щеках, когда прямо передо мной мелькнула огромная человеческая фигура, и я замерла, увидев Бакчоса. Тот факт, что он выжил, для меня не был непредсказуемым, но то, что он нес на руках бесчувственное тело Пилар, заставило меня напрячься. Я думала, что он бежит к капсуле, чтобы финишировать, но вместо этого он поместил в нее обездвиженное тело девушки и, как только капсула закрылась, он молниеносно рванул к последней свободной капсуле, находящейся в пятнадцати метрах от него. По факту, у Бакчоса был один шанс на спасение и он только что отдал его Пилар. Этот огромный, сильнейший из всех тэйсинтаев парень, державший собственный бойцовский клуб в Кантоне-G и безжалостно стиравший в порошок соперников в Руднике, отдал своё место полуживой Пилар — тихой девушке, у которой не было ни единого шанса на выживание. Я вдруг вспомнила о словах Платины, говорившем мне о парне и девушке, встретившихся нам на пути — он считал их союзниками. Но как?! Бакчос точно не был из разряда добряков, и он наверняка не захотел бы вступить в союз со столь слабым участником, который только и мог делать, что тянуть его ко дну, как я тянула Платину. В любом случае, капсула осталась только одна и на нее смотрели все, кроме Ртути, всё еще валяющейся с вывихнутой шеей.

В паре шагов от последнего билета из Ристалища уже был знакомый мне тэйсинтай, и он наверняка бы финишировал первым, если бы Бакчос не метнул в него свой сюрикен. Он попал парню прямо в ногу и тот споткнулся, сбив собой еще одного тэйсинтая, бегущего вслед за ним. Бакчос буквально перепрыгнул через головы противников, на лету запрыгнув в капсулу. Я бы точно не смогла провернуть нечто подобное. Этот парень только что спас себе жизнь.

Как только Бакчос занял последнюю капсулу, и она закрылась, все капсулы одновременно оторвались от земли и начали подниматься в воздух. Я смотрела на Платину, уверенно стоящего сбоку от меня и изо всех сил сжимающего свои побелевшие кулаки, и почти не замечала Золото, находящегося в капсуле за его спиной. Я всё еще пыталась зажимать свои многочисленные раны левой рукой, стараясь не шевелить раздробленной правой, но снова появившийся в ушах звон сбивал меня с толку и в глазах неожиданно начала разливаться темнота. Платина показывал указательным и средним пальцами, что наблюдает за мной, и от этого мне почему-то становилось легче, но только на душе. Моё физическое состояние резко ухудшалось, и я это прекрасно осознавала.