Между Друзьями
Шрифт:
Остановить? Я едва мог расслышать её. Каждый раз, когда мне казалось, что я понимаю, что это за мелодия, она ускользала - или, может быть, просто проскальзывала в моём сознании, - и я забывал, к чему я прислушивался.
– Я даже не знаю, что это, - сказал я.
– Предполагалось, что всё, что я должен был сделать - убедиться, что она вплетено в задние края Между. Они ничего не сказали о том, что это лишь половинка целого. Это даже не музыка.
– Да ладно?
– сказала Пэт.
– И ты даже не догадывался, что именно было в краях Между?
– Конечно, знал, - сказал я.
– Как я уже говорил, по идее должна была возникнуть тонкая атмосфера «покупай больше», а не рабства!
Пэт тихо фыркнула.
– Однако ж, какая токая грань. Если тебе станет легче, то не думаю, что в том, что ты сделал, есть что-то предосудительное. Когда я вошла, все люди уже были довольно хорошо зомбированы. Кстати, это было в-третьих, о чём я ранее упоминала.
Возможно, мне стало легче дышать.
– Так что, формально, я не сделал ничего плохого.
Заметил ли я, какими ясными и суровыми были эти серые глаза? Пет сказала:
– Знаешь, твои делишки всё ещё незаконны.
– Я хакер, - сказал я.
– Может, я и полукровка, но у меня достаточно собственной силы, чтобы избегать человеческих властей, - я не был уверен, был ли я оскорблён и выпендривался, или высокомерен и выпендривался. В любом случае, я хотел, чтобы она знала, что я не из тех, кого может поймать человек.
– В этом-то и проблема, - сказала Пэт. В ноздрях у неё вспыхнуло раздражение, и это задело меня немного сильнее, чем я ожидал.
– Такие люди, как вы, Запредельные, - не подчиняются нашим законам, потому что вы не обязаны, и потому что попросту некому заставить вас подчиняться. Если вы сильнее всех остальных, вам не следует использовать это как оправдание. Вот тогда-то вы и должны убедиться, что соблюдаете законы - хотя в этом нет необходимости.
Я слегка поник в своем инвалидном кресле.
– Я не нарушаю человеческие законы просто ради забавы. Мне это приносит много денег, а другой работы для человека в моём положении не найти. Кроме того, кто по человеческим законам может знать, чем я занимаюсь?
– Да, - сказала Пэт.
– Однако я не имела в виду законы людей.
Я поднял глаза, чтобы встретиться с ней взглядом. Я не сглотнул, хотя хотел.
– Что тебе известно о законах Запределья?
Тщательно скрываемый вопрос: что ты знаешь о Тройке?
– В основном то, что мне говорит Атилас, - сказала она.
– И я знаю, что большинство форм принуждения людей по-прежнему являются незаконными по законам Запределья, даже если это делается просто для того, чтобы получить немного больше денег.
– Если тебя поймают, - сказал я ей.
– И если тебя смогут притащить назад. И если суды им не симпатизируют. Люди, знаешь ли, не могут представлять самих себя в суде За.
– Если дело вообще дойдёт до суда, - сказала Пэт, и надеюсь она не имела в виду, что имел бы в виду я, если бы сказал тоже самое.
У меня возникло ещё одно краткое, неприятное воспоминание о тех офисах торговцев людьми, которые столкнулись с жестоким правосудием, и я спросил:
– Откуда ты всё это знаешь?
– Я внимательно слушаю, - сказала Пэт.
– Ты ведь слышал о Тройке, не?
На этот раз я действительно прокашлялся.
– Тройка всего лишь слух.
Пэт ухмыльнулась.
– Так говорят люди? Что ж, неудивительно, что всё ещё есть люди, желающие использовать их в своих интересах. И всё же, тебе не следует заниматься такими вещами.
– Я действительно...
– я запнулся и закончил, несколько запинаясь, - я действительно думал, что цель - просто простимулировать покупать больше; что-то, что поможет сохранить прибыльность бизнеса и постоянный поток людей, входящих и выходящих за дверь.
– Можешь рассказать, что ещё она делает?
Я снова поднял крышку ноутбука и вошёл в систему.
– Эй, - удивлённо воскликнула Пэт.
– Как ты это делаешь? Твой комп только что подключился к этому защитному заклинанию. Как будто оно было Wi-Fi или чем-то в этом роде.
– Точно так же, как вы получаете доступ к Между и За, - сказал я. Конечно, это было нечто гораздо большее - точно так же, как было нечто большее в том, чтобы привнести то, что находилось в Между, в мир людей. Это было возможно, но нужно было знать, как это сделать, а не каждый мог это сделать.
– Что, ты используешь комп как своего рода интерфейс и просто подключаешь магию к заклинанию через него?
Я ответил:
– Что-то в этом роде, - я уже так часто удивлялся этому маленькому человечку, что не мог заставить себя поддаться любопытству и спросить её, откуда она знает принципы магии Между.
– Круто!
– сказала Пэт, переводя восхищённый взгляд с меня на мой компьютер.
– Ты действительно хакаешь магию! Интересно, знает ли Зеро об этом?
– Очень надеюсь, что нет, - пробормотал я себе под нос. Я не имел ни малейшего представления о том, кто такой Зеро, но и так было достаточно плохо, что он знал ещё одну вещь, которую беззащитному маленькому человечку знать не следовало. У меня не было ни малейшего желания делиться своими особыми навыками с другим человеком - или с кем-то ещё из Запредельных, если уж на то пошло. Не так уж много Запредельных знало о моих особых навыках, и я предпочёл бы, чтобы так оно и оставалось. У меня было достаточно работы, чтобы чувствовать себя комфортно, и достаточно анонимности, чтобы чувствовать себя в безопасности.
– Можешь остановить это, да?
– Это мой код и моя программа, - сказал я.
– Ну разумеется.
– Угу, - пробормотала Пет, но её худое личико было недовольным.
– Но я хочу знать, как ты преодолел защитное заклинание, и я думаю, Зеро тоже захочет это выяснить.
Кем бы ни был Зеро, подумал я, дважды щёлкнув по своей программе, он не собирался выяснять, есть ли у меня что сказать по этому поводу. Передо мной высветился экран ввода пароля, и я ввёл в окно несколько символов.
Передо мной замигало окно с ошибкой.
– Ну как?
– эти глаза ясные, серого цвета смотрели на меня с неприятной проницательностью.
– Что-то не так?
– Должно быть, я неправильно ввёл пароль, - сказал я, набирая его снова, на этот раз медленнее.
– Ну дааа, - сказала Пэт медленно.
– Спорим, что это не так.
Окно с ошибкой снова мигнуло передо мной.
Я набрал пароль в третий раз, на этот раз отдельным нажатием клавиши для каждого символа, крепко сжав челюсти.