Чтение онлайн

***

Дома было спокойно и умиротворяюще тихо. Спокойно. Оксана всё так же крутилась у плиты и напевала незатейливый мотивчик. Мирослав подошёл к своей жене и крепко обнял её. Он дома.

— Ммм. Ты сегодня пораньше. Что принёс добытчик?

Мирослав коснулся носом волос и жадно сделал вдох. Его жена пахла домашней едой, жаром печи и сушёным чесноком. От неё веяло уютом, теплой и заботой. Именно такой Мирослав представлял свою жену все эти годы до неё. Оксана стала той девушкой, из-за которой хотелось бежать домой.

— Ячмень, яблоки и картофель.

Она мягко улыбнулась и развернулась в его медвежьих объятьях. Такая счастливая и беззаботная. Мирослав нежно провёл шершавыми пальцами по выступающей скуле. Довольна ли она? Кажется, Оксана немного похудела.

— Не жалеешь, что осталась?

Девушка хитро улыбнулась и коснулась твёрдых губ мимолётным поцелуем.

— Ты же вроде за меня всё решил? Или передумал?

Какое там? Мирослав всего лишь взял её тревоги и волнения на себя. Он никому не признавался, что и сам боится. Сомневается. Каждый раз — идя на очередную бестолковую встречу или подготавливая запасы, проверяя укрепления или латая дыры в стене — Мирослав спрашивал себя, достаточно ли этого. Спрашивал и не находил ответа на свой вопрос.

На самом деле притворялись оба. Спокойствие всё чаще ускользало из их семь. Неминуемость беды висела над городом.

15 дней до нападения

Каждый день шёл как по накатанной. Казалось бы, мирная, размеренная жизнь. Только мужчины в городе стали не разговорчивыми и подозрительными. Действия Мирослава не остались незамеченными. Каждый стал приглядываться друг к другу. Ребятня больше не играла на улице вечерами. Женщины тревожно смотрели на уходящих в поле мужчин. Не было явной угрозы, а предчувствие беды так и застыло над Менеском.

В тот день, ровно за 15 дней до великого пожара, в деревню забрело два путника. Очень уж они не понравились Мирославу: всё пытались выведать и разнюхать. С виду, вроде, и обычные ребята. Представились путниками на знаменитую ярмарку, а всё равно, что-то не сходилось. То взгляд слишком цепкий, то движения плавные.

Оксана их тоже видела мельком в детинце и вцепилась со всей силы в руку своему мужу. Мирослав на всякий случай её попросил сидеть дома и во двор не выходить. Впрочем, предосторожности были излишними. Она всё понимала. Потому и вцепилась побелевшими пальцами в рукав льняной рубахи. Это был первый предвестник беды, которого так опасалась девушка.

— Мир, мне кажется, началось.

Кузнец повернулся на бок и сжал холодные пальцы, делясь своим теплом и уверенностью.

— Знаю, сердце моё. Знаю. Но ты ничего не бойся, я рядом буду.

Оксана лишь теснее прижалась к сильному телу. Очень хотелось никуда не отпускать своего мужчину, но усилием воли она всё же разжала пальцы. Оксана прекрасно понимала, что подготовка Мирослава к обороне — сейчас наипервейшая задача. Но что делать с глупыми чувствами, которые переполняют душу девушки?

— Очень боюсь. Ты не представляешь насколько.

Это был первый раз, когда она открыто озвучила свои опасения. День, после которого всё покатилось как снежный ком.

Оксана действительно просидела весь день дома. И как бы она не хотела, к сожалению, Мирослав не мог остаться рядом. У него были свои какие-то мужские дела. Оксана лишь надеялась, что предупреждение о беде поможет её предотвратить. Судя по тому, каким уставшим и смурным возвращается каждый вечер её мужчина, дела у Менеска были не очень.

А пока день ожидания, волнений и тревог. У девушки каждый раз замирало сердце, стоило кому-то из мужчин, знакомых ли или чужих, пройти рядом с их деревянным домиком. Иногда Оксане казалось, что страх вообще стал постоянным спутником в их семейной жизни. Он делил с ними еду, постель и даже простые житейские работы по хозяйству не могли отвлечь от единственной мысли. Когда? Когда это случится? Когда к стенам города подойдёт враг? Сколько продлится бессмысленное сопротивление?

Девушка изо всех сил перед Мирославом пыталась казаться твёрдой, но правда в том, что теперь в их доме трое: Оксана, Мир и тень страха позади.

Единственный, кто абсолютно не опасался чужаков — был Аристарх Олешевич. Его не зря прозвали волхвом и пройдохой. Что-то он всё же умел, хоть и балагурил знатно. Старик был собран. Он тоже готовился к неизбежному: заглядывал в будущее, выстраивал свой собственный план, в котором Оксане досталась ключевая роль. В отличие от всех Аристарх знал — Менеск падёт. Он был твёрдо уверен в этом. Всё остальное — детали. И они обязательно сойдутся друг с другом в правильную, чёткую картинку. Судьба ещё никогда не давала осечек.

13 дней до нападения

— Здравствуй, девица.

Оксана вздрогнула от старческого голоса волхва над ухом. Вот уж кого-кого, а этого прохиндея она ожидала увидеть в последнюю очередь. Тем более сейчас, в самый разгар дня.

— Тише. Ты чего дёргаешься?

Девушка подняла на Аристарха рассеянный взгляд. В мыслях она была далеко. Вместе с Миром. Тот ушёл на какой-то там совет ещё утром, а времени прошло уже прилично. Они никогда не обсуждали это друг с другом, но каждый раз их расставание смерти было подобно. Долгие прощания утром к вечеру становились пылкими ласками двух любящих сердец. И каждый раз как последний.

Волхв кряхтя сел рядом. Старческое лицо было недовольно.

— Дурная ты девка, Ксанка. Прекрати накручивать. В итоге случится так, как и положено, а ты скоро от своей тени прятаться начнёшь.

Девушка только головой покачала и прислонилась к стене дома.

— Вы вредный, невозможный старикашка, Аристарх Олешевич. Почему нельзя сказать, что всё будет хорошо и этого чёртового пожара не будет.

— Ну-ну. Надевай.

Он подкинул свёрток прямо в руки Оксаны. Девушка развернула и с удивлением рассматривала нарядное платье состоятельной горожанки. Мягкая переливающаяся ткань легко ласкала пальцы. Так и хотелось её примерить, вот только наряд был… слишком неуместным богатым для этих мест. Оксана выгнула бровь дугой и пытливо уставилась на дарителя.

— Будешь у нас дурочкой-красавицей. Вот туда в лес пойдёшь.

Оксана зашипела разъярённой кошкой. Туда в лес с миром ушли те двое странных путника буквально ночью. Не надо быть гением, чтобы не понять, что её отводится роль подсадной утки.

— С ума сошёл, старик? Ты думаешь я кто — чудо-женщина? Меня схватят и в лучшем случае просто убьют.

Вместо ответа он покрутил в руках небольшой пузырёк. Оксана уже знала, что это: шанс быстро перенестись домой и узнать что-то по настоящему стоящее. Шанс спасти целый город. Шанс выжить. Они оба знали, каков её ответ. Оксана порывисто выхватила бутылочку из старых, цепких рук.