Чтение онлайн

Если на первых уровнях «враги», чуть завидев друг друга, начинают грызню, то, встретившись в более осознанном воплощении, успеют отследить свои чувства взаимной неприязни и могут остановиться. «Во! Чего это я на него так реагирую? Я его ведь впервые вижу, и он мне ничего плохого еще не сделал». Когда человек готов, то Дух обычно дает возможность перевести всех своих «вечных» врагов если не в друзей, то хотя бы в приятелей, иногда воплощая их в родителей или детей. К четвертому уровню развития человек обычно подходит, не имея постоянно воплощающихся врагов. Гармонизация его внутреннего пространства организует внешнее окружение.

— Все, что ты рассказываешь, — признался я Бобши, — очень интересно, и в моей душе находит отклик. Многое из этого я интуитивно уже знал. Но вот не все складывается. Мне кажется, что я раньше был таким неандертальцем, что с трудом тянул на первый уровень, пока не занялся духовным самосовершенствованием. Складывается такое ощущение, что я в течение одной жизни проделал путь от первого уровня до третьего.

По улыбке Бобши скользнула тень не то печали, не то усталости.

— Это впечатление ошибочно, — сказал он. — В этой жизни ты уже родился, имея развитую душу, но человек состоит из семи различных тел. В первые годы жизни в новом воплощении все его внимание уходит на овладение физическим телом. Далее, с возрастом, если человек работает со своим сознанием, он начинает осознавать и другие тела, перемещая свое сознание все глубже и глубже. Когда его сознание доходит до ментального тела, то устанавливается связь со всеми прожитыми жизнями и это вносит изменения в восприятие мира. Внешне похоже, что человек развился за одну жизнь, на самом деле, он вспомнил свои прошлые наработки, которые были упакованы в более тонкие тела и проявлялись лишь как нравственность. При условии, что действительно в прошлых жизнях был опыт работы с тонкими телами. Тема о тонких человеческих телах очень важная, но давай оставим ее до следующего раза. На сегодня и так очень много для тебя информации.

«Не надо стремиться узнать об источнике этого, потому что это едино». *14 (Лао-цзы).

«Я называю бесстрастным того человека, который не губит свое тело внутри любовью и ненавистью; такого, который всегда следует естественному, и не добавляет к жизни искусственного». *5 (Чжуанцзы).

«Когда люди начали выдвигать добродетельных, то стали друг друга притеснять; возвысили знающих, и люди стали друг друга грабить». *23 (Чжуанцзы).

«Завлекают в клетку лишь с помощью того, что люди любят, — не иначе». *23 (Чжуанцзы).

«Тот, кто познал великую целостность, ничего не теряет, ничего не оставляет. Из-за вещей не меняется, возвращается к самому себе и становится неисчерпаемым». *24 (Чжуанцзы).

Мою старенькую семерку кидало по колее и заносило юзом от налипшей скользкой грязи, но я все ж смог выскочить из очередной низины. Впереди было просторное нагорье, склоны которого местами все же были крутоваты для моей машины. Вообще было поразительно, как я сюда смог на ней заехать. Пришлось остановиться, чтоб продумать, что делать дальше. Облака плотным пасмурным туманом скрывали ближайшую вершину, но я помнил о ее существовании. Я помнил, как в ясную погоду ее скалистая пирамида вызывающе вонзается в синеву неба, захватывая дух наблюдателя. И даже сейчас, не видя, я ощущал ее мощную устремленность.

Вдруг правая дверца машины открылась, и ко мне подсел улыбающийся Бобши.

— Что, не решаешься ехать дальше? — Разгадал он мое состояние.

Лицо его менялось сильней обычного, он даже не был на себя похож, я просто знал, что это он.

— А ты не бойся, — сказал он, — можешь ехать хоть на саму гору — он указал рукой в сторону скалистой пирамиды, скрытой тучами.

— Не бойся, — еще раз повторил он. — Езжай куда хочешь, мы все равно спим, — и он привычно расхохотался, наблюдая за тем, как до меня доходит, что мы действительно спим. По крайней мере, спал я, и все это мне снилось.

— Эй-ей, — с напускной сердитостью заметил Бобши, — не один ты спишь, я тоже сейчас сплю и мы в одном сне. Сон — самое удачное место, чтобы рассказать тебе о тонких телах. По крайней мере, ты сейчас точно знаешь, что такое астральное тело, — и он вновь расхохотался, глядя на то, как я пытаюсь собрать себя в кучу.

Мне стоило невероятных усилий, чтобы удержать в сознании взбудоражившие меня новости. Я чуть было не проснулся, и наверняка бы проснулся, если бы Бобши не применил чего-то. Что было дальше, я помню только обрывочно.

Бобши рассказал мне, что сейчас уже ученые осознают тот факт, что Земля слишком молода, чтобы на ней могло развиться такое сознание, которое имеет человек. В древнейших документах содержится повествование о том, как эволюционировало сознание, но учитывая, что письменность появилась лишь сравнительно недавно, стопроцентно доверять им он не советовал.

И все же, имея «на руках» результат, можно согласиться с тем, что сознание впервые зародилось вовсе не в человеческом теле и изначально имело лишь тонкое тело — само сознание. Со временем появилась некая защитная энергетическая оболочка, дающая сознанию бОльшую автономию и защиту от внешнего воздействия. Далее эволюция двигалась по принципу уплотнения тел, об этом неплохо написано у Блаватской.

Сейчас мы имеем то, что состоим из семи основных тел, поэтому для нас характерна семиричность восприятия. Мы слышим семь нот, потому как каждая резонирует с одной из семи основных чакр, хотя нам уже давно известно, что есть звуки, которые мы не в состоянии воспринимать. Они либо выше, либо ниже нашей восприимчивости. То же самое происходит и с семью цветами видимого нами спектра радуги.

Если двигаться вглубь тонких тел, то начиная с физического каждое последующее тело имеет на одну чакру меньше.

Эфирное тело начинается со второй чакры. Ему незачем иметь первую чакру, отвечающую за состояние физического тела. Оно значительно тоньше физического, но значительно плотнее остальных пяти тел. Обычно его воспринимают, как некое свечение по периметру человеческого силуэта.

Но для нас важно не само эфирное тело, каким бы оно ни было, об этом немало уже написано. Для нас важно то, что происходит с сознанием. То, как оно проявляется в каждом из семи тел. И для этого лучше всего начать наблюдение с эфирного тела. Вспомним, что оно начинается с чакры, являющейся генератором сексуальной энергии. Поэтому сознание здесь проявляется как всплеск эмоций и страстей. При неосознанности этого тела мы имеем образец людей с первым уровнем развития личности. Людей очень приземленных, имеющих простые потребности. У них сознание зависит напрямую от потребностей физического тела и удовлетворения страстей.

Но поскольку основное человечество уже давно шагнуло значительно дальше, то нам сейчас интересен обратный процесс — вернуть сознание к осознаванию физического тела. Звучит несколько каламбурно, но на практике это означает осознание собственного физического тела и процессов, в нем происходящих.

— Помнишь классический пример про Будду? — Спросил Бобши. — Когда еще до просветления он тренировал свое осознание… Они шли с приятелем и разговаривали. Вдруг на Будду села муха, и он ее машинально смахнул рукой. Затем, осознав машинальность своего действия, он остановился и повторил движение уже осознанно, хотя мухи давно уже не было. Так вот, осознавать действия своего физического тела мы можем из эфирного тела. То есть, когда осознанность входит в эфирное тело, мы осознаем реакции и действия физического тела. Мы попадаем в модное сейчас выражение «здесь и сейчас». Мы можем наблюдать за эмоциональными реакциями, но еще не управлять ими. Мы видим, что мы марионетки, подвешенные на нитях эмоций. Все эфирное тело находится в диапазоне от неосознанных эмоций и страстей до понимания того, что ты сейчас и здесь делаешь.

— Заведи машину, — вдруг попросил Бобши.

Я потянулся к ключу зажигания. Ярко возникло сознание, что делаю это во сне, поэтому был готов к любым неожиданностям, вплоть до того, что ключа зажигания на месте могло и не оказаться. Я видел, как моя рука прошла под рулем, привычно найдя ключ зажигания. В это время вторая рука проверила, на нейтралке ли стоит машина, а левая нога выжала сцепление. Во сне действия получались какими-то тягучими, и каждое требовало усиленного контроля. И тут я догадался, зачем меня попросил завести машину Бобши. Его улыбающаяся во всю ширь рожа была явным этому доказательством.