Междумирье
Шрифт:
Класс уже опустел. Только мы с приятелем оставались на своих местах.
– Да, прости, задумалась, – ответила я, закидывая вещи в сумку.
Сколько у тебя предметов сегодня?
– Пять.
– У меня тоже. Не возражаешь, если я провожу тебя до дома? – спросил он, и я наконец-то обратила внимание на друга.
Волосы цвета корицы, заплетенные во множество косичек, сегодня были убраны в хвост. На конце каждой косички пестрела яркая бусина. Всё это разноцветное великолепие покачивалось в такт движениям Эаля. Смотрелось забавно. И тем ярче оказался контраст между прической и пристальным серьёзным взглядом темно-синих глаз.
– Не возражаю, – я постаралась скрыть обреченный вздох и выдавила из себя улыбку.
Взгляд друга будто сказал: “и не надейся, ты мне всё расскажешь”.
Время до конца занятий прошло незаметно. Я то выныривала из мыслей и пыталась сосредоточиться на материале, то в мельчайших подробностях пыталась представить дальнейшие действия. В любом случае, пригрезилась мне встреча с Полиной или нет, нужен был план. Четкий, выверенный до мелочей и с несколькими запасными вариантами. Иначе на спасение брата можно не рассчитывать и считать, что его забрал Океан. Проблема в том, что я так считать не собиралась, но и не видела дальше, чем на два-три шага вперед.
Одно я решила точно: на выходные отправлюсь на остров Садов и попытаюсь продать все имеющиеся украшения и жемчуг, который мы с Алексом хранили на крайний случай. Надеюсь, брат не будет на меня в обиде.
Эаль ждал недалеко от широкого крыльца школы. Молча протянул стаканчик со смесью апельсинового сока и мякотью манго. Я с благодарностью приняла бодрящий напиток. Дома угощу его рисовыми лепешками с джемом. Он явно не отстанет, пока не выведает все подробности. Может, это и к лучшему – поделиться с кем-то переживаниями и планами?
До дома шли молча. Эаль иногда кидал на меня задумчивые взгляды, но так и не заговорил. Предложила ему лепешки и холодный чай. Друг, конечно же, согласился. К еде не притронулся, но в несколько больших глотков опустошил стакан с чаем. После чего сложил руки на груди и выжидающе уставился на меня огромными синими глазищами.
– Что ты хочешь услышать? – устало спросила я.
Исчезновение Алекса и последующие события всё-таки опустошили меня. Чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег.
– Всё, Лин, – серьёзно ответил Эаль. – Я давно тебя знаю и вижу, что в последние дни ты сама не своя. И хочу помочь, если это в моих силах.
– Ты же в курсе, что Алекс пропал? – решила начать издалека.
– Да, конечно, и понимаю твою тревогу... – начал приятель, но я подняла руку, перебивая его.
– Я знаю, где он.
– А пойдём-ка мы искупаемся, – прежде чем я открыла рот, чтобы возразить, Эаль приложил палец к губам и отрицательно покачал головой. – Стоит освежить тело и голову после учебного дня, – пока говорил, он достал из рюкзака какие-то странные железяки и начал соединять их. – Тебе явно надо расслабиться, Лин. Потом продолжим разговор.
Эаль покрутил маленькие колёсики, переключил какие-то рычажки странного аппарата и активировал голофон.
– Всё, – шумно выдохнул он. – Теперь можешь говорить, что угодно. Для людей Правителя мы плещемся в Океане.
Я всегда знала, что друг гений во всем, что касалось техники, но чтобы перенастроить голофоны... это сильно!
– Зачем такие сложности? – кивнула на странное устройство.
– Что-то мне подсказывает, – протянул Эаль и прищурился, – что твой рассказ может заинтересовать Правителя и привлечь к одной маленькой беззащитной девушке ненужное внимание.
Оставалось только признать его правоту и коротко рассказать о событиях последних дней. Я ожидала какой угодно реакции, вплоть до того, что друг вызовет врачебный вертолет и попросит провести со мной специальный курс лечения. Даже показала ему золотой браслет. Эаль ни разу не усмехнулся и не усомнился в правдивости моих слов.
– Хотелось бы и мне поговорить с этой Полиной. Уверен, услышал бы много интересного, – задумчиво протянул он и добавил, встрепенувшись: – Так, у нас есть ещё минут десять-пятнадцать, чтобы не вызвать подозрений длительным купанием. Давай сюда своё сокровище. Я дома попробую расплавить золото и вынуть камни. Так это богатство легче будет продать, да и вопросов вызовет меньше. Я, конечно, встречал золотые цепочки, кольца и браслеты, но этот гораздо более тонкой работы. На островах я такого не видел. Лучше не рисковать. Надеюсь, ты мне доверяешь? – добавил Эаль.
Я только глаза закатила. Не доверяла бы, не стала бы и рассказывать об иномирной гостье.
– Дальше, – заговорил друг. – Не вздумай в ближайшие дни возвращаться в пещеру и доставать из того сундука что-то ещё.
– Но... – попыталась возразить я.
– Никаких «но», – отрезал Эаль. – Пролежали они там несколько сотен лет, пролежат и ещё неделю-другую. Тебе сейчас надо затаиться и вести себя как обычно. Хотя бы до выходных, пока не отчалим на остров Садов.
– Ты со мной? – удивилась я.
– Конечно. – Он так посмотрел на меня, будто всерьёз готов был обидеться. – Неужели ты думала, что я тебя одну брошу со всем этим разбираться?! Не для того нужны друзья, чтобы сидели в стороне в трудное время. – Эаль покачал головой и продолжил: – Постарайся чаще говорить вслух, когда находишься одна. Слабое оправдание, конечно, если на твой разговор с невидимым собеседником обратили внимание... Но хоть что-то.
– Слушай, – протянула я. – Как у тебя получается учесть столько всего и думать на столько шагов вперед?
– Не знаю, – друг отвел взгляд. – Наверное, это странно... Но в минуты опасности – для себя или близких – в мозгах словно просветление какое-то происходит. Все кусочки информации встают на свои места, и я вижу полную картину. Это и позволяет просчитывать варианты. Странно, да?
Я пожала плечами. Не страннее невидимых собеседников из другой реальности.
– Ладно, пора закругляться, – проворчал Эаль. – Если Полина эта появится в ближайшее время, не говори вслух. Пиши или, на крайний случай, опусти голофон в воду – так твои слова почти невозможно будет разобрать.
Пока я в очередной раз удивлялась объёму знаний друга, он убрал все железки в рюкзак и перенастроил голофон. Дальше мы говорили о пустяках. С подначки Эаля я даже рассказала упрощенную версию исчезновения Алекса, которую друг необидно высмеял, вроде как помогая мне успокоиться и надеяться на скорое возвращение брата.
Когда он ушел, я с удовольствием вытянулась на кровати, переваривая открывшиеся подробности и вписывая в первоначальный план новое действующее лицо. Но долго валяться не стала. Раз надо делать вид, что всё как обычно, то займусь-ка я уроками и, заодно, буду комментировать вслух.