Чтение онлайн

Вообще-то машина у нас есть, но мы на ней только за город ездим – например, в конце лета на школьный базар или чтоб посмотреть фильм в 3D, когда нам надоедает наш допотопный кинотеатрик. Еще моя старшая сестра, Наоми, ездит на практику. Мы не возражаем. Верона-ков – город маленький, можно и пешочком пройтись. На каждый мой шаг у Лии приходится два прыжка. Нам попадается миссис Альбрехт с Эдгаром. Эдгар – пудель, а похож на свою хозяйку, будто он ей родня.

– Привет, ребята, – здоровается миссис Альбрехт.

Мы ей машем, Лия гладит Эдгара по голове. Слева от нас двое в полной экипировке поглощены спортивной ходьбой. Эти с нами не здороваются. В Верона-ков живут люди двух типов: отпускники и местные. Мы с Лией – местные в третьем поколении.

Не скажу, что у нас тут борьба за сферы влияния. Нет, все не так серьезно. Местные делают бизнес за счет отпускников; местные даже симпатизируют отпускникам. Отпускники, в свою очередь, о-бо-жа-ют наш город. Именно так они говорят, с ударением на каждый слог. Местные его просто любят – как воздух. В любви к воздуху не признаются; о ней даже не думают. Воздух просто находится в легких. И в крови.

Мы с Лией заходим в кофейню. Я – за дополнительным кофе, Лия – посмотреть, как работает Сайлас.

– Привет, – говорит Сайлас и вручает мне черный кофе в дорожном стаканчике. – Ну что, решил насчет младших?

– Дома их оставил. Всего-то на час, от силы на два. В конце концов, нельзя же их все время караулить.

– Мне не видно! – жалуется Лия.

Подхватываю ее под мышки. Лия обожает изнанку любого дела. Сайлас выдавливает взбитые сливки на поверхность напитка, добавляет шоколадный соус. Лия хлопает в ладоши. Сайлас не первый день в кофейне работает, но Лия до сих пор не привыкла. Надо же – ее брат за барной стойкой. Сайлас улыбается, подвигает к Лие миниатюрную чашечку. Горячий шоколад. Лия визжит от счастья, но Сайлас прижимает палец к губам, подмигивает ей. Лия его копирует, тоже подмигивает – неумело, нарочито: глаз слишком долго закрытым держит.

Какой-нибудь психолог, пожалуй, сказал бы: мы ее балуем, потому что она у нас младшенькая. На самом деле мы балуем Лию потому, что она до невозможности славная.

По пути к студии я пью кофе, Лия, причмокивая, тянет горячий шоколад. Мы усаживаемся на деревянную скамейку возле входа, обсуждаем планы на лето. Я планирую стать виртуозом в приготовлении соуса бер-блан, а еще бегать трусцой по пляжу, чтобы не умереть от инфаркта, как папа. Но Лии, конечно, я свои планы иначе подаю. Мол, хочу попробовать пару новых рецептов и выучиться бегать быстрее. Лия хочет часто-пречасто ходить в библиотеку, посмотреть мульт про уток и построить песчаный замок больше прошлогоднего. Мы как раз обсуждаем, каким он будет, наш замок, когда я вдруг чувствую: справа кто-то стоит.

– Доброе утро!

На нас сверху вниз смотрит девчонка с платиновыми кудрями, с помадой оттенка коктейльной мараскиновой вишни. В нашей школе такие не водятся. Я таких вообще живьем никогда не видел. Выражение лица у нее… счастливое. В смысле, девчонка от нашего присутствия не скисла.

– Привет.

Встаю резко, чуть не теряю равновесие.

– Вы хотели заняться росписью?

Девчонка указывает на дверь студии. Лия кивает, я продолжаю блистать красноречием:

– Да.

– Ну так заходите.

Широкая улыбка, приглашающий жест, возня с замком. Я тем временем смотрю на Лию. Мол, мы должны ее знать, верно? Она ведь здесь работает, следовательно, живет в нашем городе. Но Лие не до меня – она во все глаза разглядывает девчонку.

– А вы местные или отдыхающие?

Девчонка распахивает дверь, мы с Лией входим в студию.

– Местные.

– Отлично.

Она хлопает в ладоши, закрывает дверь, плюхает на пол сумку.

– Не знаете, полиция в Верона-ков очень суровая? В смысле, полиция сурова к человеку, который раньше не привлекался к ответственности, но, допустим, несанкционированно украсил резьбой экземпляр местной флоры? Разумеется, выяснить это меня попросила подруга.

Раскрываю рот, слабо представляя, как ответить. Но девчонка уже со смехом ведет Лию к столу.

– Вот вечно я так! Сама впереди себя бегу. Дело прежде всего. Роспись по керамике! Сюда, сюда. За то, что рано проснулись, вам приз полагается. Знаете какой? Можете выбрать любой стол, вот! До чего ж я рада, что в такую рань у меня посетители. В смысле, не поймите меня неправильно. Мне и одной нескучно. Я – сама себе компания.

Девчонка продолжает в том же духе. Лия выбирает стол в квадрате света, что льется из окна; остальные столы освещены гораздо хуже. Я иду за Лией, кошусь на девчонку. До чего же хороша. Девчонка исчезает в подсобке. Честное слово, она на вид – точь-в-точь как лимонный меренговый пирог на вкус. Солнце с пикантной кислинкой. Она появляется вновь, надевает на Лию розовый фартучек, наклоняется, завязывает тесемки.

– Ну и как тебя зовут?

Лия взглядывает на меня. Она всегда так разрешения спрашивает – одними глазами. Я киваю – тоже как обычно. Для разговоров мое разрешение необязательно. Но Лия молчит, и тогда девчонка тоже кивает:

– Вот умница. Не разговариваешь с незнакомыми людьми. Я вот, когда была маленькая, всегда с чужими болтала. Впрочем, я и до сих пор не научилась держать язык за зубами. Правда, на работе такая болтовня называется «обслуживание клиентов».

Алые губы двигаются быстро-быстро, раскрываются, округляются, артикулируя каждый слог.

Девчонка протягивает Лие руку:

– Меня зовут Виви. Мне шестнадцать, а скоро будет семнадцать, я приехала сюда на лето, живу на Лос-Флорес-драйв. Мой любимый цвет – синий, я обожаю собак и мороженое, а еще – смеяться так сильно, чтоб чуть-чуть в трусы не намочить.

Лия поджимает губки, давит улыбку в зародыше. Девчонка – то есть Виви – глядит победительницей.

– Ну вот, я больше тебе не чужая. Ты теперь знаешь про меня всякие вещи, в том числе – один постыдный факт. И все равно, если не хочешь, можешь не говорить, как тебя зовут.

– Меня зовут Лия.

Лия чуть стискивает и поспешно отпускает руку Виви.

– Я очень рада познакомиться с тобой, Лия. А тебя как зовут, лакомый кусочек?

Виви склоняет голову набок, в мою сторону. Она что, меня лакомым кусочком назвала? Меня только один человек так называет – Бетти. Но ей – шестьдесят с хвостом, она меня знает с рождения.

– Или ты тоже не доверяешь чужим?

– Джонас.

Говорю низким голосом, в доказательство, что я – парень. А никакой не лакомый кусочек. Ее смех – как звон китайского колокольчика. Не понимаю, что смешного. Она становится на цыпочки, чтобы набросить мне на шею хомут фартука.

– Я не собираюсь заниматься росписью. Я просто привел сестру.

– Глупости, Джонас.

В мгновение ока Виви оказывается позади меня, завязывает тесемки фартука у меня на талии, точь-в-точь как она это проделала с Лией. Я не возражаю. Она оглядывает меня в фартуке, улыбается, переводит глаза на Лию.

– По-моему, краски по тебе уже просто истосковались. Очень советую с ними не церемониться. Знаешь, сколько в мире оттенков? Восемьдесят шесть тысяч! Наверняка ты сможешь использовать как минимум половину из них. Чем больше, тем лучше!