Чтение онлайн

– Подожди. Что?

– Я предупреждал тебя, – продолжает Рич. – Я говорил тебе, что «Чикаго» нужен постоянный плохой парень, а в этом году ты сдал назад. Я ни в малейшей степени не удивлен, что они не вышли на связь.

Зандерс потрясенно приоткрывает рот, его глаза становятся тусклыми и безучастными.

– Твою мать, Зандерс, я же тебе говорил. Теперь мне нужно немного поработать и прикинуть наши варианты.

На этом его агент вешает трубку.

Вся радость или жизнерадостность, которые были у Зандерса сегодня вечером, теперь исчезли, и он сидит в потрясенном молчании. В лунном свете я вижу, как его грудь быстро вздымается от тревожных вдохов, а на лице отражается реальность его самого большого страха.

– Зи…

– Нам пора, – быстро говорит он. – Тебе нужно вернуться в свой номер, пока нас не поймали. Это было безрассудно – появиться вместе на людях.

Он встает с песка и начинает одеваться, избегая смотреть мне в глаза.

Я физически ощущаю дистанцию, которую он создает, и я не знаю, как остановить это или ослабить его страхи, когда реальность такова, что он, возможно, только что потерял контракт. Как мне унять его беспокойство? Я не могу. Не тогда, когда это происходит из-за меня.

Зандерс стоит в квартале от меня, наблюдая, как я вхожу в вестибюль своего отеля, моя одежда и волосы все еще мокрые после нашего купания в океане.

Быстрый путь к лифту проходит как в тумане, поскольку мою грудь переполняет беспокойство, а разум затуманивает страх. Страх за карьеру Зандерса. Страх неизвестности того, что это значит для нас.

– Стиви?

У лифта я резко оборачиваюсь и вижу Тару, сидящую на диване в вестибюле, нога на ногу, руки на коленях.

– Почему ты в мокрой одежде?

Я чувствую, как кровь моментально отливает от моего лица. Слава богу, что Зандерса здесь нет, но подозрительный взгляд Тары говорит мне, что она знает: что-то случилось.

– Я купалась в океане.

Это не ложь.

– Одна?

– Да, – слишком быстро отвечаю я. – Вода такая приятная. Попробуй сама.

Она молчит, изучая меня, и, к счастью, больше мы не можем обменяться ни словом, потому что на этаже вестибюля звенит лифт.

– Спокойной ночи.

Мой голос слишком высок, а тон слишком льстивый, но это не помогает ослабить повисшее между нами напряжение.

– Угу, – подозрительно хмыкает она, и я захожу в лифт.

Победа в первом раунде помогла мне немного успокоиться, но мысль о том, что «Чикаго» не продлит мой контракт, не выходит у меня из головы с той самой ночи во Флориде. Я был небрежен в личных отношениях, полагаясь на то, что нас пока не поймали, и надеясь, что последствия разоблачения будут не такими ужасными, как мы себе представляли.

Но реальность проступает все отчетливей, и я понимаю, что где-то в ближайшем будущем наступит переломный момент. Либо я после этого сезона перестану играть за «Рапторс», либо Стиви перестанет у них работать.

Другого выхода нет, и прямо сейчас я не готов принимать эти решения. То, что она была со мной, – единственная причина, по которой в этом году я наслаждался выездными играми.

Итак, мы молчим, избегая друг друга в самолете и общаясь только тогда, когда находимся в безопасности моего пентхауса. Стиви по-прежнему приходит на мои домашние матчи, но во время моего пребывания на арене мы приняли дополнительные меры предосторожности: она сидит только в укромных местах и не дожидается окончания игры, а просто встречает меня дома.

Но больше всего меня беспокоит то, что Рич как-то притих. Я ничего не слышал о нем с той самой ночи, когда он сообщил новость о том, что «Чикаго» еще ничего не сказал насчет нового контракта. Рич никогда не молчит. Он всегда что-то замышляет, работает над чем-то, что принесет нам обоим чертову кучу денег, но в последнее время от него одни неприятности.

После целого сезона, когда мои друзья подбадривали меня тем, что «Чикаго» перезаключит со мной контракт, несмотря на всю ту чушь, которую я нес, я начал в это верить. И это оказалось ошибкой.

Трудно сосредоточиться на самых важных неделях карьеры, находясь в полутора сериях от финала Кубка Стэнли, когда будущее висит в воздухе. Трудно сконцентрироваться на том, что происходит здесь и сейчас, когда я не знаю, где окажусь после того, как все закончится.

Но то, что «Чикаго» еще не предложил новый контракт, не означает, что это не обсуждается, поэтому в течение следующих нескольких недель, пока мы продолжаем наш путь к финалу, я собираюсь сосредоточиться на том, что я могу привнести в организацию с точки зрения хоккея. Это значит стать одним из лучших защитников в лиге и лучшим в команде, которой осталось одержать всего девять побед.

Как только я открываю входную дверь квартиры, туда врывается Рози в поисках моей девушки. Собака у меня спокойная, поэтому в те дни, когда я тренируюсь утром перед игрой, как сегодня, я беру ее с собой на каток и позволяю ей бегать по раздевалке, получая свою порцию любви от всех ребят.

Стиви жалуется на то, что в такую рань потеряла партнера по обнимашкам, и я не уверен, кого она имеет в виду – меня или мою собаку, но ради собственного самолюбия мне нравится думать, что она имеет в виду меня.

Я следую за Рози в спальню, ожидая увидеть каштановые локоны, разметавшиеся по моей наволочке в ожидании, когда я вернусь и присоединюсь к ним, но моя кровать пуста, и поблизости не наблюдается ни одной хорошенькой стюардессы.

В тишине из смежной ванной доносится тихое хныканье, и я иду на звук.

В ванной полумрак, лишь слабое свечение исходит от освещенного зеркала, перед которым я вижу свою девушку, почти полностью обнаженную. На ней пара черных кожаных штанов, натянутых до бедер, но больше ничто не скрывает ее обнаженное тело. Когда Стиви наконец поднимает глаза, я ловлю ее отражение в зеркале и замечаю в ее чертах печаль.

Глаза цвета морской волны обведены красным, веснушчатые щеки раскраснелись до темно-розового оттенка, и когда она смотрит на меня, ее полная нижняя губа слегка дрожит.

– Ви, что происходит? – Я делаю два медленных шага и становлюсь позади нее перед зеркалом.

Она быстро вытирает глаза.

– Я не думала, что ты вернешься так скоро. – Она делает глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, а потом разворачивается и пытается проскользнуть мимо меня. Но я ловлю ее прежде, чем она успевает убежать, притягивая ее к себе, и она утыкается головой мне в грудь.