Чтение онлайн

Обдумывая ситуацию, Лиз подошла к дверям их гостевой комнаты. Выход один, нужно отрезать ему все пути к отступлению. Она влетела в комнату, быстро сорвала с постели простыни и одеяло и засунула их под кровать. То же самое она сделала с подушками. Вот так! Если Джон надумает провести здесь ночь, ему будет не очень-то удобно спать в таких спартанских условиях.

Она побежала наверх и забралась под одеяло. Когда работает кондиционер, тому, на ком надеты только кружева и рюшечки, не очень-то жарко одному в постели. Выключив со своей стороны лампу, она повернулась лицом к стене. Стоит ли делать вид, что она уже спит? Лиз все, еще не пришла ни к какому решению, когда через пять минут прибыл Джон. Она задержала дыхание, когда кровать прогнулась от его веса.

— Лиз? — шепнул он. Она не ответила.

— Черт возьми! Да Лиз же! — Сильные руки Джона крепко прижали ее к груди. — Не злись! Признаюсь, что я был нетактичен.

— Именно так, — согласилась Лиз. Ей не хотелось сдаваться слишком быстро, но она уже чувствовала, что поддается его обаянию. Тепло, исходившее от груди Джона, начало проникать в ее тело, сводя на нет ее защитную реакцию.

Она почувствовала, как тело расслабляется против ее воли.

— Дорогая, мне не хотелось обижать тебя.

Он более удобно устроил ее голову у себя на груди.

— Твоя внешность просто поразила меня, я был к этому не готов. Представь себе, ты возвращаешься домой, и тебя встречает полностью изменившаяся жена. Тем более что больше всего в тебе мне нравилась твоя естественность.

— Вот как? Но не могу, же я вечно оставаться одинаковой. Я не Питер Пэн.

— Это точно, — сухо заметил Джон, — но из тебя вышел бы великолепный Тинкер Белл.

«Что он имеет в виду?» — подумала Лиз, но ей не хотелось отвлекаться от разговора.

— Хочешь, я скажу тебе что-то? — спросил Джон и сильно зевнул.

— Ну? — недоверчиво спросила Лиз.

— Я не буду возражать против твоей новой прически, если ты перестанешь так сильно красить глаза дома и вернешься к своим старым духам.

— Хорошо, — согласилась Лиз. Она была счастлива, что их размолвка подошла к концу. Если честно, ей самой совершенно не нравится запах новых духов. К тому же, она и вправду слишком сильно наложила тени под глазами.

— Вот и замечательно. — Джон притянул ее к себе поближе. — Я люблю тебя, Лиз, — ласково сказал он сонным голосом.

Лиз хотелось, чтобы ее тело расслабилось.

Конечно, ей было бы больше по душе, если бы вечер закончился по-другому, но она прекрасно понимала, как нужен отдых Джону. А завтра они уедут в Вашингтон. Лиз улыбнулась и теснее прижалась к мужу.

Через некоторое время приглушенный телефонный звонок разбудил ее. Лиз застонала и взяла телефонную трубку.

— Алло? — Она подперлась рукой и невидяще уставилась на светящиеся цифры будильника. Без пятнадцати час?

— Миссис Лангдон? — резко обратились к ней. «А кого еще она хотела бы застать по этому телефону?» — мрачно подумала Лиз.

— Да, это миссис Лангдон.

— Доктор дома? Это — телефонная секретарская служба.

— Минуту. — Лиз посмотрела на Джона, он лежал на животе, засунув голову под подушку.

— Джон, телефон. — Она растолкала его. Ей было так жаль его, когда он едва открыл глаза и никак не мог сосредоточить взгляд, чтобы взять ручку и блокнот с ночного столика.

— Да? — Простонал он, протягивая наконец руку к трубке. — Пожалуйста, повторите еще раз… Благодарю вас. — Он начал записывать номер телефона. — Который час, Лиз?

— Уже почти час ночи.

Ей хотелось спать, но она смотрела, как волновались мышцы на его голой груди. — Что случилось?

— Звонила миссис Кернеби. Ей нужно поговорить со мной. Она заявила, что это не терпит отлагательства.

Он нахмурился.

— Интересно, что случилось? У нее один ребенок, ему полгода, и сегодня я как раз смотрел его, у него все в порядке со здоровьем.

— Вчера, — Лиз перевернулась.

— Что?

— Ты смотрел его вчера. Сейчас уже завтра. Позвони ей и узнай, в чем дело, — посоветовала она. Она могла бы и не говорить этого, потому что Джон уже набирал ее номер.

Лиз прислушалась к разговору. Удивительно, как четко он разговаривает с этой женщиной, будто все время бодрствовал. Однако, зная прекрасно все оттенки его голоса, Лиз уже через минуту заметила, как в нем начали проскальзывать нотки раздражения. Она с любопытством взглянула на него и была поражена злым выражением лица.

— Миссис Кернеби, вы не должны ожидать немедленного успеха. Если он не станет, есть ее в течение двух недель, позвоните мне на работу, и тогда мы поговорим об этом с вами. Спокойной ночи!

Он перегнулся через Лиз и повесил трубку.

Она сонно улыбнулась, когда его хорошо развитая грудная клетка нависла над ней на несколько секунд.

— Ну, в чем там дело? — спросила она Джона, продолжающего чертыхаться.

— Ее сын не ест кашу.

— Что? — Лиз заморгала ресницами.

— Я предложил ей сегодня прикармливать малыша кашей, вот она и позвонила мне ночью, чтобы доложить, что вся каша выплюнута.

— В час ночи?

— Видимо, она работает во вторую смену и только что вернулась домой.

— Почему ты не объяснил ей, что ты думаешь о людях, которые звонят по ночам по разным идиотским причинам?

— Потому что она очень нервная. Скажи я ей это сейчас, в критической ситуации, она тоже станет ждать начала рабочего дня, чтобы сообщить мне о случившемся.

Джон вздохнул, потушил свет и прижал к себе Лиз.

— Иногда я жалею, что не стал врачом-дерматологом.

«Я тоже, — подумала Лиз, — жалею об этом все время».

— У тебя все в порядке? — Джон отпустил ее потную руку, как только самолет перестал набирать высоту. Он мельком посмотрел на свой потрепанный дипломат, и Лиз сразу поняла, чем заняты его мысли.

— Все хорошо. — Она с трудом выдавила из себя улыбку. — Я боюсь, только когда мы поднимаемся и когда садимся. Теперь у меня не будет никаких проблем до самого Вашингтона. Думаю, мне лучше посидеть пока с закрытыми глазами.

Она заметила облегчение, промелькнувшее в глазах Джона, и поняла, что он хочет поработать.