Миссис Бреникен
Шрифт:
В тот день без каких-либо опасений, наоборот, можно даже сказать с воодушевлением, экипаж «Франклина» готовился начать свою новую кампанию. Отцы, матери, прочая родня собрались в порту, чтобы попрощаться со своими близкими, но так, как прощаются с теми, кого скоро увидят вновь: «В добрый путь и до скорого свидания, так ведь?» В самом деле, намечалось путешествие сроком в шесть месяцев, обычное плавание в хорошее время года между Калифорнией и Индией, поездка из Сан-Диего в Калькутту и обратно, а вовсе не одна из тех торговых или исследовательских экспедиций, которые увлекают суда на долгие годы в самые опасные морские уголки обоих полушарий. Моряки с «Франклина» много повидали на своем веку, и их семьи знавали гораздо более волнующие проводы.
Тем временем приготовления близились к концу. «Франклин, стоящий на якоре посреди порта, уже отделился от других кораблей, число которых свидетельствовало о том, что мореплавание играет важную роль в жизни Сан-Диего.
Джон Бреникен не мог желать лучшей погоды и более благоприятного ветра для начала плавания. В это время — а было десять часов утра — вся команда находилась на борту. Никто из матросов не собирался возвращаться на берег: можно сказать, что путешествие для них уже началось. Несколько портовых шлюпок, стоящих возле трапа [16] у правого борта судна, ждали тех, кто пожелал в последний раз обнять своих родных и друзей,— эти лодки доставят их к пристани, как только «Франклин» поднимет передние паруса. И хотя приливы в бассейне Тихого океана слабые, лучше все-таки отправляться в путь с отливом, который ждали с минуты на минуту.
[16] Трап — деревянная лестница на судне.
Среди провожавших были глава торгового дома мистер Уильям Эндрю, миссис Бреникен с кормилицей, державшей на руках малютку Уота, мистер Лен Баркер и его жена Джейн Баркер, двоюродная сестра Долли. Гарри Фелтона, помощника капитана, человека бессемейного, никто не провожал. Добрых пожеланий мистера Уильяма Эндрю ему вполне хватит, большего и не нужно, разве что жена капитана Джона, в том он был уверен наперед, присоединит к ним и свои напутствия.
Гарри Фелтон уже находился на баке [17] , где шестеро матросов начали выбирать якорь. Послышался металлический звон бьющихся стопоров, заскрежетала проходящая через клюз [18] якорная цепь, и «Франклин» тронулся с места. Брейд-вымпел [19] с инициалами дома Эндрю реял на клотике [20] грот-мачты, а на гафеле [21] бизани развевался полосатый с федеральными звездочками флаг Соединенных Штатов Америки. Отданные паруса готовы были подняться, как только корабль, движимый кливерами и стакселем [22] , немного наберет ход.
[17] Бак — здесь: носовая часть верхней палубы судна, а также надстройка на ней, называемая иногда полубаком.
[18] Клюз — отверстие в борту судна для выпуска за борт и выборки назад якорного каната с прикрепленным к нему якорем.
[19] Брейд-вымпел — флаг особой формы и рисунка, поднимаемый на грот-мачте в знак того, что на борту судна находится старший начальник.
[20] Клотик — толстый кружок, или сплюснутый шар, прикрывающий от дождя верхний срез мачт и других вертикальных сооружений на корабле; термин употребляется и в значении «самая верхняя точка судна».
[21] Гафель — рангоутное дерево, прикрепленное к мачте с задней стороны под углом; служит для прикрепления верхней кромки паруса.
[22] Стаксель — треугольный парус, поднимаемый впереди мачты к носу судна.
Стоя в передней части рубки [23] и внимательно наблюдая за приготовлениями к отплытию, Джон Бреникен выслушивал последние указания мистера Уильяма Эндрю относительно декларации, в которой были обозначены товары, составляющие груз «Франклина». Затем судовладелец вручил ее молодому капитану.
— Если обстоятельства вынудят вас изменить маршрут, действуйте так, как сочтете нужным для пользы дела, и шлите известия об этом при первой же возможности. Наверное, «Франклин» сделает остановку у одного из Филиппинских островов, ведь вы, надо полагать, не намерены идти через Торресов пролив?
[23] Рубка — закрытая надстройка на мостике или верхней палубе судна с находящимися там служебными помещениями.
— Конечно, мистер Эндрю,— ответил капитан,— я вовсе не собираюсь рисковать «Франклином» в столь опасных водах к северу от Австралии. Мой маршрут должен быть таким: Гавайские и Марианские острова, остров Минданао на Филиппинах, остров Целебес [24] , Макасарский пролив, а затем через Яванское море в Сингапур. Путь от Сингапура до Калькутты хорошо известен. Не думаю, что из-за ветров, дующих на западе Тихого океана, судно изменит курс. Однако, если вам понадобится дать мне важное распоряжение, телеграфируйте либо на Минданао, куда я, вероятно, зайду, либо в Сингапур, куда я зайду непременно.
[24] Целебес — современное название этого острова Сулавеси.
— Договорились, Джон. Со своей стороны, как можно скорее сообщите мне котировку [25] товаров в Калькутте. Возможно, цены заставят меня изменить намерения относительно загрузки «Франклина» на обратный путь.
— Обязательно, мистер Эндрю,— ответил Джон Бреникен.
В этот момент к ним подошел Гарри Фелтон:
— Якорь под нами, капитан.
— А как отлив?…
— Начинает ощущаться.
— Так держать.
Затем капитан Джон, преисполненный признательности, повторил, обратившись к Уильяму Эндрю:
[25] Котировка — биржевая цена ценных бумаг и товаров.
— Еще раз, мистер Эндрю, благодарю вас за то, что именно мне поручено командование «Франклином». Надеюсь оправдать ваше доверие…
— Нисколько не сомневаюсь, Джон,— ответил Уильям Эндрю,— я и не мог найти более достойного человека для такого дела!
Судовладелец, крепко пожав руку молодому капитану, направился в заднюю часть рубки.
К Джону подошли миссис Бреникен в сопровождении кормилицы с младенцем и супруги Баркер. Близилась минута расставания. Капитану оставалось лишь попрощаться с семьей.
Как известно, шел только второй год Доллиного замужества, и ее младенцу едва исполнилось девять месяцев. Хотя предстоящая разлука поселила в ее душе глубокую печаль, она старалась держаться как можно спокойнее. Ее кузина [26] Джейн, натура слабая и безвольная, напротив, не скрывала своего волнения. Она очень любила Долли, подле которой нередко забывала об огорчениях, причиняемых ей властным и вспыльчивым мужем.
Конечно, Джейн догадывалась о том, что на самом деле творится в душе кузины, ведь впервые со времени женитьбы супруги Бреникен вынуждены были расстаться. И если Долли хватало сил, чтобы сдерживать слезы, то можно сказать, за нее их проливала Джейн.
[26] Кузина — двоюродная сестра.
Что до Лена Баркера, то этот человек, взгляд которого никогда не смягчался ни от какого нежного чувства, прохаживался взад и вперед, погруженный в свои мысли и безучастный к происходящему. Было очевидно, что он вовсе не разделял настроений провожавших, которых привели на отплывающий корабль чувства любви и привязанности.
Капитан Джон, взяв руки жены в свои и прижав ее к себе, растроганным голосом заговорил:
— Долли, дорогая, я ухожу в море… Но не надолго, любимая… Всего несколько месяцев — и мы снова вместе… Нам ли пугаться моря — с таким-то кораблем да с такой командой?… Ничего не бойся, ведь ты жена моряка… Когда я вернусь, наш Уотик станет уже большим мальчиком,— ему исполнится год и три месяца… Он уже начнет говорить, и первое слово, которое я от него услышу по возвращении…
— …Будет твое имя! — ответила Долли.— Мы с ним всегда будем говорить о тебе!… Пиши мне при каждом удобном случае!… Я с таким нетерпением стану ждать твоих писем!… Я хочу знать, что ты делал, что собираешься делать… Пусть мои воспоминания о тебе и твои собственные мысли станут нераздельны…
— Да, милая Долли, я буду писать… И эти письма расскажут тебе не только о событиях нашего путешествия, но и о моей нежности, о моей любви…
— Ах, Джон, я ревную тебя к морю!… Я завидую тем любящим, которых ничто в жизни не разлучает!… Но нет… Не стоит об этом думать.
— Дорогая моя, ведь ты же знаешь, что я уезжаю ради нашего ребенка и ради тебя… Я должен обеспечить вас обоих! Если когда-нибудь наши надежды на состояние осуществятся, мы больше никогда не расстанемся!
Подошли Лен Баркер и Джейн. Капитан Джон повернулся к ним.
— Мой дорогой Лен,— сказал он,— оставляя жену и сына, я доверяю их вам как единственным родственникам, которые остаются у них в Сан-Диего!
— Положитесь на нас, Джон,— ответил Лен Баркер, стараясь смягчить грубый голос.— Мы с Джейн всегда рядом… Долли будет окружена заботой…