Мне (не) скучно
Шрифт:
Он мог сам, без помощи лечь на кровать, пользуясь перилами. Более того, кровать была с управлением на пульте, подстраиваясь под его хотелки.
— Это все работа Ляли. Марат консультировал её. А я уж так, настраивал.
— Это здорово… Просто нет слов. Спасибо. — Матвей сглотнул ком в горле. — Это очень, очень много для меня…
— Нет, сынок… — Дамир абы склонился к нему, — Это ничто по сравнению с тем, что ты сделал. — он похлопал его по плечу. — Ну, давай. Устраивайся. Сможешь сам?
Дождавшись его кивка, Дамир абы ободряюще улыбнулся ему и вышел из комнаты.
Матвей оставшись один ещё раз осмотрелся. Комната была полностью оборудована для его удобства. Шкафы с ручками на уровне его руки, столик рассчитанный на то, что спокойно подъедет к нему на коляске.
Матвей выдохнул и зажал переносицу пальцами. В глазах защипало. Несмотря на то, как он поступил со своей семьёй его не бросили, более того о нем заботятся. Разве он заслуживает этого?
— Матвей? — Дверь бесшумно открылась и на пороге появилась Ляля. Простая и домашняя настолько, что Матвей чуть слышно простонал. — Что то случилось?
Она быстро подошла к нему и положила свою ладонь на его лоб, — Болит что-то?
— Нет… Да… — Матвей горько усмехнулся. — Болит.
— Что? Боже… это было не правильно собирать всех сегодня. Ты устал… Прости. — она заволновалась, тревожно суетясь вокруг него. — Давай я помогу тебе лечь? Или душ? Может обезболить?
— Нет, Ляля, нет. — он поймал её за руку. — Все хорошо.
— А где болит? — она остановилась.
— Здесь… — он взял её ладонь и положил себе на грудь.
— Матвей… — прошептала она. — Матвей…
— Ляль… Я так виноват перед тобой. — он прикрыл глаза и прижал её ладонь к губам. — Перед детьми, твоими родителями. Это никогда не забыть. Я понимаю.
Ляля молча слушала, распахнув глаза, словно впитывая каждое его слово.
— Там… — он мотнул головой, — я шёл к вам. Каждую минуту… Я так люблю тебя, Ляля. Очень люблю. Тебя и детей.
— Матвей… — Ляля устало покачала головой и опустилась перед ним на колени. — Ты… ты знаешь… Я тоже виновата перед тобой.
Матвей обхватил её лицо руками и покачал головой. — Не важно… Все не важно.
— Нет! Я хочу что бы ты знал…
Она смотрела на него сквозь слезы. — Мне очень стыдно… — всхлипнув она смахнула слезы с щек. — Но я хочу тебе признаться…
Матвей бережно стер с её щек слезы. — Ляль…
— Нет! Не перебивай! — она покачала головой. — И так тяжело…
Она судорожно вздохнула и прикрыла глаза, словно собираясь силами.
Матвей сжал челюсти, сдерживая отчаяние. Он готов ко всему. Примет любое ее признание. Абсолютно любое. Приготовившись услышать то, что может перевернуть все, он сжал челюсти и прикрыл глаза.
— Это я виновата в том, что ты чуть не умер… — отчаянно прошептала она. — Мне было так больно, что я желала тебе смерти… Прости меня Матвей. — она всхлипнула и закрыла лицо ладонями.
— Уфф — не удержавшись выдохнул Матвей с облегчением. — Ляля… Это не правда! Если так подумать, то я сам виноват. Не хотел жить без вас. Иди ко мне…
Он потянул к себе жену и усадил на колени. — Я люблю тебя. Как же я люблю тебя!
Глава 19 Кто такой Марат
Ляля
— Я люблю тебя- ласковый шёпот Матвея вызвал мурашки по телу.
Ляля поежилась и мягко отстранилась. — Уже поздно, Матвей. Давай, я помогу тебе? Покажу как работает душ.
Деловой тон которым она постаралась говорить с ним, вызвал у Матвея недовольную гримасу. Ляля сделала вид, что не заметила этого. Она помогла снять ему рубашку, осторожно обходя травмированную руку и повезла его в душ.
— Вот… смотри. Здесь есть перила и сиденье. Ты можешь сам себя обслуживать. Конечно, первое время мы будем помогать тебе, пока рука полностью не восстановится… — она посмотрела на него и наткнувшись на внимательный взгляд бывшего мужа смутилась. — Если хочешь, я позову Марата. Ну, если ты стесняешься… — последние слова она произнесла едва ли не шёпотом, покраснев при этом как школьница.
— Не надо Марата! — раздраженно проронил Матвей.
— Ну и зря ты так на него реагируешь! — не выдержала Ляля, настраивая воду. — Нам повезло что он приехал!
— Я так и понял! Плачу от счастья… — Матвей нахмурившись попытался ухватиться за перила и почувствовал боль в руке. — Бл@ть! — прошипел он.
— Больно? — Ляля тут же подлетела к нему. — Где? Дай посмотрю!
Она суетливо принялась ощупывать его руку. — Где болит?
— Все… прошло. — Матвей протянул здоровую руку и ласково погладил её по щеке. — Не удачно схватился.
— Давай вместе? — она поддержала его и помогла пересесть на удобное сиденье в душе. — Штаны надо снять, Матвей.
— Я сам… — просипел он, мягко отталкивая её руку.
— Хорошо… — она закусив губу встала, стараясь не встречаться с ним глазами. — Я буду здесь, рядом. Воду надо просто включить, я настроила… — она сбилась и добавила чуть тише, — как ты любишь.
— Понял… — он мрачно кивнул и дверь душевой закрылась отделяя её от Матвея.
Она стояла, чутко вслушиваясь в то что происходило внутри, готовая броситься ему на помощь и в отчаяние кусала губы.
«Как же все тяжело! И так не так и так не эдак…», зажмурившись покачала головой. Признание Матвея снова выбило её из колеи. Нет, не потому что ей было не приятно… Наверно потому, что это признание словно обязывало её что-то ответить ему. А ей пока нечего ему ответить. Не готова она пока ни к каким ответам.
Она досадливо сжала руки, обхватив себя за плечи. «Как же все не правильно!», грустно вздохнув она тихо спросила бывшего мужа- Ты справляешься?
— Нет… — словно запнувшись ответил он. — До спины не дотягиваюсь.
Ляля вздохнула и скинула с плеч халат. Она предвидела такое развитие событий. Рука у него была сломана правая. Рабочая. Да и вообще… за годы их брака, Ляля частенько терла мужу спину в душе и помогала мыться. Ей нравилось это. Намыливать сильное тело Матвея, любуясь им.
Вздохнув, она открыла дверцу душевой и прошла к нему.
— Давай, я помогу тебе.
Намыливая спину, она с горечью подмечала насколько сильно изменился мужчина сидевший перед ней. Выпирающие позвонки, свежие розовые шрамы безобразно уродующие его поясницу, бледная кожа…