Мне тебя навязали
Шрифт:
На мгновение повисла тишина. Мы неловко уставились друг на друга. Я не знал, что стоит сказать, и в итоге тесть начал первым:
— Заставь её подписать, Картер, — указал он на бумаги. — Ты же понимаешь, что рядом с тобой у неё нет будущего?
Я кивнул, переводя тупой взгляд на журнальный столик. Тиффани и правда будет лучше без меня.
Всем будет лучше без меня.
— После развода дом и фирма снова перейдут в собственность твоего отца. Хотя на фирме можно поставить крест, — мрачно добавил Барт.
— Спасибо, — ответил я, сглотнув неприятный ком в горле. Теперь родителям хотя бы есть где доживать старость.
— Убеди Тиффани. Желательно, чтобы она подписала бумаги до суда. Иначе всем нам придётся несладко.
— Я знаю.
Тесть положил ручку на столик и ушёл, оставив меня в раздумьях.Развод. Долгожданная свобода. Только вот какой ценой? Я взял в руки бумаги и пробежался по ним взглядом.
Я не мог утащить Тиффани на дно вместе с собой. Она всего этого не заслуживала. Хоть раз я должен был поступить по отношению к ней правильно. Поставил свою подпись и отправился на поиски жены.
Глава 46
Она сидела в саду на скамейке и пялилась на цветы и газон. Глаза красные, но больше не плакала. Такая маленькая и хрупкая, но какая же отважная. Готова пройти вместе со мной через всё дерьмо. Тиффани всегда слишком меня любила.
— Где отец? — тихо спросила она, заметив меня.
— Уехал.
Я присел с ней рядом и от волнения кусал губы, не зная, как начать разговор. Ей наверняка не понравится то, что я скажу.
— Тифф…
— Извини за истерику, — виновато произнесла она, избегая моего взгляда. — И за то, что наговорил отец.
— Он прав. Ты должна подписать бумаги.
Жена резко вскинула голову и посмотрела на меня с недоверием.
— Не говори так!
— Я серьёзно.
Тиффани то ли фыркнула, то ли горько усмехнулась. Во взгляде чувствовалась обида, словно я её предал.
— Не хочу слушать эту чушь! — выпалила и встала со скамейки, но я успел схватить её за руку.
— Мне нужен развод, — жёстко сказал, чтобы она наконец-то ко мне прислушалась.
— Не делай глупостей! Разве ты не понимаешь, что если мы разведёмся, отец не станет тебе помогать!
— Он и так не станет.
— Станет! Он тебе обязательно поможет! Я его уговорю, — её голос задрожал, вот-вот опять расплачется. Маленькая плакса.
— Я тебя не люблю, — вкрадчиво произнёс, глядя на неё. — Не хочу тратить последние дни свободы на тебя.
Тиффани всё же не сдержала слёз. В её глазах отразилась боль, и она зажмурилась, словно хотела оказаться в другом месте, а не слушать слова, которые разбивают её сердце на части.
— Ну хочешь, я уеду на несколько дней? — предложила, снова перешагивая через себя. Господи, какая упрямая! Зачем заставляла меня ещё больше измываться над ней?
— Просто подпиши грёбаные бумаги и исчезни из моей жизни, — процедил я сквозь зубы, сжимая её руку сильнее. Но Тиффани лишь отрицательно покачала головой. Глупая влюблённая девочка. — Я тебя ненавижу! Ты слышишь?! Я ведь на взятку пошёл, только чтобы от тебя отвязаться!
Она раскрыла рот от удивления, в шоке уставившись на меня. Дотронулась до подвески, которую я ей подарил. Носила её, не снимая, трепетно берегла.
— Что?
— Я думал, фирма выйдет на новый уровень и начнёт приносить хорошую прибыль. И тогда, через пару лет, я мог бы вернуть твоему отцу деньги и уйти, — признался я. — Я с самого начала мечтал о разводе.
Тиффани уже, наверное, ничего не видела сквозь пелену слёз. Прикрыла лицо руками, присаживаясь на скамейку.
Чёрт, и что теперь делать? Ненавижу, когда девчонки плачут. Чувствуешь себя глупо, не зная, как успокоить. Особенно если причина её слёз — ты.
— Я уже подписал бумаги. Так что и ты не затягивай, — тихо попросил, глядя на неё сверху вниз. Тиффани шмыгнула носом и подняла на меня забитый взгляд.
— До суда не подпишу.
— Тифф… — разочарованно выдохнул я.
Что ещё мне сделать, чтобы она согласилась? Снова трахнуть другую в нашей спальне? Зачем она всё усложняла?
— Я верю, что отец тебе поможет. И пусть ты меня не любишь, пусть не хочешь меня видеть, но сейчас я не уйду!
Тиффани решительно встала, собираясь вернуться в дом, но я её остановил. Обхватил её лицо руками, заглядывая в красные слезливые глаза.
— Я утяну тебя на дно вместе с собой, разве ты не понимаешь?!
— Ну и пусть!
— Все будут о тебе шептаться и перемывать косточки!
— Плевать!
— Тифф, глупая! Одумайся! Мне грозит до пятнадцати лет тюрьмы! — взмолился я, стараясь её переубедить. Снова жертвовала собой в угоду мне. Ну что за дурочка!
— Я буду тебя ждать. Мне всё равно. Буду навещать тебя каждый месяц или неделю, если получится.
— Боже, что ты несёшь? — устало произнёс я, понимая, что мои слова на неё нисколько не действуют.
— Я тебя люблю! И обещала быть с тобой и в горе, и в радости.
— Я освобождаю тебя от этого обязательства.
— Нет! — упрямо прорычала она, глотая слёзы. — Не говори так!
— Глупая девочка. Что мне сделать, чтобы ты меня послушала?
Тиффани накрыла мою ладонь своей и твёрдо произнесла:
— Я тебя не оставлю.
— Твой отец будет не рад, — покачал я головой, окончательно сдавшись.
— Ну и ладно, — пробурчала она, шмыгая носом. Вся тряслась, как забитый зверёк. В зелёных глазах — буря из обиды, боли и разочарования.
— Не плачь, — я вытер нескончаемый поток её слёз и обнял, утешая какое-то время. Чувствовал себя паршиво, что её слёзы из-за меня. Вскоре отстранился, взял Тифф за руку и потянул в сторону дома: — Пойдём, мы же хотели посмотреть кино.
— Я хочу побыть одна, — неожиданно сказала она, отпуская мою ладонь.
Я сначала даже растерялся, ведь она всегда только рада была провести время вместе. А потом понял, что это из-за моих слов. Я ведь только что кричал, как её ненавижу. Открыл было рот, чтобы сказать, что это неправда, но не стал. Пусть лучше всё останется как есть, так Тиффани будет проще отпустить меня, когда я попаду за решётку. Не хватало ещё, чтобы она тратила молодость, чтобы ждать меня.
— Ладно. Присоединяйся ко мне позже.
Она кивнула, обхватывая себя руками и избегая моего взгляда. Я не стал ей докучать и оставил одну, как она и просила. Отправился в гостиную, открыл пиво и поставил фильм.