Чтение онлайн

На самом юге, у устья Крейны, очень много лесов, но люди там не живут с самой войны — о тех местах ходит слишком много чудовищных и неправдоподобных слухов. И, тем не менее, часть из них, очевидно, правдивы, иначе бы там давным-давно всё заселили. Официально эти земли принадлежат Коросскому королевству, но последнее поселение находится в шестидесяти с лишним милях от побережья — туда не доходят приливы с Ядовитого моря. Моря, отравленного магией семьдесят два года назад.

Та земля весьма скудна лесом, особенно годным для строительства, и потому почти всё теплое время года торговцы сооружали из строительного леса огромные плоты. За сравнительно небольшую плату туда можно было устроиться пассажиром, также услугами сплавщиков пользовались купцы. После сплава плот просто разбирали, лес продавали и возвращались своим ходом до мест заготовки древесины, чтобы построить новый плот.

Велиону повезло — на хозяина одного из таких транспортов он наткнулся в одном из центров речной торговли всего лишь через три дня после того, как покинул постоялый двор Леварда. Это был угрюмый мужик, поросший волосами, словно леший. Выслушав могильщика, он просто буркнул:

— Дорога до Последнего Причала стоит пять грошей. Жратву или свою бери, или будешь покупать у нас. Ни брагу, ни пиво с собой не брать. За драку наказание одно — прочь с плота, и повезёт, если во время захода в порт. Отплываем завтра перед рассветом.

Велион кивнул, сунул монеты в волосатую ладонь дровосека (или сплавщика?) и отправился к ближайшим прилавкам с едой.

***

— И куда его понесло, как ты думаешь? — спросил тот, кто уже почти год назывался Кронле.

Он сидел, прислонившись спиной к куче мусора, в которой, не обращая на него никакого внимания, рылась пара бродячих собак. Несколько свежих шрамов на его лице кровоточили, а правая рука висела хлыстом. Это тело уже не выдерживало его присутствия, и, кажется, его дни здесь уже сочтены.

Одна из собак замерла, из её пасти потекла кровавая слюна.

“В Имп. Я думаю, его понесло в Имп. А тебя так и тянет на помойку”.

— Зачем? Что там делать?

Собака заскулила и неуклюже села, из её пасти потекла уже не слюна, а кровь.

“Лезть в самую жопу, что же ещё”.

— Поэтому он тебе и приглянулся, да?

“Поэтому он нам так нужен. Если он и такие, как он, не будут лезть в самую жопу, у нас ничего не выйдет”.

— О, ну это всё меняет. Они лезут во всякую жопу, а мы потом забираем нужные нам вещи. Вот только где Рука? Куда она подевалась?

“Мы не знаем. У него её точно нет”.

— Вот именно. Так и получается: мы обосрались в Бергатте, а сейчас он идёт в Имп и там, скорее всего, сдохнет, а мы останемся ни с чем. К тому же, Импе нет ничего полезного.

“А ты сможешь его остановить?”

Существо в теле Кронле помолчало, прикидывая расстояние. Куча мусора, у которой он присел отдохнуть, находилась на окраине Айнса, а это больше двадцати миль до того речного порта, где могильщик снимал место на плоту.

— Нет.

Собака клацнула зубами, не обращая внимания на болтающийся язык. Кровь хлынула с новой силой.

“Тогда займись делом. Он выживет”.

— Дело, дело… — проворчал тот, кто назывался Кронле. — Можно мне уже спокойно сдохнуть и вернуться назад?

Собака не ответила, она уже лежала на боку, не подавая никаких признаков жизни. Под тощим телом растекалась лужа крови.

— Везёт же кому-то. Тогда пойду. Но, пожалуй, сначала ещё немного отдохну.

Тот, кто уже почти год назывался Кронле, закрыл глаза, и никто не смог бы отличить его от трупа.

Они по очереди поднимались на осклизлый от моросящего дождя причал — торговцы, пилигримы, батраки да пара затесавшихся в их ряды проповедников Единого. Мерзкая погода держалась уже третий день, и плот покачивался на небольшой речной волне. Шедший впереди Греста пилигрим — сварливый дед с длинной седой бородой — шагнул на причал как раз в тот момент, когда плот вместе с волной пошёл вниз, запнулся и повалился на склизкое дерево. Раздался всплеск злобной ругани, произнесённой скрипучим голосом, осточертевшим воришке ещё во время дороги.

— Осторожней, мать вашу! — рыкнул владелец плота. — Не задерживайте очередь!

Грест втянул голову в плечи и шагнул в сторону от стоящего на ободранных коленях деда. Шедший следом Велион одним рывком поставил пилигрима на ноги.

— Осторожней, отец, — тихо сказал он.

В ответ раздалась вторая порция ругани, посвящённая грёбаной дождливой погоде, траханым плотам, сраным причалам и гнойным мудакам, которые не умеют строить ни плоты, ни причалы. Грест, наслушавшийся за свою недолгую жизнь всякого, всё же решил оставить пилигрима как можно дальше за своей спиной. К тому же, Велион, помогший деду подняться, не задерживаясь, шёл в сторону посёлка.

Грест, в общем-то, знал его меньше двух недель, как и всех остальных, с кем ему пришлось сплавляться на барже сюда, практически к самому Ядовитому Морю. Но почему-то бывший карманник, а ныне беглец, решил пойти следом именно за ним. Возможно, дело в том, что Велион единственный, кто помог старику, да и вообще производил впечатление нормального мужика. Он, наверное, был один из двух или трёх человек, кто ни разу не поругался с другими из-за места для ночёвки или еды.

Может, он займёт Гресту пару монет? Все свои деньги беглец потратил на дорогу сюда, окраину мира. Этот же мужик выглядел состоятельным — новая одежда, спокойствие, с которым он расстался пару дней назад с проигрышем в кости целых шести грошей.

Карманник заторопился за угрюмой чёрной фигурой в широкополой шляпе. Деревянный причал, как и водится, заканчивался через полдюжины шагов, а за ним сразу начиналась грязь, которую сегодня размесили уже десятки ног. Слева торговали рыбой, её удушающая вонь, должно быть, распространялась на десятки миль кругом. Посёлок с названием Последний Причал наверняка провонял ей насквозь.

— Велион, дружище, — пробормотал Грест, ровняясь с черноволосым, — ты бы не занял мне медяк? Когда найду работу, я тебе всё отдам!

«Интересно, чем он занимается?», — подумал Грест. Рюкзак за плечами у него немаленький, но бродячие торговцы обычно увешивались своими товарами с ног до головы. Может, он наёмник? Но в этих местах наёмники не нужны. Да и не сильно похож, у наёмников их профессия читалась на лице.

Велион через плечо глянул на Греста, и тот почти сразу пожалел о своей просьбе. Бывший карманник, вращающийся всю свою жизнь в криминальных кругах Ариланты, пару раз видел подобный взгляд. И те люди были последними, у кого он хотел бы занять. Наёмные убийцы. Грест вспомнил, как один из них посмотрел на него, словно определял, какую сумму взял бы за его убийство. И Грест, очень и очень дороживший своей шкурой, понимал — сумма эта невелика. Велион, видимо, сделал такой же вывод.