Чтение онлайн

Четыре руки хватают меня, тянут назад! Я ору и лягаюсь, хватаюсь за ручник…

Сквозь свой крик, я не могу разобрать их слова. Но мне от них не вырваться…

Дышу со всхлипами. Оглядываюсь. Меня утягивают обратно на сидение, говорят что-то успокаивающее.

Сколько раз я уже пыталась залепить Тони пощечину, два или три? И каждый раз бесполезно - его реакции нечеловеческие.

Вот и сейчас.

Я только руку поднять успеваю, как он уже перехватывает меня за кисть, мягко грозит пальцем:

– Не вздумай.

Локтем пытаюсь зарядить ему в бок. Но и тут он блокирует, с усмешкой, но твердо говорит:

– На Альфу нельзя руку поднимать.

Вбираю воздух, надуваю щеки в немом возмущении. Расселись тут… Двое альфа-самцов, блин, заблокировали выходы. Думают, что им все можно.

Лихорадочно соображаю, вглядываюсь в их лица.

Вульгарные, наглые, пошлые, нахальные.

Обаятельные и харизматичные.

Непроницаемые. Невозмутимые. Невообразимо непостижимые.

И незнакомые.

Совсем не те братья, которых я помню.

Это меня больше всего и смущает.

Яр перехватывает мой взгляд, щурится. Берет мою руку в свою.

– Смотри на меня внимательно. Не бойся. Давно было пора это сделать…

Он скидывает пиджак, расстегивает рубашку.

О, блин… Твою мать, начинается!

– Я стриптиз не заказывала, слышишь?! – шиплю, отворачиваюсь, меня колотит.

Тони обеспокоено спрашивает, обращаясь к брату:

– Ты чего, прямо тут?

Яр качает головой и машет рукой в жесте «все нормально, не парься», а мне говорит:

– Ника, смотри.

Вжимаюсь в Тони спиной, хочется крикнуть, но голоса нет, я распахиваю глаза, глядя на мощный, покрытый волосами торс Яра.

Миг.

И по его лицу идет марево. Очертания колеблются, как в жаркий день, когда асфальт плавится.

Появляются бакенбарды, кожа темнеет…

И… О боже… Что это?!

Я вижу, как на секунду его лицо принимает вид оскаленной морды животного…

С силой зажмуриваюсь. Голова кругом идет, а сердце бухает по ребрам так, будто требует, чтобы его выпустили отсюда.

Ухух! Вот это забористое какао было!

Мое лицо обдает теплым ветром, я слышу и чувствую спокойное дыхание Тони.

Теряю счет времени. Прошла секунда или сто?

– Смотри, Ника.

Недоверчиво приоткрываю один глаз.

Прямо передо мной лицо Яра. Суровый взгляд, кустистые брови, прямой нос, мощный, квадратный подбородок…

Но он неуловимо изменился, стал больше походить на того, кого я знала в прошлом.

Оглядываюсь на Антона. Тот смотрит пристально, вздернув губу и обнажив зубы в полуоскале. Молчит, сверкая огнями в глазах.

Вздергиваю брови, трогаю вспотевший лоб, и выдаю:

– Офигеть! Это что сейчас было такое?! Мне же… показалось?

Яр яростно трет скулу, скребет подбородок, отвечает:

– Частичная звероформа. Я ускорил регенерацию. Когда ты рядом – это возможно. Понимаю, тебе страшно…

Тони подхватывает:

– Мир не такой, как ты думаешь. То, что ты считаешь бабушкиными сказками – наша реальность. Пора принять это. Ты наша часть. И часть нашего мира.

– Боже… Вы мне подмешали что-то в какао?!

– Нет.

Я сама касаюсь лица Яра, веду пальцами по щетинистому подбородку, трогаю кожу. Он смотрит, не отрываясь, взглядом поощряя продолжать.

Я не сплю. И меня не глючит. Ощущения слишком реальны.

Что ж.

Хочется присвистнуть. Засмеяться. И, покрутив пальцем у виска, вызвать санитаров. Себе или им, без разницы.

Вдох-выдох, все нормально.

Вижу пока только один выход: играть по их правилам, приняв это за константу. Не позволять им заходить слишком далеко. И лучше ничему не удивляться. А потом придумать, как избавиться от них или сбежать. Я слишком доверилась их словам, что все происходящее - в рамках рабочей поездки. Что я смогу перетерпеть их скверные характеры. Что они изменились. Что потом все закончится и каждый сможет жить своей жизнью…

Нет.

И сейчас мои надежды растаяли как снежинки в глотке драконов.

Частью их мира я быть не желаю. Все, что я хочу – это свободы.

Всю жизнь мне диктовали правила.

Повиноваться отцу. Слушаться старшего брата. Почитать старосту. Соблюдать заветы старейшин.

Я не могла выбрать с кем мне жить, кого любить. Подразумевалось, что все решат за меня.

Я искала свободу. Свободу от правил, родителей, навязанных обязанностей. Место, где я смогу заниматься любимым делом, и сама решать, с кем я хочу быть. Или быть одной.

Мне в этом помогал дядя. Заставляя во всем слушаться его. И ни шагу было нельзя ступить, без согласований с ним.

Хватит.

Сколько можно.

Я всего лишь хотела работать. Карьеру. А тут… Эти двое… Опять…

Тони тянет меня к себе, вырывая из руки Яра. Мгновение, и я оказываюсь на его коленях, спиной прижата к груди. Пытаюсь отпрянуть, но он держит крепко, проводит руками по шее, откидывает волосы, легонько прикусывая-целуя в шею. Его губы горячие, ласковые. Мурашки убегают в знойный закат.

Твердо, собрав всю волю в кулак, говорю:

– Пусти!

А в ответ мне:

– Тише, милашка. Ты же слышала - нет времени. Я не трону тебя без согласия. Но поверь, скоро ты этого сама захочешь…

В груди Яра что-то хрипло клокочет.

Ситуация накаляется. Яр наклоняет голову вперед, морщит лоб. Его брови сходятся на переносице.

Я ерзаю, ощущая под собой твердость члена Антона.

Нет-нет-нет, я не буду! Это надо остановить, любой ценой!

Сжимаюсь.

Пальцы Тони уже расстегивают пальто, добираясь до груди.

– Ого! – восклицаю я, подавшись вперед.

Руки Антона разжимаются, и я сползаю вниз, между сидениями, на ходу руку под одежду засовывая, сжимаю в кулаке кулон. И засовываю руку под сидение машины. Вытаскиваю, демонстрируя «находку» мужчинам.

– Смотрите, вот же, вы это искали?

Глава 10

На входе небольшая очередь. Никакой вывески нет. Обычный полупарадный вход в подъезд элитного дома с зеркальными окнами. Видимо, заведение действительно только для своих. Пройти сюда было не просто - через несколько этапов охраны.