Чтение онлайн

Яр поворачивается ко мне всем телом. Я вздрагиваю, отстраниться пытаюсь. Его лицо оказывается близко, и черные глаза прожигают, оставляя ожоги…

– Слово «любовь» в том разговоре не звучало, милая.

Пламя свечи на комоде колеблется и потухает.

В груди что-то ухает, срываясь в бездну несбывшихся надежд и наивных мыслей. Повисает на волоске. Сжимаю зубы, зачем он так со мной...

Яр добавляет:

– Но нашему трио везет.

– В смысле? – шепчу, голос дрожит.

Тони поясняет:

– Обрести истинную пару – подарок судьбы. Для этого ничего не надо делать. А вот любовь между истинными – то, что строим сами. Это не гормоны людей со стремлением к размножению на инстинктах. Это то, что создается годами. И она уже зарождается. Крепнет с каждым днем и пройденным конфликтом.

Вздыхаю. Звучит, конечно, романтично. Но нет, чтобы просто сказать: «Мы тебя любим, Ника».

Глава 25

– Потанцуй для меня.

– Что?

– Танец, Ника. Для меня.

– Странная просьба. Мне не хочется танцевать, Яр. Зачем это?

Тони пристально наблюдает за нами, сверкая краснотой глаз. Яр откидывается на подушки, закидывает руки за голову. Он выглядит расслабленно, лишь сцепленные зубы выдают напряжение.

– Ты же хотела меня исцелить? Объяснить подробно?

– Да уж, будь добр, объясни.

Хотя я и так понимаю, куда он клонит. Не то, чтобы я отказывалась, но… Одно дело, когда близость происходит по взаимному желанию. А совсем другое, когда это необходимость. Даже во имя спасения… Я чувствую себя… Ну, не знаю. Предметом, как минимум. И я уже не знаю, как избавиться от этого чувства.

Яр продолжает:

– Ранение не физическое. Повреждения касаются только внутреннего зверя, с каждым часом он теряет силы. Я пробовал разные методы. Но ни один не подходит. Похоже, охотники что-то усовершенствовали. Осталась только ты, как последнее средство.

– Секс, - вздыхаю. – Тут все понятно. В сказках принцесса целовала умирающего принца, и он исцелялся. Так же и здесь, только с поправочкой – восемнадцать плюс.

– А вот и ошибаешься, моя радость.

Хм… В смысле, ошибаюсь? Вопросительно смотрю. Яр говорит:

– Какой самый главный инстинкт?

– Эм… Инстинкт размножения?

– Самосохранения. А потом размножение.

– Я не понимаю, к чему ты клонишь…

– Есть древний ритуал. Медвежьи игрища, называется. Он пошел с севера. Всё начинается с танцев, а заканчивается поклонением верховному медведю, которому пора на покой. Он отбирает самую лучшую девушку, достойную родить наследника и уединяется с ней. Ей он отдает всю свою силу через семя. А потом уходит из клана на Священную гору. Если начнется танец под ритуальную песню, то зверь обязательно очнется. А я преодолею низменные инстинкты, не позволю ему взять то, что он желает больше всего перед смертью. Тебя, моя радость.

Кручу локон волос, дергаю его, сосредоточено стараюсь понять, как одно вяжется с другим:

– Но… тогда он умрет, не исполнив свой основной инстинкт, и всё. Разве нет?

– А здесь вступает в ход магия. Раз ты не умеешь ей пользоваться, я сам возьму. В переводе на доступные тебе аналогии - это умирающий сам себе дефибриллятор прикладывает к груди, вызывая разряд, поскольку доктор некомпетентен. Ты, кстати, сама вообразила, что проклятье – твое направление. На самом же деле, существует только то, во что ты веришь. Я верю, что у тебя другая сила. Но активировать ее можешь только ты сама.

Моргаю… О сколько открытий чудных мне еще предстоит…

– Потанцуй для меня, малышка. Прошу.

Яр просит, он действительно просит, не принуждает, не заставляет.

Но я колеблюсь, внутренние зажимы сковывают покрепче цепей. Я же не умею танцевать, да и вообще…

Сзади неслышно подступает Тони и окутывает горячим шепотом, укрывает им, словно защитным коконом:

– Я тебе помогу. Представляешь, какое интересное задание… Яр будет страстно желать. Будет весь твой, у твоих ног. Исцеление через мучение, как тебе? Медведи те еще извращенцы… Мазохисты, согласна?

– Да уж…А если у меня не получится?

– Получится, у тебя все получится. Просто расслабься и будь собой. Ты красавица, охренительная красавица, Ника. Нам даже напрягаться не нужно, достаточно на тебя взглянуть. И вдохнуть. Давай подразним его. Проверим, насколько он сможет устоять перед тобой. Не сможет ведь, а? Спорим на желание, что он через минуту на тебя уже бросится? А я его удержу.

Интонации Тони игривые. Я загораюсь под его шепотом. Чувствовать себя соблазнительницей… есть в этом что-то заманчивое.

– Я…ладно, попробуем.

– Вот и умничка.

Пока мы перешептывались, Яр добрался до планшета. И что-то там тыкает.

Я видела в комоде большой полупрозрачный платок, расшитый узорами. Повяжу его на бедра, вместо шорт.

Из колонок льются первые звуки музыки. Яр успел подключить планшет к акустической системе.

Туууум… Туууммм…

Хм.. Что-то этническое, фольклорное? Странное…

К барабанам подключается бубен, ускоряя ритм.

Я прикрываю глаза, пытаясь настроиться. Тони отходит к окну, снова возвращая комнату в полумрак, и теперь только пламя свечей разгоняет темноту.

Погружаюсь в незнакомую музыку. Это что-то неведомое, непривычное, древнее, будто давно забытое. К барабану и бубну добавляется варган и флейта.

Тони подходит сзади:

– Расслабься… Отдайся... Тело все сделает за тебя.

Он кладет руки на бедра, и вот я уже ими неспешно покачиваю, попой задевая мужчину. Трусь об него, получаю живой отклик, в виде учащающегося дыхания волка и твердеющего органа. Тони избавляет меня от футболки.

Мелодия нарастает, вибрации из колонок проникают прямиком в солнечное сплетение.

Смотрю в глаза Яра, с удовольствием отмечаю его интерес, одобрение и желание. Он хрипло выдыхает:

– Да, детка, давай.

Меня подстегивает, захлестывает. Шаманская мелодия чарующая и волшебная. Ни на что непохожая.

Под звуковыми волнами я сама становлюсь волной. Тело начинает жить своей жизнью. Ноги и бедра, живот и руки – каждая часть сама знает, что делать, как двигаться плавно и притягательно.

Трансовые звуки засасывают в другое измерение.

Комната исчезает.