Монахиня и Оддбол
Шрифт:
К вечеру площадь освободили от столов, музыканты играли весёлую музыку и люди могли вдоволь плясать, радуясь за любимого всеми виконта и его красавицу-жену. А когда совсем стемнело, на берегу реки зажглись крутящиеся фейерверки, к которым присоединились запускаемые с лодок ракеты, распускающиеся в небе пышными огненными цветами. Этот фейерверк отражался в чёрной воде реки, и казался людям необыкновенным сказочным волшебством.
В замке молодые вместе станцевали первый танец, а второй танцец был для двух пар — Майкл танцевал с леди Эстер, а Дора с герцогом Крэйбонгом.
Праздничный обед в большой зале замка, по традиции почему-то называемый "свадебный завтрак" поразил гостей наличием помимо традиционных, ещё совершенно невиданными угощениями и красивым оформлением. Большой фаршированный осётр занимал почти всю длину праздничного стола. Помимо этого, стол изобиловал многочисленными рулетиками из запеченного мяса и овощей, наполненными разными вкусностями тарталетками, и прочая. Вечером гостям выкатили на тележке два высоких торта — один украшенный светлым кремом — торт невесты, и более тёмный — торт жениха. Дора сама отрезала первые кусочки от этих тортов и подала родным — своему отцу и родителям Майкла.
— Таких вкусностей с праздничного стола мне, пожалуй, не доводилось пробовать и во дворце, — авторитетно заявляла леди Захария, — Вот я расскажу об этом нашим фрейлинам, и пусть завидуют!
Под конец свадебного дня Доре вручили большую тарелку с засушенными кусочками хлеба, и попросили кинуть их в сторону собравшихся незамужних девиц и женщин. Среди счастливиц, которым удалось поймать сухарики, что означало скорое замужество, были восторженно визжащие кузины Миллефрай и даже леди Захария.
Потом гости из замка отправились смотреть фейерверк, а молодые пошли в спальню. Первая совместная ночь для молодожёнов была наполнена страстью и ненасытностью их обоих. Дора и помыслить не могла, что близость с любимым мужчиной так сильно отличается от того супружеского долга, который она отдавала своему первому мужу.
Утром, когда они, оба уставшие от ласк, прямо в постели перекусывали лежащими на подносе маленькими проткнутыми деревянными спицами слоёными "канапе", Майкл сказал Доре:
— А теперь, дражайшая моя жена, ты должна узнать главную тайну своего супруга.
Дора склонила голову набок, изобразив желание слушать.
— Ты когда-нибудь думала о том, что мир, в котором ты живёшь, может быть не единственным?
Глава 4
Дора внимательно посмотрела на Майкла, убедилась, что он внешне серьёзен, и, проглотив кусочек канапе, спросила:
— Ты что, ангел?
— Точно нет, — отмахнулся Майкл.
— Но… не наоборот же?
Майкл с укоризной покачал головой
— И это моя жена! Мать моих будущих детей…
— Тогда я не понимаю тебя. Какой ещё может быть второй мир?
— Обыкновенный. Очень похожий на ваш.
Майкл поморщился.
— Дора, я принял решение всё рассказать тебе после свадьбы, но свой рассказ не продумал — прости меня, дурака, не учёл, что тут нет ещё фантастики и тебе будет трудно это понять. Хотя я и сам толком не понимаю…
— Знаешь, Майкл, мне как-то страшно становится. То Фредерик просил у меня прощения о том, что не предупредил о важном перед нашей свадьбой, теперь ты будто собираешься признаваться в какой-то своей вине или фантазиях… Ты уверен, что мне надо знать то, что ты хочешь рассказать?
— Уверен. Не хочу тебе врать, как всем.
— Тогда рассказывай с самого начала.
— Это идея. Так и сделаем, — обрадовался Майкл, — Только прошу тебя выслушать меня, ни разу не перебивая. А вопросы задашь потом, когда я закончу свою историю.
Дора, замотанная в покрывало, уселась на кровати поудобнее.
— Я родился в городе, который называется Москва…
Рассказ Майкла длился около часа, хотя он и старался говорить кратко. Дора слушала его молча и внимательно.
— Знаешь, — задумчиво сказала она, когда Майкл закончил свой рассказ словами "И вот моя мечта наконец-то сбылась, я женился на своей сказочной принцессе", — О переселении душ иногда поговаривают всякое. Даже церковь знает о случаях, когда едва научившийся говорить ребёнок вдруг рассказывает, что он жил уже на свете, и называет и имя и место, где он никогда не был и не мог о нём знать. Ещё бывало такое, что человек после травмы и долгой потери сознания вдруг начинал говорить на незнакомом ему раньше языке. И я бы, хоть и с трудом, но поверила что ты — другой человек, душа, нечаянно вселившаяся в тело виконта. Но про другой мир или миры я никогда раньше не слышала.
— Если бы я не был из этого мира, откуда бы я взял свои идеи производства не известных здесь пока товаров?
— Ты мог сам их придумать.
— Разве я похож на гения? — улыбнулся Майкл.
— На глупца ты точно не похож, — вернула улыбку Дора.
— Ладно, я понимаю, тебе трудно во всё это поверить, давай пока так и оставим. Главное, ты услышала меня.
— Ты же говорил, что я потом задам тебе свои вопросы.
Майкл потянул на себя кончик покрывала, которым была замотана Дора.
— Твой гениальный муж придумал кое-что получше…
Молодожёны вышли из спальной комнаты покоев Доры только к вечеру — банально проспали почти весь день. Майкл предложил было Доре не выходить сегодня совсем, но она убедила мужа, что это будет невежливо.
Деликатные улыбки их родных повергли Дору в смущение.
— Я уже собирался уехать в Фосбери без тебя, — сказал Доре Питер, — Думаю, может сестрёнке уже и не нужно там ничего…
— Нет-нет, я хочу поговорить с Фредериком и с Элизабет, а то мы расстались практически молча, к тому же вроде бы как на время, ещё до решения трибунала. Это нехорошо, они не заслуживают такого.
— Ну тогда завтра рано утром и поедем.
— Не могу решить — мне туда надо ехать? — спросил Майкл.
— Нет, Майкл, останься здесь, пожалуйста, — ответила Дора, — При тебе наш разговор вряд ли получится таким, как нужно.
— Фредерик ждёт тебя, Дора, — сказал вдруг лорд Вилей, — Как вернулся из монастыря, так и ждёт.
Рано утром из замка Оддбэй выехали две кареты — одна, с гербом Крэйбонг, увозила герцога и Брайана в столицу, а вторая, с гербом Оддбэй, направилась в соседнее графство.
Граф Фосбери и его сестра встретили Дору и Питера в гостиной. После приветствия Элизабет спросила:
— Вас можно поздравить с новым бракосочетанием, маркиза?
— Да, позавчера я вышла замуж за виконта Оддбэя, — ответила Дора.
— Что ж, я вас поздравляю. От всей семьи Фосбери, если можно, — сухо сказала Элизабет.
— Спасибо.
В гостиной воцарилась какая-то неловкость. Тогда Питер попросил о возможности увидеть сына, и Элизабет ушла с ним в комнату кормилицы.
— Фредерик…