Москва - Кассиопея
Шрифт:
— Не знаю. Ты останешься с Агапитом, — сказал Витька. — А я… Дай мне жезл.
Витька потянулся к жезлу, который был у Агапита, но Павлик удержал руку Витьки.
— Подожди, Витька. В случае твоей неудачи мы все погибнем. Все. И они. И мы. Лоб вывел Агапита, но больше эти школьные фокусы не помогут. Вершителей больше не проведёшь.
Пусти меня! — крикнул Витька. — Я не могу оставаться здесь, когда они там… Пусти!
— Не пущу!
Витька попытался вырвать руку, но Павлик был сильнее. Он дёрнул его за руку и Витька упал на песок.
— У… роботы… проклятые! — в бессильной злобе простонал Витька.
И вдруг где-то, совсем близко, послышалась какая-то нежная, успокаивающая мелодия.
— Кто это поёт? — спросил Витька.
За небольшим холмом они увидели исполнителя, сидевшего на скамейке, возле детской коляски. Он тихо напевал колыбельную песенку и покачивал коляску.
— Я знаю эту мелодию, — сказал Агапит. — Это колыбельная. Её пела… мама.
Он подошёл к исполнителю и заглянул в коляску, — она была пуста.
— Что вы делаете?
— У меня… устаревшая конструкция, — сказал исполнитель. — До сих пор не удалён блок нежности… и вот уже двести лет я качаю эту коляску… Нас осталось всего двое, дефектных. Я и 739-й…
Ребята увидели невдалеке исполнителя, тщательно вытирающего тряпками причудливую машину веретенообразной формы.
— Эту машину я видел только на картинках! Агапит бросился к машине, напоминавшей волчок, стоящий на боку. Ребята побежали за ним.
739-й, увидев Агапита, неожиданно обрадовался ему.
— Я двести лет жду. Машина в полном порядке. Она — последняя, больше не осталось.
Витька посмотрел на машину и резко обернулся к Агапиту.
— Единственная возможность справиться с роботами и спасти наших — лишить их энергии, — сказал Витька. — Ты знаешь как попасть на зарядную станцию?!
— Я знаю её цветовую гамму, — сказал Агапит.
739-й открыл дверцу и Агапит, Павлик и Витька забрались в машину.
Кабина была прозрачной. Ни руля, ни педалей, ни рычагов. Только впереди, на полу — отверстие для жезла.
Агапит воткнул жезл в отверстие и на мгновенье задумался, закрыв глаза, как бы вспоминая старый школьный урок.
— Цветовая гамма Зарядной станции состоит из восьми цветов, снизу вверх — красный, зелёный, синий, красный, зелёный, жёлтый…
И он стал поворачивать цветные кольца на жезле.
— Теперь машина сама доставит нас к станции, — сказал он.
— Пока что она стоит на месте, — сказал Павлик.
Агапит спохватился и повернул белое кольцо.
— Белое кольцо — движение, скорость, — сказал он.
Машина рванулась вперёд.
Агапит счастливо улыбнулся.
— Я никогда не верил, что школьные уроки мне когда-нибудь пригодятся.
Дефектные роботы смотрели с улыбкой вслед удаляющейся машине.
— Они вернулись, — сказал робот-нянька.
— Я всегда верил, что живые вернутся, — сказал 739-й.
Роботы переглянулись и в это время к ним подкатила тележка с носилками. Двое исполнителей уложили дефектных на носилки.
— Вы помогли живым, — сказал один из них.
— Вы будете демонтированы, — сказал второй.
Эпизод 32
На пункте осчастливливания Варька, Юля и Лоб сидели в ожидании операции.
На табло со светящимися цифрами быстро бежали секунды.
До операции оставалось около часа. Вершители готовили аппаратуру.
Федька переглянулся с Варей.
— Попробуем? — спросил он.
Варька кивнула в ответ.
— Несовершенство конструкции… — начал было Лоб.
— Вы не выйдете отсюда, — сказал один из вершителей, — пока не станете счастливыми.
— А вопрос задать можно? — спросила Варька.
— Задавайте.
— А и Б сидели на трубе, — сказала Варька. — А упало, Б пропало. Что осталось на трубе?
Федька привстал от нетерпения, предвкушая торжество.
— Это элементарно, не прекращая работы сказал один из вершителей. — На трубе осталась буква И.
Улыбка сползла с лица Федьки.
Варька была обескуражена.
— Через тридцать минут подобные глупые вопросы вас больше не будут интересовать, — усмехнулся один из вершителей.
У Юльки испуганно округлились глаза.
Эпизод 33
А варианская машина на своём одном гигантском колесе мчалась по узкой ленте-дорожке. Где-то вдали остались веретенообразные сооружения, отливающие металлическим блеском и только кое-где среди песчаных холмов появлялись и исчезали столбы, похожие на тотемы.
Витя и Павлик напряжённо всматривались в линию горизонта, а Агапит, глядя на пробегающий варианский пейзаж, тихо напевал колыбельную песенку, услышанную от дефектного робота.
И вдруг из Витькиного смыслоуловителя послышался тревожный голос Федьки:
— Витя, Витька… Нас готовят к операции… Осталось всего полчаса… Если слышишь меня… дай отбой…
Витька дал отбой.
— Агапит, мы успеем? — спросил Витька.
— Не знаю, — ответил Агапит. — На карте это очень близко.
И вдруг впереди машины в воздухе появился вращающийся шар, в сфере которого возникло лицо знакомого вершителя.
— Остановитесь! — приказал он. — Немедленно остановитесь.
Шар двигался перед стремительно мчавшей машиной, всё время сохраняя одно и то же расстояние.
— Если вы не остановитесь, вы будете уничтожены! — сказал вершитель. — Будете уничтожены!
— Витька, что делать? — встревожился Павлик. — Мы ведь не знаем, что они могут…
— Пока наша машина движется, — сказал Витя, — мы будем двигаться к цели!
Эпизод 34
— Фиксирую к ликвидации, — звучал металлический, бесстрастный голос вершителя, — склонность к состраданию… Чувство неудовлетворённости собой… склонность к доброте… склонность к любви… склонность к труду… склонность к дерзанию… способность к заболеванию аппендицитом, стенокардией…