Чтение онлайн

К радости владельца, при страшных наполеоновских пожарах его роскошный дворец нисколько не пострадал. Он не только не сгорел, но и не был разграблен. По официальной версии: в нем жил маршал Мюрат и французы тщательно охраняли графский дом и все дворцовое имущество. Однако по Москве упорно ходили слухи, что «счастью помогли» высокие масонские связи графа.

Для части русских масонов и революционно настроенной части русского дворянства Наполеон оставался носителем «прогрессивных идей» французской революции, и они хотели, чтобы Наполеон освободил Россию от «ига монархической власти». Русские якобинцы ждали Наполеона с радостью и нетерпением, как силу, которая сломит остатки самодержавной власти Александра I и утвердит конституционный образ правления, о котором русская аристократия не переставала мечтать со времени смерти Петра I. Находившиеся в зависимости от французских масонских орденов, они постарались оказать влияние на ход войны в благожелательном для Наполеона смысле. Поэтому французские масоны, как правило, не «трогали» дома и усадьбы своих русских братьев – каменщиков.

После войны 1812 года Разумовский настолько охладел к службе, что ушел на покой и стал жить в полном уединении в своем полной царской роскоши величественном дворце. Слишком дорогостоящее содержание дворца и огромные долги (Разумовский не сдерживал себя в тратах) тяготили графа, и несколько раз просил он императора купить имение за 850 тысяч рублей, из которых 800 тысяч сразу уходили на оплату долгов.

Несмотря на отшельническую жизнь, граф не был одинок: он был женат, имел жену, двух сыновей, двух дочерей и множество внебрачных детей. Его отец, Кирилл Григорьевич, желая образумить молодого отпрыска, женил его «на первой невесте» России графине Варваре Петровне Шереметевой, родной внучке славного генерал-фельдмаршала времен Петра Великого.

И.П. Аргунов. Портрет B. П. Разумовской (урожд. Шереметевой). 1768 г.

Через 10 лет семейной жизни, вспыльчивый и высокомерный граф предложил своей законной супруге Варваре Петровне поселиться раздельно. Поговаривали, что она надоела своему заносчивому вольтерьянцу-мужу своей набожностью, суеверием и совершенною беспомощностью. После рождения младшего сына, Кирилла, граф безжалостно отобрал детей у их матери и выгнал ее вон.

Разбитая горем графиня поселилась в построенном ей доме в самом начале Маросейки. Ее родственники вспоминали: «Беспомощная, нерешительная, робкая и притом крайне простая, Варвара Петровна нашла себе опору в брате своем, графе Николае Петровиче Шереметеве; ему она совершенно вверила судьбу свою и без его совета или, вернее, приказания ничего не предпринимала, ни на что не решалась. Даже выдавать деньги детям она не смела без его дозволения. После смерти брата в 1809 году она осталась совсем одна… Отдаленная против воли от нежно любимых детей, эта бедная, несмотря на свои шестнадцать тысяч душ, женщина окружила себя фаворитками, воспитанницами, калмыками, калмычками, вольноотпущенными обоего пола, бедными дворянками и всякого рода приживалками и приживателями. От общества графиня совершенно отказалась и, кроме детей… и самых близких родственников, почти никого не принимала…»

Интересно, что официальным предлогом разъезда было то, что 36 летний граф решил целиком посвятить себя государственной службе и науке! Но, разъехавшись с постылой женой, тотчас завел «метрессу подлого происхождения» – дочь берейтора Марию Соболевскую, с которой он прожил более 35 лет.

От брака с графиней Варварой Петровной Шереметевой у Алексея Кирилловича было четверо детей: сыновья – Петр и Кирилл и две дочери: Варвара и Екатерина. Увы, сыновья не порадовали своего отца и не стали продолжателями славного рода.

Старший внук гетмана – Петр, оставшись без материнского присмотра, неожиданно сбежал из дома. Он бродяжничал, воровал, предавался разврату и играл в карты. По словам очевидцев, страсть к игре перешла к нему по наследству от знаменитого деда, которого в Английском клубе называли «ночным картежником и дневным бильярдистом».

Задолжав крупную сумму, Петр бежал от кредиторов за границу, где снова принялся бродяжничать, возглавив шайку мошенников. В результате попал на Соловки, на исправление. После выхода на свободу, отец отправил его к герцогу Ришелье в Одессу, где он стал жить отшельником. На Молдаванке он выстроил для себя роскошную дачу и под всем строением устроил известный ему одному таинственный лабиринт. Не желая никого видеть, Петр отправлялся жить в мрачное подземелье, оставлял записки для слуг. Так он прожил 21 год. После его смерти одесситы, пришедшие поглазеть на загадочного затворника, увидели гроб, покрытый «непроницаемой кисеей». Поползли слухи, будто бы граф скончался в своем любимом подземелье, а лицо его повредили крысы. По другим слухам, непутевый внук знаменитого фельдмаршала, выдав чье-то тело за свое, сам бежал в Турцию со всеми несметными богатствами. После него остались лишь колоссальные неоплатные долги.

Второй сын графа, Кирилл, опекаемый французом-гувернером, повел жизнь распутную и развратную и, по словам современников, увлекся модным в ту пору мистицизмом. Вызывая духов по ночам, Кирилл настолько уверовал в существование привидений, что стал их видеть. Поговаривали, что француз разбудил в пылком юноше и чувственную любовь. Узнав об этом, строгий отец устроил страшный скандал, закончившийся изгнанием красавца-гувернера и отправкой беспутного сына за границу, где Кирилл попал в цепкие лапы масонов из ордена иллюминатов.

Как пишет М.И. Пыляев, они под предлогом обогащения других наживались сами, вконец разоряя своих адептов. «Иллюминаты для своих целей употребляли многие непозволительные способы: они прибегали к разным одуряющим курениям и напиткам и заклинаниям духов, для того чтоб успешнее действовать на слабоумие вверившихся им людей; они умели привлекать к себе молодых людей обольщением разврата, а стариков – возбуждением страстей и средствами к тайному их удовлетворению». Для этих людей не было ничего невозможного, потому что не было ничего священного, и они не гнушались никакими средствами, как бы они преступны ни были.

Посвящение в масоны

По слухам, иллюминаты-алхимики решили прибрать к рукам несметное богатство Разумовских, для чего принялись поить впечатлительного юношу разными одуряющими снадобьями. Еще чуть-чуть, и все богатства рода Разумовских перешли бы к вольным каменщикам, но, беспутный граф все испортил, он крепко запил. Все закончилось белой горячкой. Вернувшись на родину, Кирилл совершенно обезумел. Слухи о его бесчинствах дошли до императора Александра I, и тот приказал поместить буяна в суздальский Спасо-Евфимиев монастырь, который всегда был русскою Бастилиею, где тот провел долгие 16 лет. По рассказам монахов, граф, некогда блестящий аристократ, был тих и молчалив, иногда поигрывал на гитаре, но по временам на него находило бешенство, и тогда он кричал: «Вот я тебе задам». После смерти отца несчастный безумец был переведен опекунами в Харьков, где он и умер.

Сыновья А.Г. Разумовского не стали продолжателями рода. Оба умерли холостыми.

На них пресекся легендарный род графов Разумовских в России. С тех пор на Русской земле кровь гетмана циркулировала лишь в жилах его потомков по женским линиям.

Репнина-Волконская Варвара Алексеевна, урожденная Разумовская

Дочь Алексея Кирилловича, Варвара, вышла замуж за старшего брата декабриста Сергея Волконского, князя Николая Григорьевича Репнина-Волконского, героя Аустерлицкого сражения. Другая дочь – Екатерина была замужем за графом С.С. Уваровым, приятелем молодости Пушкина, ставшим при Николае I министром народного просвещения. Их сын, Алексей Сергеевич Уваров, посвятивший свою жизнь археологии, стал одним из инициаторов создания в Москве Исторического музея.

Граф Андрей Кириллович Разумовский – дипломат, меценат, скрипач-любитель, сын последнего малороссийского гетмана К.Г. Разумовского

В результате носителей этой славной фамилии к середине XIX века в России не осталось. Но это не значит, что она прекратила свое существование. Двое сыновей знаменитого фельдмаршала Кирилла Разумовского перебрались в свое время на постоянное жительство в Австрию. Андрей Кириллович отличился на дипломатическом поприще. Он был российским послом в Неаполе, в Копенгагене, Стокгольме и в Вене, где прославился своей коллекцией и музыкальными вечерами. Он был страстным любителем музыки, был другом Гайдна и Бетховена, сам хорошо играл на скрипке, а свой посольский дворец в Вене превратил в храм искусств. Разумовский стал меценатом Бетховена.

Ему посвящены три струнных квартета (ор.59, № 7–9), которые так и называют «Квартетами Разумовского». В Вене и по сей день звучит имя русского князя, его именем названа площадь.

К сожалению, детей у него не было.

Тому, что род Разумовских остался на земле, мы обязаны естествоиспытателю Григорию Кирилловичу.

Он стал почетным членом Российской академии наук и Королевской академии Стокгольма. В конце жизни он открыл в Силезии новый минерал, который был назван в его честь «Razoumowskin». Из 11 детей знаменитого гетмана, кроме своего брата Алексея, только он имел мужское потомство.