Чтение онлайн

– Какая тебе нравится вода? – Кайла высовывается из ванной, и темные волосы падают ей на глаза.

– Чем горячее, тем лучше.

– Готово, – через несколько минут она появляется с полным ведром воды.

В каком-то роде это напоминает съемки порнушки. Сексапильная медсестра, тускло освещенная палата и я.

– Раздевайся, Мото, – Кайла игривая, и мне это нравится. Не колеблясь, срываю с груди тонкий халат.

– Вот, – она протягивает мне маленькое полотенце, прежде чем я полностью обнажаюсь. – Прикройся.

– Не хочешь взглянуть на «полный пакет»?

– Дойдем и до него, – Кайла макает губку в воду. В последние дни меня ничто так не волновало. Не то, чтобы я ожидаю хэппи-энда, но от простой мысли о теплой воде и красивой женщине, прикасающейся ко мне, внутри все дрожит.

Как только губка дотрагивается до моей кожи, я покрываюсь мурашками, а мои мышцы приятно напрягаются. Даже не осознавая этого, я закрываю глаза и расслабляюсь на матрасе, пока Кайла двигает губкой по моей груди и вниз по одной из моих рук. После еще нескольких поглаживаний я обнаруживаю, что тихо постанываю – легкая ласка губки действует словно магия, расслабляя тело и успокаивая разум. Слышу, как Кайла сладко хихикает, и открываю глаза.

– Я выгляжу смешным, сестра Кинкейд?

– Не настолько, как я, судя по всему.

– У тебя прекрасные руки.

– Ты реально сделал мне комплимент?

– Да. Но не сильно обольщайся.

– Не буду, обещаю, – произносит Кайла, проводя губкой под полотенцем, прикрывающим мои бедра. Живот подрагивает, когда она повторяет движение, и мы пристально смотрим друг на друга.

Я оцениваю реакцию, убирая полотенце, чтобы Кайла могла продолжать без каких-либо препятствий. Мне не известен протокол принятия таких вот «губчатых» ванн, но голая задница меня устраивает. Единственное, что было бы лучше – обнаженная Кайла рядом.

Осторожно, практически бесстрастно, она протирает меня, но я слышу, как учащается ее дыхание, и замечаю кончики ее заостренных сосков под халатом. Меня возбуждает, что я влияю на нее так же, как и она на меня. Я стону немного громче, когда Кайла поглаживает мой член. Он встает и становится толстым, пока девушка меня обрабатывает. Мы не сводим друг с друга глаз, и напряжение в палате нарастает. Вызывающие мурашки ласки продолжаются еще минуту, затем я хватаю Кайлу за запястье и сжимаю его, отчего медсестра роняет губку. Мое дыхание прерывистое, гормоны кипят. Мне нужно больше. Настолько, бля*ь, больше, что я могу взорваться.

– Поласкай меня ртом, – приказываю я.

Кайла немного колеблется, прежде чем наклониться и поцеловать меня. Я вздрагиваю от удивления и поддаюсь нашему соединению. Не совсем то, что я имел в виду, но сойдет и это. Я запускаю пальцы в ее темные волосы и сливаю наши рты, когда она обхватывает рукой мой член и уверенно дрочит. Жестко, властно. Это застает меня врасплох, хотя и не должно.

Я стону, облизываю и покусываю губы Кайлы, в то время как она возносит меня все выше и выше – так высоко, что я извиваюсь и судорожно проталкиваю член сквозь ее крепкую хватку.

– Твою ж мать, детка, – рычу я, кончая и засовывая язык так глубоко в ее рот, как только могу. Бурные ощущения разрывают мои внутренности. Как только волнующая дрожь проходит, а мой живот покрывается спермой, Кайла отпускает мой член, будто только что вышла из транса. И смотрит на меня широко раскрытыми, испуганными глазами.

– Твою ж мать.

Глава 9

Кайла

Втягиваю воздух, достигнув на беговой дорожке отметки в десять миль. Я наказываю себя, но все равно снова и снова проигрываю в голове случившееся прошлой ночью с Ризом. Придя в себя, я выскочила из его палаты, словно та пылала в огне.

Глупая. Глупая. Не говоря уже о том, что это было неэтично.

Я, нахрен, с ума сошла.

Именно это я буду повторять, когда столкнусь с администрацией больницы. Временное помешательство, смешанное с бессонницей. Я не способна нести ответственность за свои поступки. Даже если те дарили наслаждение. Чрезвычайное. Что хуже всего. И я жаждала продолжения. Хотела оседлать Риза, словно байк на холостом ходу.

Единственный мужчина, к которому я испытывала подобные сильные чувства – Дэв.

Да что ж за задница такая!

Сухожилия ноют, а пот стекает по шее, в то время как я передвигаю ногами по беговой дорожке.

– С добрым утречком, – Сэм прыгает на соседнюю дорожку, поглядывая на мой дисплей. – Дорогая, ты бежишь одиннадцатую милю. За что-то себя наказываешь?

– А? – я теряю концентрацию и спотыкаюсь о свои же ноги. Сэм быстро реагирует, включая аварийную остановку, прежде чем я упаду и сломаю себе шею.

– Кайла! – она помогает мне встать и сует в лицо бутылку воды. – Что с тобой творится? – обеспокоенно спрашивает Сэм.

– Ничего, – всё. – Просто пропустила кучу тренировок и пыталась наверстать упущенное, – лгу я, судорожно глотая воду.

Сэм бросает на меня недоверчивый взгляд.

– Клянусь, – фыркаю я.

– Ну ладно.

Она включает свою дорожку, как только я прихожу в чувство, и начинает ходьбу в быстром темпе. Делаю то же самое, но гораздо медленнее, чтобы остыть. Полагаю, мне достаточно наказаний на сегодня.

Одна лишь фраза продолжает кристально чисто звучать в голове, когда я шагаю рядом со своей догадливой тетей.

– Как там твоя мужская дилемма? – небрежно спрашивает Сэм.

Все становится намного сложнее.

– Ничего нового, – снова вру я.

Я не разговаривала с Дэвом уже несколько дней, а после ночи с Ризом мне хотелось бы избегать любого мужчины по фамилии Дэйн. Как смотреть Дэву в глаза после того, как я подрочила его брату-близнецу?

И где! На работе!

– Как продвигается дело с наркотиками? – перевожу разговор на другую тему, желая поговорить о чем угодно, кроме моей несчастной личной жизни.

– Без изменений, – Сэм разочарованно качает головой. – Вчера вечером случилась еще одна передозировка. Пятнадцать лет от роду.

– Печально.

– Это бессмысленно. Такое не должно происходить.

Она увеличивает скорость дорожки и бежит трусцой. Сэм и я поступаем одинаково, когда дело доходит до борьбы со стрессом. У нас есть один верный способ избавиться от него. Выбить его из себя к черту. Сэм научила меня этому давным-давно, когда в моей жизни наступили тяжелые времена. Тогда мне казалось, что я никогда не смогу выкарабкаться из тьмы, опустошения и отчаяния. Я находилась в паре шагов от принудительного лечения, но Сэм не дала мне стать «каким-то обдолбанным, глотающим таблетки, депрессивным уродом» – ее слова.