Мой благоверный
Шрифт:
Немного успокоившись, направился в кабинет, чтобы снять напряжение бокалом виски. Но что за черт?! Там тоже вовсю шли работы по уборке. Мимо бегали слуги, суетясь, чистили и заносили все новую мебель. Эдвин, лавируя между прислугой, решил не оставаться в этом бедламе. Сейчас переоденется и пойдет на конюшню- давно он не ездил верхом. Уже почти у дверей спальни увидел Мегги. Та бросилась к нему навстречу, раскинув руки. Поймав малышку в свои объятия, Эдвин прижал к себе маленькую девочку. Гладя по волосам, слушал щебетание о том, что она так счастлива его приезду, что скоро у нее день рождения и Шарлотта обещала ей целого пони, что Фред стал совсем взрослым, и все дни проводит то на конюшне, то на псарне, а не с ней.
Улыбнувшись потоку детских мыслей, Эдвин опустил Мегги на пол:
— А не хочет ли прекрасная дама прокатиться прямо сейчас?
Видя, в какой восторг пришла Мегги от такой мысли, Эдвин велел ей переодеться.
Ожидая Мегги у лестницы, Эдвин поматривал на слуг, суетящихся в доме- Шарлотта где-то среди них, но прячется. От него прячется. Ну, ничего! Так даже интереснее.
Малышка Мэгги спустилась, наряженная в смешные короткие штанишки, простую хлопчатую блузку и ботиночки. Наверху лестницы стояла Мэри, кивнув в ответ на приветствие графа. Отдав воспитанницу с рук на руки Эдвину, Мэри поспешила обратно в детскую.
По пути к конюшне Эдвин узнал много нового о детстве Шарлотты, ведь наивный и бесхитростный ребенок, коим являлась Мегги, с удовольствием рассказал едва ли не всю, известную ей биографию новоиспеченной графини. Даже бесхитростный ребенок- и тот пел дифтрамбы его жене. Казалось, она- ведьма, умевшая располагать к себе людей. И только он видел ее истинную натуру, впрочем, тоже попав под действие ее чар.
— Какой он большой- не переставала восторгаться Мегги, восхищенно оглядывая жеребенка. В ее глазах плескался восторг.
— Ты можешь покормить его, если хочешь? — предложил Эдвин, вызвав бурю эмоций у ребенка- тише, тише, — успокоил он малышку- не напугай его. Бери- он дал два кусочка сахара, взятого из дома- положи их на ладошку и держи ее вот так- он показал девочке, как нужно держать сахар на открытой ладони- жди, пока он принюхается, а потом съест угощение.
Мегги послушно взяла сахар, уместив его на крохотной ладошке, поднесла к морде животного. Жеребёнок сперва с недоверием обнюхал ладошку, а потом наклонился и слизнул угощение. Затем милостиво разрешил девочке погладить себя.
— Ой, это так чудесно- захлебывалась от восторга Мэгги.
Глядя на нее Эдвин начал понимать, почему некоторые люди женятся, заводят детей- это не только обуза, как часто говаривают в высшем свете, предпочитая скинуть детей на попечение многочисленных нянь и гувернанток, заперев тех в детской, и даже не позволяя сидеть за одним столом с родителями, отправляя еду в детскую, но и счастье. Огромное счастье- видеть то, как деьи радуются простым мелочам, видят чудо в обыденном…
Глава 44
Новые слуги, пара высоких молодых парней, с интересом поглядывали на Шарлотту, еще не зная, что она- хозяйка дома. Пока меняли шторы, мыли окна, они старались быть рядом, услужливо подавая им с напарницей то ведра с чистой водой, то швабры и тряпки.
Наконец, один из них решился- подкараулив Шарлотту по пути в столовую, куда девушка несла только что отполированное серебро, молодчик заслонил ей дорогу:
— Привет, красотка, давненько тут работаешь? — поигрывая мышцами, вызывающе смотрел на нее. Расставил руки, чтобы она не прошмыгнула мимо.
— Дайте пройти! — Шарлотта гневно толкнула его плечом, когда, попытавшись обойти грубияна, была поймана в кольцо сильных рук. Сердце забилось как сумасшедшее- позвать слуг, миссис Харрис иди дворецкого? Но ее позор станет тут же известен всем- не успела стать хозяйкой, как былп поймана на обжиманиях со слугой. И не важно, что они- против ее воли. О том, как общество несправедливо относится к женщинам, девушка хорошо знала на примере своей матушки. Та была чудесной женщиной, и ее единственной виной была любовь и наивность. А вот ее отец, завзятый лгун и ловелас, наоборот, часто похвалялся своими амурными подвигами, с гордостью выпячивая те как подтверждение своей мужественности. И никто не осуждал, лишь усмехаясь его рассказам
— Ну чего ты? Ты тоже новенькая? — притянул слуга девушку к себе, осторожно отстраняя острые зубцы вилок от своего живота- Давай познакомимся? Поближе? — нежно он откинул прядь волос с ее лба, погладив большим пальцем по щеке.
— Так, так, так, и что это у нас тут? Эдвин совсем не занимается слугами? — хихикнул женский голосок. Тоненькие смешки вторили ему. Шарлотта, наконец вырвавшись из рук здоровяка, опешила- леди Селеста Уинтроп в сопровождении ещё трёх разряженных не по случаю дам, стояла у другого выхода, хищно улыбаясь. Поигрывая тонким вееером, висящим на запястье, она любовалась представившейся ей сценой. При виде Шарлотты ее глаза удивлённо раскрылись:
— Вы? Надо же, Эдвин не уволил вас после той выходки?
Шарлотта не нашлась с ответом, удивившись самой себе. Видимо, потрясение от происшедшего все еще сильно. Крепко сжимая поднос с приборами, она молчала. Дамы, словно гарпии, хищно ощупывали взглядом молодчика-слугу, ничуть не смущённого подобным осмотром. Наоборот, он прислонился к дверному проёму, поигрывая мускулами. Дамы дружно охнули, а леди Селеста жадным взглядом окинула его фигуру, словно прикидывая- размениваться на слугу или должаться хозяина.
Шарлотта замерла, не зная, что делать- сбежать бы, но она находилась между Сциллой и Харибдой, оба выхода были перекрыты, и людьми отнюдь не приятными.
— Не стойте вы столбом! — потеряла терпение Селеста- проводите меня к его или ее милости, я с официальным визитом, по поводу предстоящего приема.
Шарлотта, наконец придя в себя, ответила:
— Вы и так стоите перед ней, миледи Уинтроп. Я- жена сэра Эдвина, графиня Соммерсби. Я буду готова принять вас чуть позже, а пока я позову слуг- вас проводят в гостиную, принесут чай и закуски- с удовольствием отметила, как вытянулись лица леди Селесты и ее сопровождающих. Те не только не ожидали подобного мезальянса от графа, но и великосветских манер от его новоиспеченной жены.
Позвав миссис Харрис, оставила опешивших леди на ее попечение. А затем велела слуге, что несмотря на новый ее статус, все равно продолжал поедать ее взглядом, следовать за ней. Парень, решивший, что сейчас станет любовником аж самой графини, едва ли не полетел следом. Шарлотта вошла в пустую столовую:
— Я вынуждена вам сообщить, что больше не нуждаюсь в ваших услугах. Вам будет заплачено двойное пособие, раз все произошло по моему желанию- попыталась смягчить отказ от места, заглушив голос справедливости, что вина здесь- только слуги, и никакого двойного пособия этот наглец не заслуживает вовсе.