Чтение онлайн

Что за бред?! Первым порывом было немедленно позвонить Деборе и потребовать объяснений. Почему она вместо нормального дружеского письма шлет ему какие-то гадкие намеки? Но потом гнев немного утих. В конце концов, он все еще ее друг, названый брат и вообще разумный цивилизованный человек. Вначале нужно во всем спокойно разобраться, а уж потом заниматься выяснением отношений.

Все еще злясь на Дебору, но уже обретя способность здраво соображать, Людвиг набрал в поисковике название газеты. Просмотрел открывшуюся вкладку с воскресным номером. И, к своему облегчению, ничего не нашел. Вот теперь, пожалуй, настала пора расставить все точки над «i».

— Что? Ты рада меня слышать? А я тебя — нет. И я требую объяснений.

Дебора на мгновение сжалась. Никогда она еще не слышала из уст названого брата таких жестоких слов. Но она была умной девушкой, поэтому решила использовать свою слабость как свою силу. Пусть знает, что она испугалась.

— Людвиг, ты что?.. — Она позволила своему голосу задрожать, благо для этого нужно было просто расслабиться. — Не надо, пожалуйста… Прости меня, я боюсь за тебя. — М-да. Сейчас точнее было бы: я боюсь тебя. Дебора прерывисто вздохнула. — Не сердись, пожалуйста. Я, наверное, что-то не так сказала. Можно я тебе все объясню?

Людвиг молчал. Его переполняла смесь жалости и досады. Это был нечестный ход — наговорить ему гадостей про Николь, проманипулировать давней дружбой, а потом, вместо того чтобы спокойно нести ответственность за свои слова, взять и разреветься. Но положить сейчас трубку означало окончательно поставить крест на их дружбе.

— Объясняй, — вздохнул он.

— Правда? — Голос Деборы посветлел. — Людвиг, ты самый лучший мужчина на свете!

— Я самый лучший названый брат на свете, — поправил он. — Не уходи снова от ответа.

— А можно лично? — прощебетала Дебора. — Знаешь, я сегодня в Бристоле. По делам отца. И совершенно случайно сейчас рядом с твоим офисом. Знаешь, тут такая круглая многоэтажка…

— Я ничего не понимаю. Как это — совершенно случайно?

— Людвиг, пожалуйста… — проворковала Дебора, — ты же сам попросил объяснений.

— Жду. — Он раздраженно выключил телефон. Мотнул головой, пытаясь избавиться от мутного осадка, оставшегося после разговора. Как бы он хотел прямо сейчас бросить все и поехать к Николь. Скорее бы уж закончился этот день. Чтобы можно было снова упиваться нежностью ее губ, видеть ее полуприкрытые в истоме глаза. Как ты там, Николь?..

Прошло совсем немного времени — Людвиг даже не успел отослать ответ на второе письмо, — когда в приемной раздался знакомый высокий голос, едва приглушенный дверью его кабинета.

— И, пожалуйста, дорогуша, не забудьте — в мой кофе сахар не класть.

Добрая девушка Дебора, зовущая дорогушей Бетси, которая старше ее раза в два с половиной.

— Заходи, сестричка. И можно не стучать, — саркастически прокомментировал Людвиг, глядя, как по-хозяйски вплывает в его кабинет Дебора.

Она всегда была хороша, но сегодня явно сделала с собой что-то особенное: ее невозможно было не заметить, просто скользнуть равнодушным взглядом и больше никогда о ней не вспоминать. Роскошная грива светлых волос, мягко струящихся почти до пояса, стройная фигура в коротком облегающем алом платье с широким поясом и, как всегда, высокие каблуки, на которых она держится с уверенностью топ-модели.

— Людвиг?.. — Дебора одобрительно наблюдала за тем, как он на нее смотрит. Один — ноль, рыжая потаскушка!

— Ты прекрасно выглядишь. А зачем ты так нарядилась, собираясь на встречу со мной?

Он говорил возмутительно ровным голосом. Ни тебе хрипотцы возбуждения, ни подобающей в таком случае неловкости. И на макияж, над которым больше часа трудился самый именитый мастер Бристоля, посмотрел один раз странным взглядом и отвернулся.

— Людвиг? — снова спросила Дебора, и теперь в ее голосе было уже гораздо больше напряженности, чем в первый раз.

— Ты не ответила на мой вопрос, Дебора. Почему ты в последнее время так редко отвечаешь на мои вопросы? — Он сел за свой рабочий стол и изучающе смотрел в лицо Деборы.

— Людвиг, почему ты мне не веришь? — Дебора опустилась в кресло напротив него, заложила ногу за ногу — ни дать ни взять законодательница мод в прямом эфире «Светской хроники» со Стаффордом Бью.

— Я не верю тебе, Дебора, — начал он, хотя вопрос был явно риторическим, — потому что не понимаю, чего ты от меня хочешь. Для чего все эти наряды, двусмысленные взгляды?

Дебора почувствовала, что ее лицо от ярости покрывается алыми пятнами. Да как он смеет так с ней разговаривать?! Ну ничего, тем слаще будет месть.

— Нет, я сказал не совсем то. Все мои наблюдения подтверждают одно — ты хочешь от меня мужского внимания. Хотя знаешь, что я встречаюсь с Николь. Так? — Он смотрел на нее пронзительным взглядом.

И Дебора внезапно поняла, что если не разыграет свой козырь прямо сейчас, то, возможно, потеряет Людвига навсегда. Как можно играть с человеком, который не просто видит все твои карты, но и прямо об этом говорит. Рыжая ведьма! Что она с ним сделала?!

— Сейчас ты сам все поймешь, — холодно и членораздельно проговорила Дебора. Она положила на стол перед Людвигом свой изящный кейс — чудо современного дизайна — и вытащила ноутбук. Перламутрово-розовый с тонкой веточкой серебряного узора, такого же, каким была украшена клавиатура. Между прочим, штучная работа, авторский стиль и все такое… Да разве кто-нибудь это оценит?

Людвиг постукивал кончиком маркера по столу, ожидая, пока загрузится розовое чудо. Он смотрел на монитор и все еще не понимал, о чем говорит Дебора. Наивный! Впрочем, как все мужчины. Сильные и наивные как дети. О, вот, кажется, в его глазах, полных холодной враждебности, начинает что-то меняться. Вот они изумленно округлились — так, это он читает подпись под статьей. Правильно, Людвиг, удивляйся. Это имя ты хорошо знаешь. Та-ак. А теперь смотри вот сюда. Да не отбирай же у меня мышку! Впрочем, это уже неважно. Ой, как ты смотришь на фотографию ее папаши! Какое у тебя потерянное лицо. Да, ее папочка обладает состоянием, чуть меньшим твоего. Потому что он известный политик партии консерваторов. Что, не ожидал? Она студентка! Она живет в общежитии!

— Что это? — бесцветным голосом спросил Людвиг.

Какой он, оказывается, ранимый!

— Это семья твоей ненаглядной Николь. — Дебора говорила с наслаждением, чуть растягивая слова. Этот слабый йоркширский акцент, умело забитый репетиторами по английскому языку, проявлялся у нее только в самые редкие моменты, когда она немного теряла контроль над собой, поддаваясь волне переживаний. — А как тебе понравилась ее статья? У нее неплохой слог. Думаю, что очерк о встречах с тобой у нее получится очень красивым.