Чтение онлайн

Да вообще кого бы то ни было. Самым близким человеком для меня была Каролина, но даже с ней я сдерживалась. Я мало участвовала в ее жизни за пределами университета, не общалась с ее семьей.

Я не понимала, как можно впустить кого-то в свою жизнь или сблизиться с кем-то.

Тряхнув головой, я очистила мысли и в последний раз осмотрела композицию, добавив еще несколько штрихов. Наконец, закончив, собрала все принадлежности и отнесла их на кухню. Затем воспользовалась небольшой комнатой, которую они мне выделили, чтобы переодеться и принять душ, как только накрыла стол с тортом, чтобы к нему не прикасались пыль и вороватые пальцы. После церемонии я должна была вернуться сюда и открыть его, чтобы люди, входя в зал, могли его видеть.

Мне не терпелось увидеть их реакцию.

Я подготовилась и проскользнула в дальнюю часть алтарной комнаты, наблюдая из тени, как Каролина и Аллан произносят свои клятвы. Мерцающие огни и деревянная арка, увитая цветами, выглядели романтично. Комната была заполнена цветочными композициями и папоротниками. Листья, ветки и различные цветы сплетались воедино. Мерцали огоньки. От этого захватывало дух.

Каролина была прекрасна. Ее платье было причудливым и очень ей шло. Цветы, которые она несла, отражали лесную тематику — в них не было ничего симметричного или тепличного. Она произнесла свои клятвы громким, четким голосом, широко улыбаясь жениху. Я восхищалась ее очевидной преданностью Аллану и думала о том, каково это — любить кого-то так сильно.

Не раз я чувствовала, как по моей шее пробегали мурашки, и ощущала на себе чей-то пристальный взгляд, но, оглянувшись, никого не замечала. Все внимание было приковано к жениху и невесте — так и должно быть. И все же я не могла избавиться от этого чувства.

Пока они целовались и принимали поздравления, я выскользнула из комнаты и направилась в банкетный зал. С помощью одного из официантов мы раскрыли стол с тортом, и я зажгла крошечные огоньки, которые мерцали на ветвях деревьев, высвечивая некоторые узоры. Я сложила покрывало и побежала к фургону, добавив его к оставшимся кексам и другим припасам, которые были у меня под рукой.

Не успела я закрыть дверь, как неожиданно за моей спиной появился мужчина, испугав меня. Я ахнула и начала падать назад, когда в шоке отшатнулась. Он схватил меня и крепко прижал к своей груди.

— Спокойно, Пчелка.

Я мгновенно разозлилась. Это был тот самый незнакомец, укравший мои кексы и поцелуй.

— Ты что, преследуешь меня?

В этот момент я заметила сигару, зажатую у него во рту. Он отступил назад, выпустив в воздух идеальное кольцо дыма.

— Просто прогуливался между церемонией бракосочетания и приемом. Я заметил, что дверь фургона открыта. Подумал, что, возможно, происходит ограбление. — Он огляделся вокруг. — Похоже, я ошибался.

Затем он улыбнулся, и это изменило все. Я и раньше считала его красивым. Но улыбка этого мужчины был просто уничтожающей. Его темно-каштановые волосы были зачесаны назад. Тяжелые брови подчеркивали его глаза, так похожие на жидкий огонь. Под густыми ресницами сверкало расплавленное золото. Щетина обрамляла его полные губы. Две сексуальные ямочки на его щеках становились глубже, когда мужчина улыбался определенным образом. И он был в смокинге. Высокий, чувственный, смертоносный.

И улыбающийся.

Он улыбался мне?

Я не была уверена, пока не проследила за его взглядом и не поняла, на чем остановилось его внимание, и что заставило его улыбаться.

— Даже не думай об этом, старик, — почти прорычала я и схватилась за дверь, чтобы закрыть ее.

Он остановил меня, бросив сигару на землю. Обхватил меня за талию, снова притянул к себе и одурманил своим богатым ароматом. Я никогда не встречала одеколона, в который хотелось бы окунуться, но его запах вызывал привыкание. Я обвинила аромат в том, что тот отвлек мое внимание, и, прежде чем успела что-либо сделать, кроме как уткнуться носом в его грудь и вдохнуть его, мужчина открыл крышку контейнера и схватил еще кексов. Отступил назад, держа их так, чтобы я не смогла их отобрать.

— Старик? — переспросил он. — Я разберусь с этим позже, но сейчас мне нужна глазурь.

— Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, что ты грубый, властный тиран? — Я нахмурилась. — И прекрати красть мои кексы.

— Меня все так называют, — признал он, небрежно пожав плечами. — Своевольный, требовательный, высокомерный, властолюбивый. — Он сделал паузу. — Но не старик. Это было грубо, Пчелка.

Я постаралась не покраснеть. Это было немного бестактно с моей стороны.

— Как и «Пчелка», — настаивала я.

— Но ты — одна из них. — Он улыбнулся. — Всегда взбудоражена и готова к нападению. Защищаешь свою территорию.

Я приподняла одну бровь, не говоря ни слова.

Он ухмыльнулся, как будто читая мои мысли.

— Ты снова грубишь.

— Но я ничего не говорила.

— Тебе и не нужно. Твои глаза говорят за тебя. — Он нетерпеливым жестом указал на фургон. — Теперь глазурь, — повторил он.

— Я лишу тебя работы, — надменно сказала я. — За то, что преследуешь меня.

Мужчина усмехнулся и низко наклонился, застав меня врасплох, когда снова поцеловал. Один раз. Потом еще раз. Его губы задерживались на моих. Затем отстранился и посмотрел на меня сверху вниз, еще одна улыбка появилась на его губах.

Господи, мне вдруг захотелось обмазать его глазурью и слизать ее. Старик он или нет.

Везде.

Он улыбнулся шире, ямочки на щеках стали еще глубже.

— Ты забавная. Возможно, однажды я позволю тебе это сделать. И опровергну теорию насчет старика, — поклялся он. — Целиком и полностью. — Затем он подмигнул, повернулся и пошел прочь, остановившись, чтобы подобрать свою выброшенную сигару.

Я покачала головой, бормоча что-то себе под нос, смущенная тем, что высказала свои мысли вслух. Обернулась и выругалась, когда поняла, что он забрал весь контейнер с глазурью, оставив только крышку. Мужчина был незаметен и быстр. Как ниндзя. Должна признать, я впечатлена. Для старика он двигался слишком быстро.

Я насчитала еще шесть пропавших кексов.

Шесть!

Как, черт возьми, он умудрился взять шесть?

Его поцелуи не были настолько пьянящими.

Правда ведь?

Я никогда не узнаю.

Поскольку это случилось в последний раз, вопрос так и останется без ответа.

Я уверяла себя в этом.

Мне пришлось выдержать долгий и мучительный ужин, находясь на грани и медленно умирая внутри. Я ненавидела общественные мероприятия и обычно старалась избегать их, потому что была застенчивой от природы, а сидеть с группой незнакомых людей было для меня тяжело. Исключение делалось только для свадеб, когда подавался один из моих тортов. Обычно невеста была рада, если я сидела на кухне или в другом месте и присматривала за тортом, пока не наступало время убедиться, что он подан правильно, но Каролина настояла, чтобы я сидела с гостями. Я привыкла к более непринужденной одежде, и мое платье казалось чужеродным на моей коже. Материал свободно облегал ноги. Голые руки были прохладными, и сотни раз мне хотелось дернуть за вырез, но я заставляла себя сидеть спокойно. Когда собиралась, платье казалось мне красивым, но сейчас выглядело простоватым по сравнению с блеском и переливами платьев присутствующих здесь женщин. Некоторые декольте были такими низкими, что почти виднелись соски, а подолы других были такими короткими, что я удивлялась, как они не обнажают ягодицы или даже что-то более интимное. Подол же моего платья опускался ниже колен, вырез был скромным, а рукава-крылышки, которые в магазине казались кокетливыми, теперь выглядели старомодными и нескладными. Даже красивый зеленый цвет казался тусклым. За столом меня почти не замечали, люди вокруг пили, смеялись, уже зная друг друга. Я накинула шаль на плечи, чувствуя себя невидимкой. Мне хотелось уйти, но я наблюдала за тортом, готовая действовать, если кто-то начнет его трогать. Но, кроме восхищенных зрителей, никто к нему не подходил. Как только его разрежут, я была бы свободна. И считала минуты до этого момента.

Я высматривала похитителя кексов, но не видела его. Он должно быть был координатором мероприятий в этом здании, что объясняло его слегка надменную манеру общения и то, что постоянно появлялся рядом. Я ничего не сказала Каролине о том, что снова столкнулась с ним, или о том, что он умыкнул еще кексов. Пришлось бы объяснять, как он меня отвлек, а мне очень не хотелось этого делать.

Я сомневалась, что мы снова столкнемся, так что не было смысла портить ему карьеру. К тому же, у меня были лишние кексы, так что ничего страшного не произошло.