Чтение онлайн

Я подношу ее к своей щеке, и прижимаюсь к ней.

— Я спасу тебя! — шепчу в тишину — Не дам умереть! Слышишь меня, Энсли Фаларион? Ты не имеешь права умереть, не дав мне шанса тебя полюбить… или возненавидеть окончательно. Ты мне должен, за все, что со мною делал. За все, что мне пришлось от тебя вынести. Слышишь? Ты должен! Должен жить!

Энсли почти все время находится без сознания. День и ночь сливаются в один бесконечный, серый полумрак, пропитанный запахом травяных отваров, крови и лихорадки. Когда он приходит в себя, его взгляд дикий и пустой, он не узнает ни меня, ни Айка, лишь мечется на постели и что-то бормочет. Я пользуюсь этими короткими, мучительными моментами просветления, чтобы влить ему в горло горькое лекарство.

Лечить его невыносимо сложно. Невозможно сделать укол, нет нормальных, привычных мне лекарств. Я не могу поставить точный диагноз без анализов и рентгена. Я не собиралась быть хирургом, спасающим воинов. Я хотела стать педиатром, лечить детишек. А здесь я каждый час борюсь со смертью, вооруженная лишь отрывками знаний из старых книг и собственной интуицией. Весь мой опыт — это опыт студентки, не более.

Одно радует — его состояние стабильное. Хуже не становится, а это уже победа. Я велю принести топчан и постелить мне здесь же, в углу его спальни. Я не могу оставить его одного. Айк, его верный оруженосец, кажется, изменил свое мнение обо мне. Он смотрит на меня иначе — с уважением и тихим доверием, молча принося мне еду и свежую воду, сменяя меня всего на час, чтобы я могла хоть немного поспать.

Утром, когда слабый свет пробивается сквозь щели в тяжелых шторах, в комнату тихо входит Камила.

— Как он? — шепчет она, останавливаясь у изножья кровати.

— Без изменений! — отвечаю, поднимаясь с топчана и разминая затекшую спину.

Внезапно вспоминаю наказ Энсли — я должна о ней заботиться.

— А ты? Как спала? Тебя покормили? Ничего не нужно?

— Спасибо, все хорошо! — отвечает она, и ее голубые глаза с непроницаемым выражением скользят по моему усталому лицу, по топчану, по моим рукам, все еще испачканным в отваре.

— Ты очень… предана ему...

После ее ухода меня зовет Айк Витан. Я иду в кабинет Энсли, где меня уже ждет все тот же капитан, что привез мне во дворец ужасные новости. Его лицо еще более осунувшееся и серое. Они с Айком докладывают мне обстановку, словно я — их командир.

В столице началась смута. Наемная армия императрицы захватила дворец и город. Армия Энсли не может прийти на помощь — ее сдерживает войско Хуфры на границе. Что с принцем Альеном и императором — неизвестно.

— Мы должны готовиться к осаде, миледи! — ровным голосом говорит Айк, раскладывая на столе карту поместья — Покушавшихся на генерала было пятеро, они все убиты на месте. И похоже, никто не знает, что он ранен, и что он в поместье. Но, Вас, миледи, бунтовщики попытаются захватить, или убить. Проникновения в усадьбу нельзя допустить! Тогда погибните и Вы, и генерал...

Теперь я понимаю, для чего Энсли хранил в поместье порох и оружие.

Смотрю на карту, на кружки, которыми Айк обводит слабые места в обороне.

— Продуктов хватит? — спрашиваю, и мой голос звучит на удивление твердо.

— Хватит. Генерал позаботился обо всем! — докладывает Айк.

Выхожу на крыльцо, чтобы глотнуть свежего воздуха. Мои солдаты — теперь они мои — уже обкладывают массивные ворота мешками с песком. Слышен стук молотков, скрип телег. Все это кажется нереальным, страшным сном. Тревога ледяными пальцами сжимает сердце.

Ко мне подходит Таня.

— Миледи, вы будете завтракать?

Вздрагиваю. Из-за вестей о ранении мужа я совсем забыла об отравленном чае, и своих подозрениях насчет служанки. В той суматохе я не велела ей остаться во дворце.

Отослать обратно? Но Айк говорил, что дороги перекрыты людьми императрицы. Да и доказательств у меня нет, обижать Таню без причины не хочется. Но и доверять ей больше не могу.

— Позже, Таня! Я не голодна! — отвечаю, и отворачиваюсь. Брать еду из ее рук все же не буду.

Возвращаюсь к мужу. Тихо вхожу в спальню и замираю на пороге. Он не мечется. Он лежит спокойно и смотрит прямо на меня. Его глаза… они ясные. В них нет тумана лихорадки. В них — разум. Мое сердце делает кульбит и замирает от радости.

— Энсли? — шепчу я, подходя ближе.

Он медленно, с усилием, приподнимается на локтях.

— Кто ты? — его голос хриплый, но твердый.

Терпеливо улыбаюсь. Конечно, он все еще слаб, память может путаться.

— Я Валери. Твоя жена.

Сажусь на край кровати, хочу взять его за руку, но он отстраняется. И смотрит на меня долго, пронзительно, словно заглядывая в самую душу. В его взгляде нет ни капли безумия.

— Ты не она! — тихо, но отчетливо заявляет Энсли — Я давно это заметил. Твои жесты, твой взгляд, то, как ты говоришь, как двигаешься… Все другое.

Он делает паузу, и повторят:

— Так кто ты?

Когда Энсли задаёт этот вопрос, чувствую легкую панику. Я не знаю, что ответить. Как объяснить, что этот мир всего лишь книга, в которой я оказалась из-за аварии лифта, и благодаря говорящему коту? А сам Энсли — всего лишь герой этой книги. Картинка.

— Ты бредишь! — выдыхаю, стараясь сохранить спокойный вид — У тебя лихорадка! Давай, прими лекарство!

Хватаю склянку с горькой микстурой и подношу ко рту мужа. Он отворачивается.

— Ты демон, вселившийся в мою жену? — его вопрос звучит дико и абсурдно, но в его глазах я вижу не безумие, а настороженный интерес.

Истерично смеюсь. Это моя защитная реакция, и смех звучит натянуто.

— Демонов не бывает, Энсли! Что за бред!

Его взгляд падает на стол, где лежит та самая книга, полная древних легенд, мифов и преданий. Книга, которая так и осталась на его столе.

— Демоны существуют! — уверенно произносит муж.

О, боги! Он думает, что в Валери вселился демон! Как здесь поступают с демонами? Сжигают на костре? Вбивают в сердце кол?

— Хватит нести чушь! — сердито говорю я, пытаясь скрыть страх. Снова беру склянку с лекарством, но Энсли отталкивает мою руку.

— Я уже в норме! Мне не нужно лекарство! — заявляет он, пытаясь сесть. Морщится от боли, и падает обратно на подушки.

Я облегченно выдыхаю — хоть не на пол.

Муж сдаётся, понимая, что поспешил с объявлением выздоровления, выпивает лекарство, и позволяет себя перевязать. Затем, требует привести к нему Айка Вистана.

“Главное, что прекратил меня допрашивать!” — радуюсь я.

Иду искать Айка, и нахожу оружейной.

— Айк! — говорю я — Попытайся уговорить генерала не вставать с постели, и не влезать в то, что происходит во дворце. Ему нужно отлежаться, и нельзя волноваться!

Айк смотрит на меня с нескрываемым изумлением, но кивает.

— Постараюсь, миледи! Но не уверен, что он послушает.

Благодаря Айку, могу ненадолго оставить Энсли, и немного отдохнуть. Иду к себе, и велю служанкам приготовить ванну. Нежусь в благоухающей пене, позволяя горячей воде смыть с меня напряжение и усталость. Затем иду на кухню, где заказываю легкий обед для Энсли, и сама ем прямо там, отказавшись от услуг Тани. Я не могу больше доверять ей.