Чтение онлайн

На цыпочках крадусь к шкафу. Надо как минимум снять этот позор.

— Собралась значит я устраиваться к нему на работу, ага. Помощи попросить думала, а сама? — бормочу себе под нос и тяну за ручку шкафа.

Он со скрипом открывается.

Замираю на месте и бросаю быстрый взгляд на кровать.

Вроде спит. Даже не пошевелился.

Вытягиваю с полки более-менее новую футболку. Она мне как платье, поэтому прихватываю с собой ремень. С ним она не будет выглядеть так вульгарно. На одних носочках стараюсь прокрасться к ванной комнате, чтоб переодеться.

— Далеко собралась? — останавливает меня грудной голос. — Вроде квартира твоя. Или ты забыла и решила сбежать? — я забываю как дышать. Стою как истукан и не двигаюсь. — Молчать будешь? Вчера ты не была такой молчаливой, — он улыбается во все тридцать два белоснежных зуба.

Я ж ничего вчера не сделала, да?

— Переодеться, — не поворачиваясь к нему, отмираю я.

— А чем тебе эта футболка не угодила? Я с трудом вчера её нашёл в твоём шкафу. Не зря говорят, что у девушек две проблемы: «нечего надеть и некуда повесить», — его грудной смех заполняет мою комнату так, что в ней не остаётся ни капли свободного пространства.

— Вы… вы… вы…? — от стыда не могу задать вопрос, который вертится на языке.

— Я тебя переодел, если ты об этом, — он скидывает с себя моё любимое одеяло и встаёт.

Выпученными глазами смотрю на огромный горб в его фирменных боксерах.

Резко зажмуриваюсь и отворачиваюсь, будто это мне как-то поможет. Это невозможно забыть!

Вот же нахал!

В таком виде, да перед приличной барышней. Интересно, а такие размеры вообще бывают?

— Не говори, что никогда не видела утреннего стояка? — откуда он такой наглый?

— Видела, — с трудом произношу я, стискивая зубы от позора.

— Ну, а в чем тогда проблема? — его голос пробирает до мурашек. Чувствую как он подошёл ближе ко мне. По спине пробежал легкий холодок от такой по-своему необыкновенной близости.

— В душ можно? — бесстыдно произносит он крайне близко ко мне.

— Угу, — не поворачиваясь отвечаю ему, не в состоянии мыслить здраво. Вот же вляпалась, дура!

— Если можно, то сваргань кружку черного кофе без молока и без сахара.

— Ага, — стою не двигаясь, стараясь прийти в себя.

— Ну ты даешь, конечно, — он иронично улыбается и через пару секунд дверь в ванной закрывается.

С шумом выдыхаю. Кажется я не дышала всё это время.

Я не слышу щелчка замка на двери. Он что не закрылся?

Бурная фантазия подкидывает не очень лицеприятные картинки.

Так. Соберись.

О чем ты вообще думаешь?

Ты ж больше всех кричала, что правильная и нельзя думать о сексе! Обращаюсь сама к себе, стараясь воспроизвести голос мамы, которая постоянно говорила мне как надо себя вести.

Все же собираюсь с мыслями и прохожу на кухню. Переодеваться как-то уже не хочется. Вдруг сниму футболку, а он тут как тут.

Ну уж нет. Подожду пока выйдет и переоденусь в ванной, а лучше вообще останусь в этом тряпье. Мало ли. Береженого Бог бережет и все такое.

Ставлю чайник и достаю из шкафчика банку растворимого кофе. Интересно он вообще пьёт подобное?

Хотя у него выбора нет. Это единственный кофе в моем доме.

Чайник щелкает и я разливаю кипяток по двум кружкам.

— Эй! — выкрикивает он из ванной. Что ещё ему приспичило?

— Чего? — недовольно фыркаю и подхожу ближе к двери.

— Полотенце есть?

— На батарее висит, — ох уж эти мужики. Вечно ничего не видят дальше своего носа.

— Здесь его нет, — его голос спокойный и ровный в отличии от моего.

Хочется сказать, чтоб глаза разул, но вместо этого беру себя в руки и спокойно отвечаю:

— Оно там.

Я же точно его там оставила. Вроде.

— Посмотри сама, — раздраженно произносит он. А может и правда нет?

— Сейчас принесу другое, — фыркаю, но всё же иду в комнату, достаю из комода белое махровое полотенце и возвращаюсь к двери в ванную комнату. — Возьмите, пожалуйста, дорогой господин, — специально коверкаю слова, чтоб он не считал себя тут главным.

— Сквозь дверь? — спрашивает он.

Хм. Кажется у нас проблемка. Заходить туда я точно не собираюсь. Мало ли в каком он виде там стоит.

— А ваши варианты? — что ж с ним так сложно то? Мало ему, что в моей квартире очутился не пойми как, так еще и ведет себя как хозяин-барин. — Принеси-подай, — корчусь я.

— Ладно давай так. Я приоткрою дверь, а ты подашь полотенце, — сдается он.

Вот так-то. Я здесь главная.

— Хорошо.

Немного отступаю в сторону и дверь полностью распахивается представляя моему взору этого гиганта, причем во всех местах.

От испуга начинаю визжать.

Полотенце вылетает из моих рук.

К истерике подключаются ноги, которыми я усердно топаю по полу, не задумываясь, что могу помешать соседям. Зажмуриваюсь и для полной уверенности еще и закрываю глаза руками. Божечки, как это развидеть то теперь?

Катя

— Да не пищи ты так, — наконец произносит Алексей, как его там…Андреевич.

— Вы оделись? — спрашиваю, а у самой сердце сейчас выскочит из груди.

— Да. Открывай свои глаза, — осторожно убираю руки и приоткрываю один глаз, затем второй.

Он с оголенным торсом, но в полотенце. Уже лучше. В таком виде я могу с ним внятно говорить.

— Один один, — произносит он, проходит в кухню и устраивается на стуле.

— Чего-чего? — не понимаю, что он тут несет.

Я не перед кем не разгуливаю в чем мать родила.

Расселся, как барин и говорит черти что.

— А ты не помнишь? — его взгляд с прищуром настораживает.

— Не помню, что? — кажется я сейчас все-таки провалюсь сквозь землю и больше никогда оттуда не выберусь.

Я ж не могла опозориться ещё сильней?

Нет же?

Но вот его взгляд почему-то говорит мне о другом.

— Хм, а ты интересная личность. Ты же не думаешь, что я как Карлсон попал в твою квартиру через незакрытое окно и с банкой варенья?