Чтение онлайн

Он печально проводил глазами свою еду.

— Я кое-что узнал. И да, в коридоре действительно оставили чары.

— Что именно? Услышал их разговор? Что-то важное? — Илиана отложила вилку.

— Важное. И… хм, странное. Мне ты, скорее всего, не поверишь. Придется тебе показать. Если все равно не поверишь, вернись в коридор, пройди до лестницы вниз, к черному ходу, там будет спуск на три ступеньки. Рядом с ними на стене висит треснутый светильник. Нам повезло, он услышал тот разговор и зациклился на нем, как любой сумасшедший предмет…

— Что?!

На миг Илиане показалось, что она попала в альтернативную действительность. Она пять с половиной лет училась магии. Она изучила все, что могла, о свойствах предметов запоминать информацию, воспроизводить сценарии, возвращать себе прежний вид и частично менять реальность. А вот о сумасшедших предметах… нет, о таком не слышала.

Шессхар вздохнул, и лицо его стало растерянным. Ненадолго, но Илиана уловила это изменение. Потом он тряхнул головой, точно смиряясь с чем-то.

— Треснутые, расколотые или разбитые предметы могут сойти с ума, — сказал он. — Когда вещь разбивается, вы же не всегда можете восстановить ее память? Ну вот. А трещина — это неизбежное сумасшествие, и чем она глубже, тем меньше толку от такого предмета.

— О зацикленности нам не рассказывали, — пробормотала Илиана.

— Это магия Потусторонних. Лучше понимать предметы, делать артефакты, наделять иными свойствами… Ты же слышала, что главный придворный маг — пленный Потусторонний?

— Ну да. И по выходным он ведет курсы для всех желающих. «Как подружиться с разбитой чашкой, разговорить дырявый носок и встретить на свалке родственную душу», — с энтузиазмом согласилась Илиана.

Шессхар издал беззвучный смешок и не ответил. Вместо этого он опустил голову и принялся поглощать колбаски. Илиана хмыкнула и взялась за салат. Ответов ей и не требовалось. Она почти не сомневалась в своих догадках. Заговорила она, лишь когда салат закончился.

— Так что именно ты узнал?

Он помолчал, изучающе рассматривая ее.

— Знаешь, сложно пересказать. Проще показать.

С этими словами он взял руку Илианы, поднес к губам и легко поцеловал в ладонь.

«Эй, это еще к чему?» — хотела спросить Илиана, но в голову тут же хлынул поток образов. В этом было что-то общее с видениями, которые демонстрировала «Зеница». Илиана понимала, что сидит за столом, отстраненно отмечала недоумевающие и заинтригованные взгляды, которые на нее и Шессхара бросали другие посетители кафетерия, но одновременно стояла в коридоре. Или висела — метрах в полутора над полом, в небольшом и недвижном теле. Светильник!

Она смотрела глазами светильника. Хотя какие, к бесу, могли быть глаза?! Однако долго удивляться не пришлось — рядом стукнула дверь, и по ступенькам поднялся Потусторонний с княгиней Мерит-Ман.

Гайтр (кажется, так его звали?) негромко, скороговоркой наставлял:

— Ты ничего не будешь делать без приказа. Когда к тебе применят приказ, ты не станешь сопротивляться. Все сведения, какие тебе понадобятся, ты скоро получишь. Не сопротивляйся моей магии. Я сказал, не сопротивляйся! Хочешь стать топливом? Понравилось?

Княгиня то кивала, то качала головой, как деревянный болванчик. Казалось, Потусторонний ее загипнотизировал. Об этом умении, которым Потусторонние немного владели, Илиане рассказывали на лекциях. Взгляд у невесты императора был совершенно пустым.

Потом двое прошли дальше, и их беседа стала неразборчивой. Видение окончилось. Илиана сидела за столом в ярком свете свисающих с потолка ламп, Шессхар все еще держал ее за руку, а из-за соседних столиков их откровенно пожирали взглядами.

— И как это понимать? — наконец протянула Илиана, выдергивая руку. — Послушай, а другого способа передать информацию у тебя не было? К вечеру весь дворец будет считать, что мы с тобой любовники!

— Ты против? Есть ревнивый жених или просто противно, что это именно я? — невозмутимо поинтересовался Шессхар. Она мотнула головой. — Тогда пусть считают. Не лишай людей развлечения. Так вот, о том, что это было… Есть кое-какие догадки.

Илиана ждала продолжения, но он замолчал. По всей видимости, это значило, что догадки он озвучивать не собирался. Что ж, его право, наверное. Они договаривались только делиться информацией и не задавать лишних вопросов. Информацией Шессхар поделился. Все по условиям, не придерешься.

— Ладно, — буркнула она. — А что значит «стать топливом»?

— И еще «понравилось», — добавил Шессхар. — То и значит. Она уже была топливом. Для кого-то или для чего-то.

— У людей, — тщательно пряча яд в голосе, сообщила Илиана, — нет магии, которая бы требовала человеческого топлива. В академии, конечно, не было таких специалистов по Потусторонним, как лэй распорядитель, но и там о подобной магии ничего не слышали.

— Топливо… Нет, прибереги свои стрелы. Я тоже не представляю, о чем речь. Но постараюсь выяснить.

— То есть у Потусторонних тоже нет чар, которые бы требовали топлива?

— Нет. И сами чары Потусторонних… вокруг них слишком много мифов, знаешь ли, — хмыкнул Шессхар, отодвигая тарелку. — На самом деле это та же магия предметов, только уровнем повыше. Да, Потусторонние умеют вкладывать в вещи ложную память, наделять разными свойствами, чтобы получились артефакты, но основа-то одна. И топливо… А, Химерник! Понятия не имею. Разве что Гайтр сказал это в переносном значении.

— Возможно, и в переносном, — протянула Илиана. — А ты ругаешься именем Химерника?

Слышал бы это Феррен. Или Аттэм Олер.

— Привычка, — ответил Шессхар. — Я еще попытаюсь порасспрашивать другие стены и лестницы. Не теряй княгиню.

Он явно собирался уходить. Илиана поспешила задать тревожащий вопрос:

— А в разбитый светильник Гайтр не мог вложить фальшивые воспоминания?

— В сумасшедший — не мог. Так что ему можно доверять. Увидимся, дорогая любовница.

И он с усмешкой удалился. Его тарелка улетучилась со стола мгновением позже. А Илиана осталась в обществе блюда с пирогом под перекрестным огнем пылающих любопытством взглядов.