Чтение онлайн

— Я без тебя не пойду, ты тоже устал, пожалуйста, давай вместе вернёмся.

— Нет, тут каждая минута дорога. А спасателей слишком мало. Я не могу.

— Прошу, ты без сил уже, я вижу. Ради меня. — Я старалась быть твердой, но вложила столько любви в эти слова, что мой голос в конце дрогнул.

— Не говори так, я не могу уйти. Прошу. Но я буду переживать за тебя, иди в номер, прошу. Я скоро вернусь.

Я не знала, что делать, но я действительно валилась с ног. Не соображала голова и руки не слушались. Посплю немного и вернусь, решила я. Так как номер был на сороковом этаже, а лифты не работали я попросила номер пониже, просто отдохнуть. Мне достался на десятом, потому что многих раненых и пострадавших размещали на первых этажах и в холле.

Я упала на постель, тело вырубилось быстро, а вот мозг все ещё гонял ужасные кадры. В один момент я уснула, проспала я до утра. Но чувство было, что я ни то, что не спала, даже на минуту не прилегла. Тело ломило, глаза слипались, а в голове был шум, словно сломанный ламповый телевизор работал на полную громкость. Умыла лицо, взяла из мини бара воду и шоколадку и спустилась вниз. Я окинула Просторный холл взглядом и ужаснулась. Пострадавших стало ещё больше. Мне приходилось переступить через израненные, а иногда кричащие тела, чтобы выйти на улицу. Пройдя пятьдесят метров, я увидела Сережу. Огромные круги под глазами, ещё более грязный, окровавленная одежда вся была разорвала. Словно он попал под газонокосилку.

— Пошли, пошли, и это даже не обсуждается. — Я взяла его за руку и мне кажется он даже не сразу меня увидел, он был как робот, который просто работал руками, а сознание отключилось, даже глаза сфокусировались на моем лице не сразу.

Сергея я силой потащил в отель, в ресторан. Там обработала его раны, попросила еды, какая была. Оказался суп и безвкусный хлеб, азиатская вариация, но все же, лучше, чем ничего. Не плохо, заставила его поесть. Он еле поднимал ложку, видно, что сил совсем не осталось. Мы пришли в номер, он молчал. Помыла его в душе, он без сил присел на пол душевой и подставил струям лицо. Тёмные потоки серо-бордовые уносили все те беды, что он поведал сегодня. Мне хотелось, чтобы вода очистила его душу, его мысли, я видела, что эмоционально ему гораздо тяжелее, чем та физическая усталость, что навалилась на него словно Громадная скала. Я гладила его волосы, проводила по лицу, но он только стиснул меня в объятья и уткнулся в мою грудь, так мы провели минут двадцать. Я целовала его мокрые волосы и мололась, чтобы все у него было хорошо. Затем уложила его спать. Он заснул мгновенно, как младенец, только голова коснулась подушки. Я посмотрела на его руки, мозоли на ладонях, мелкие царапины, синяки по всем рукам и телу огромная гематома на спине, её заметила позже, когда он перевернулся на живот. Я отвернулась, чувствуя, как слезы предательски подступили и изображение поплыло. Не могла видеть его израненное тело, я тихо плакала.

Он мой герой, он не щадил себя, помогая этим несчастным людям. Он мог получить травму или сам погибнуть под завалами, но он все равно остался и помогал. Спасал незнакомых, чужих людей. Мое сердце разрывалось от любви к нему, я гордилась им, моим героем

В номер позвонили, я взяла трубку. На среднем английском мне сообщили, что наш рейс перенесли на сегодняшнюю ночь, на 3 часа. Авиакомпания не смогла с нам связаться и позвонила в отель. А сейчас связь заработала. Я тут же позвонила своей маме, а потом и родителям Сережи. Конечно, они очень волновались, но сказали, что посольство почти сразу сообщила, то мы живы и не пострадали. Я могла спокойно выдохнуть, самое плохое позади, надо постараться забыть и жить дальше. По крайней мере постараться.

Серёжа все спал, а я выуживала информацию о произошедшем и удалилась количеству жертв. Из-за землетрясения в семь баллов, началось цунами и смыло прибрежные города. Эпицентр находился не далеко от наших райских островов. Нам повезло вовремя вернуться. Пострадавших было не сотни, а тысячи, и с каждым часом увеличивалось. Я просмотрела списки, там были и русские, но не так много. Около тридцати пострадавших, шесть погибли, ещё двадцать числились пропавшими без вести. Я просматривала фамилии просто так. Убивала время. Среди пропавших был Светлов Антон Геннадьевич 29 лет и Ирманова Анжелика Христофоровна 25 лет.

Меня пробил ужас, сковал и раздавил. Две строчки, две человеческие жизни. Мне хотелось верить, что они укатили на материк и сейчас после пьяной вечеринки просто отсыпаться в отеле, но почему-то я чувствовала, что скорее всего они были на острове, и остались там навсегда.

На их месте могли быть мы. Весь тот возможный ужас пробежал по моему разуму, предлагая разные варианты, подкрепляя ужасающими картинками. Они оказались нашими ровесники. Ирония судьбы. Кому-то суждено жить, чьи-то родители молились больше…

Боже, о чем я думаю, мы живы, и буду надеяться, что все из списка пропавших найдутся.

— Лиза, ты где? — Испуганный голос прорвал тишину.

Серёжа проснулся.

— Серёж, я тут. — Быстро ворвалась в поле его зрения.

Я подошла к кровати, обняла я его крепко, как могла.

— Наш рейс перенесли на 3 ночи, вернее утра. Поужинаем и поедем в аэропорт.

— Да, да, хорошо. — Он был растерян и словно пытался внутренне собраться.

— Я попросила перенести наши вещи в этот номер. Хорошо, что мы не распаковывали их особо. Я поднималась, собрала все, а носильщик помог мне перенести.

— Хорошо, молодец, долго я спал?

— Нет, часа четыре, может три.

Я врала, он проспал полноценные восемь часов.

— Хорошо. Пойдём поужинаем, жутко хочу есть. И выпить.

Я удивилась, но ничего не сказала ведь такая ситуация, такой стресс влияет на всех по-разному, я могла поплакать, а Серёжа-нет. Он выпил лишь немного виски, но не закусил и не стал запивать. Лишь сдвинул брови и опустил голову вниз и сильно выдохнул.

Ужин, самолёт, потом ещё один, и вот нас встречает беснующаяся толпа людей, среди которым масса журналистов.

Мы молча проходим к родителям Серёжа, они нас погружают в объятья, они словно забирают часть того ужаса, что мы видели, от их присутствия сразу стало легче. Правда, они обняли нас, и мы оба стали спокойнее и чуть расслабленнее.

— Лиза, твои родители хотели тоже приехать, но я предложила им приехать к Серёже домой. Вы же туда поедете? Они долго сопротивлялись, но желание увидеть тебя пересилило. Мы познакомились с ними за вашей спиной. Уж извините. Когда мы не могли связаться с вами, мы подняли связи и нашли твоих родителей, позвонили. А вчера встретились, поболтали. Они очень у тебя хорошие.

— Спасибо.

— Мама, ты, как всегда, впереди паровоза. — Серёжа усмехнулся.

— Я просто волновалась за вас.

— Конечно, конечно.

Мы подъехали к дому Сережи, но его родители не стали подниматься.

— Там же мои родители, пойдёмте, странно будет, что вы подвезти и не остались.

— Мы завтра встретимся, Лиза, а сейчас вам нужно отдохнуть, родители твои тоже хотят лишь увидеть, обнять.

Тут Серёжа взял наши чемоданы, пожал отцу руку, обнял маму и тем самым завершил наш разговор.

— Ладно, до завтра. — Сказала я и мы прошли в подъезд его дома.

Странные ощущения. Подъезд был прежним, лифт тот же, но ощущения другие, я стала другая, на все я смотрела иначе, словно видела впервые эту огромную дверь его квартиры, словно и родители были другие, свои, но другие.

— Доченька, как мы рады, Сережа.

Мама бросилась нас обнимать, целовать с порога. Папа меня обнял, а затем и Сережу.

— Вы как? Как долетели?

— Все хорошо. Не переживайте. Давай чай попьём вместе или поужинаем, я сейчас закажу. — Сказал Сергей.