Чтение онлайн

Надо сказать, такого предложения я не ожидал. Если Хоукс виновен в исчезновении своей жены, он этим предложением рыл себе яму. Либо он блефует, недооценивая меня, либо он чист, как алмазы на его безделушках.

– Я должен подумать над вашим предложением. Ответ вы получите сегодня вечером. А теперь я хотел бы перейти к разговору о том дне, когда исчезла ваша супруга. В полицейском досье говорится о каких-то драгоценностях. На миссис Хоукс были украшения, когда она уехала из дома. Вас это не пугало?

– Это моя непростительная ошибка. Нельзя было в этот день отпускать Рокки. Мальчик пришел ко мне за день до несчастья, точнее, это произошло вечером, когда он вез меня из больницы домой. Он сказал, что у него заболела мать и он хотел бы ее навестить. Я разрешил ему на следующий день не приходить, забыв о том, что именно в этот день Лин собралась ехать к своей подруге в Санта-Роуз.

– А что. нельзя было вызвать шофера?

– Его родители живут на ферме. Это где-то по южному шоссе. Там нет телефона. Я предложил Лин заехать к нему. Это по пути в Санта-Роуз, по она лишь фыркнула в ответ. Лин слишком самостоятельна.

– А вы не могли предположить, что ваша жена поехала в другом направлении?

– Я понял вопрос. Исключено. Лин глубоко порядочная женщина, она никогда не лжет и не выносит лжи. Да, она доверчива, верит людям даже тогда, когда следует быть более осмотрительной и настороженной, по сама… Я исключаю подобный вариант.

– Доверчивых людей легко ввести в заблуждение, их можно обмануть и даже похитить.

– Я думал об этом. Но где же требование о выкупе?! Я готов заплатить любые деньги, лишь бы она вернулась целой и невредимой. Но прошло уже две недели…

– Может быть, вы поссорились? Обида? Лин решила вас проучить.

– Исключено! У нас, естественно, бывали разногласия, и я не стану утверждать, что наш брак безоблачный. Но Лин очень ответственный человек. Она серьезно относится к супружеским узам, которыми мы связаны, и никакие конфликты или капризы не заставят ее пойти на такое безумие. Она и впрямь обиделась на меня за то, что я отказался ехать к этой… Тине Баримор. Но мой отказ не мог служить поводом для мести. Лин не способна была на такое.

– Мы немного отклонились от моего предыдущего вопроса. Я спрашивал об украшениях, в которых ваша супруга уехала.

– Ах да, вы правы. Сейчас вспомню…

Хоукс ловким движением выбил окурок сигары из мундштука и тут же втиснул в него новую. Делал он это машинально, но мне казалось, что он нервничает или чувствует напряжение.

– Помню, что серьги она оставила, они не гармонировали с жемчужным ожерельем. По браслет и кольцо из того же изумрудного гарнитура она надела. На ней было темно-зеленое платье с белым воротником и манжетами, белая шляпа с зеленой шелковой лентой и, как мне показалось, с излишне большими полями, а также белые туфли на высоком каблуке. Помню еще золотой пояс с пряжкой в виде дракона. Вместо глаз у золотого чудовища горели два небольших изумруда. В руках она держала сумочку из змеиной кожи. Такой я ее видел и запомнил в последнее мгновение, когда проводил до машины.

– Вы нормально простились?

– Разумеется. Она обещала мне позвонить, как приедет на место. Я подбегал к каждому звонку, но все напрасно. Всю ночь я не сомкнул глаз, а утром сам позвонил Тине. Мисс Баримор мне сообщила, что Лин к ней так и не приехала. Я обзвонил все больницы, но безрезультатно. Тогда я отправился в полицию. Прошло две недели, но они ничего не добились. Я устал жить в неизвестности. У меня все дела валятся из рук.

– Вы позволите взглянуть на украшения вашей супруги?

– Безусловно.

Хоукс встал и направился к двери. Я последовал за ним. Спальня находилась на третьем этаже, и, не зная маршрута, в этом замке можно было заблудиться, как в катакомбах пирамиды египетского фараона.

Комната, отведенная под спальню, могла быть использована под теннисный корт. Здесь все имело преувеличенные размеры. Хоукс подошел к трюмо и взял с него хрустальную шкатулку.

– Прошу вас, можете взглянуть. – он открыл крышку.

Я приблизился к столику, уставленному духами и кремами. Слева стояла фотография в рамке. Очаровательная блондинка смотрела на меня озорными светлыми глазами. В ней было столько обаяния и женственности, что трудно поверить в предположение, будто Хоукс лишил ее жизни ради любовницы. Глупость! Я с трудом оторвал взгляд от снимка и перевел его на шкатулку. Хрустальная коробка тускнела перед блеском ювелирных шедевров.

Хоукс педантично разобрал все содержимое и подробно описал, что из коллекции было куплено, а что подарено им, отцом, сестрой.

– Здесь целое состояние. И вы не храните драгоценности в сейфе.

Хоукс усмехнулся.

– У нас нет жуликов в доме. К тому же Лин пришлось бы ездить в банк ежедневно. Она меняла на себе украшения по три раза вдень. В домашние сейфы я не верю. Наша усадьба сама по себе уже сейф. Ограда на сигнализации. Сюда нельзя войти или выйти незамеченным.

– Вы упомянули о сумочке из змеиной кожи, с которой ваша супруга уехала. Что в ней находилось?

Хоукс подумал и пожал плечами.

– Затрудняюсь ответить. Ну… Одну секунду. Что-то припоминаю. Перед уходом Лин бросила в сумочку пудреницу, которую взяла с туалетного столика, зажигалку и ключи от машины.

– Как выглядела пудреница?

– В виде раковины, золотая.

– Я вижу, что на всех ценностях вашей жены стоят ее инициалы.

– Ну, это старая традиция в таких домах – делать гравировку на своих вещах, а также вышивку на тканях с теми же инициалами.

– В котором часу уехала миссис Хоукс из дома?

– В семь часов.

– Уверены?

– Часы на камине отзвонили семь, и Лин заторопилась. Буквально через несколько минут она уехала.

– Как вы провели вечер?

– В восемь часов приехал доктор Уайллер, и мы с ним играли в шахматы в гостиной. В полночь он уехал.

– Кто же выиграл?

– В этот вечер я был очень рассеянным. Я беспокоился о Лин. Мы сыграли четыре партии, и все я проиграл.

– Весь штат прислуги находился в доме?

– Не могу сказать. На этот вопрос вам более точно ответит мой дворецкий.

– Это тот пожилой господин, который меня встретил?

– Вы правы.

– Давно он служит в этом доме?

– Не знаю точно, но до моего появления здесь.

– И остальная прислуга работает столь же долго?

– Не вся. Рокки, наш шофер, раньше возил Лин. После того как мы поженились, у нас возникло много дел по хозяйству, к тому же Лин увлеклась цветами и выстроила оранжерею. Она стала редко выезжать из дома, и Рокки лишился работы, но, чтобы не выбрасывать парня на улицу, я предложил ему возить меня на работу и обратно. Это дает мне возможность полистать газеты в пути. Иногда я использую его по нуждам больницы, чтобы он не скучал без дела целый день. Я провожу.в клинике больше девяти часов, а иногда задерживаюсь допоздна.