Чтение онлайн

Шекспир внимал рассказу Элеоноры и одновременно прислушивался к завываниям ветра снаружи. Элеонора рассказывала просто, без прикрас. Наконец он произнес:

– Эссексу и Макганну о вас рассказал хозяин Агнес Харди, портретист Уильям Сегар. Когда я отправил Болтфута на ваши поиски, я не знал, что кто-то желает вам зла.

– Это не ваша вина, сэр. Я понимаю. – Шекспир зевал от усталости после долгой поездки верхом, но знал, что должен бодрствовать и быть начеку. – Поспите, – сказал он супруге и Элеоноре. – Я посторожу вас. Пока Болтфут следит за домом из леса, мы в безопасности. Здесь нас никто не найдет.

Они немного поели из тех запасов, что у них были с собой, и сделали по глотку эля из бутыли. Шекспир едва прикоснулся к напитку: его разум должен оставался ясным. Джону хотелось верить в то, что здесь им будет безопасно, но понимал, что Макганн – хитрый человек и ни за что не отступится от своей цели.

Снаружи неистово хлестал дождь. Внутри, закутавшись в одеяла, у стены сидели две женщины.

На краю леса, в тридцати ярдах от дома в подлеске неподвижно, словно камень, лежал Болтфут. Где-то неподалеку протекала река. Он неотрывно следил за домом и местностью, что находилась дальше, у развалин аббатства. Любой, кто придет с дороги, обязательно попадется ему на глаза.

Болтфут привык к промокшей одежде. Когда в северных морях они попадали в шторм, на корабле не оставалось ни одного сухого уголка. Одежда тогда не просыхала днями, а то и неделями, и приходилось постоянно терпеть холод.

Он лежал на подстилке из листьев, веток и грязи, вглядываясь в темноту и, словно ночное животное, чувствуя любое движение. В поле его зрения появился барсук, учуял запах человека и поспешил прочь. Болтфут вспомнил о своем каливере, который он оставил Шекспиру. В такой дождь это оружие здесь бесполезно. На какое-то время он смог бы сохранить порох сухим, но он лежал на земле под хлеставшими потоками дождя и сырость все равно проникла бы под крышку порохового рожка и сделала бы порох непригодным.

Дождь лил не переставая. Болтфуту в отличие от его хозяина это место не казалось безопасным. Весь его опыт говорил ему, что Макганн придет за ними именно этой ночью. И он не ошибся.

Нападение оказалось стремительным и жестоким.

Женщины не спали, но пребывали в сонной дреме и их чувства притупились. Они устроились рядышком у стены, Шекспир попросил их сесть так, чтобы их не было видно в окно. Кэтрин и Элеонора прижались друг к другу, словно они давние подруги или сестры. Снаружи послышался шум. Кто-то, шлепая по грязи, приближался к дому.

Раздался крик, затем выстрел, потом стоны.

Услышав выстрел, обе женщины одновременно вскочили на ноги. Шекспир приложил палец к губам; затем, опустив ладонь к полу, знаком показал им, чтобы они не вставали. Он погасил свечу и залил огонь в очаге. Уж лучше сидеть в темноте, чем позволить противнику использовать свет против них.

Джон снова взял в руки каливер Болтфута. Оружие было заряжено и на взводе. Он поднял его и направил на закрытую дверь.

Болтфут ощутил в темноте чье-то присутствие прежде, чем тот человек направился к дому. Он шел, припадая к земле, по покрытой скользкой грязью открытой местности. Болтфут подполз на животе, затем приподнялся на несколько дюймов на локте и колене. Размахнувшись правой рукой, в которой он держал саблю, Болтфут, словно косой, ударил непрошеного гостя по ногам.

Когда лезвие вонзилось в кость, человек закричал и рухнул на землю. Его палец на спусковом крючке пистолета дернулся, и раздался выстрел, угодивший в землю.

Болтфут поднялся на колени, левой рукой вытащил из-за пояса кинжал и нанес удар снизу вверх. Узкое лезвие вошло незнакомцу в живот, затем под ребра, после чего кончик кинжала нанес смертельный укол в сердце. Болтфут подтащил тело и спрятался за ним, как за щитом. Человек застонал, но его стон больше походил на последний выдох, чем на крик, и его тело задергалось в судорогах.

Болтфут понимал, что это было лишь проверкой. Этого человека принесли в жертву, чтобы он указал нападавшим на место, где спрятался Болтфут. Теперь он был уязвим. Скольких еще привел с собой Макганн?

Несмотря на ночной мрак, любые перемещения все же были заметны. Нужно избавиться от тела, но очень медленно. Распластавшись на земле, он попытался тихонько уползти в небольшую рощицу, туда, где он прятался раньше. Раздался мушкетный выстрел, и пуля ударила в землю там, где он находился мгновение тому назад. Болтфут вскрикнул, чтобы нападавшие решили, что он ранен. Раздался еще один выстрел. На этот раз пуля попала в мертвеца.

Болтфут продолжал ползти. Нужно уходить, иначе следующий выстрел настигнет уже его. Но как передвигаться по открытой местности, находясь на расстоянии выстрела? Болтфут мысленно смирился со смертью.

Шекспир выглянул в окно. На земле перед домом ему удалось разглядеть два темных бугра. Один шевелился, а другой нет. Болтфут был либо мертв, либо в затруднительном положении. Шекспир направил каливер в сторону развалин аббатства и выстрелил, даже не представляя, куда он попадет.

Отдачей его швырнуло обратно в комнату в то самое мгновение, когда раздался другой выстрел, и пуля, просвистев у него над головой, ударила в дальнюю стену, выбив клин в скрепленных раствором камнях.

Он припал к полу. В доме было темней, чем снаружи.

– Кэтрин, – прошептал он. – Кэтрин, пригнитесь. Ложитесь на пол.

– Джон, ее нет, – тревожно и тихо ответила она.

– Что?

– Тут так темно. Думаю, Элеонора сбежала через другое окно.

– Если она покинет дом, то умрет.

– Она произнесла что-то вроде: «Все напрасно, напрасно», а потом исчезла.

Они попались в ловушку, как сороки в клетку, а птица, которую они пытались спасти, улетела. Поблизости раздался еще один мушкетный выстрел, выбив внушительную, шесть дюймов длиной, щепу из гнилой деревянной рамы окна.

Шекспир поднял голову, выглянул в окно и увидел свет. Смоляной факел отбрасывал зловещие тени на разрушенные стены и своды развалин аббатства. В свете факела показалась человеческая фигура. Сколько же их здесь? Двое? Трое? Четверо? Двадцать?

Тишину ночи разорвал очередной мушкетный выстрел.

– Кэтрин, – прошептал он, перезаряжая каливер. – Я собираюсь вылезти наружу. Нужно выбираться из этого дома. Это смертельная ловушка. Беги в лес, подальше от аббатства.

– Я знаю эти места, Джон. Не волнуйся за меня. Делай то, что должен.

– Иди первой. Уходи через окно, затем беги со всех ног. Не беги по прямой, петляй из стороны в сторону. Не давай в себя прицелиться. Припадай к земле как можно ниже.

– Господин Шекспир, вы, как всегда, командуете. Но в этот раз мне придется забыть гордость и подчиниться.

Джон едва видел очертания Кэтрин в темноте, но он чувствовал ее запах и ее присутствие. Он быстро схватил Кэтрин и поцеловал. Она тоже обняла его, словно между ними не было никакой размолвки.

Кэтрин нужно было уходить, ее руки скользнули по его ладоням, коснулись пальцев.