Чтение онлайн

Этьеннъ Долэ (Etienne Dolet) родился въ Орлеан, 3 августа 1509 года. Получивъ первоначальное воспитаніе въ Париж, онъ для окончанія своего образованія отправился въ Падуа; а спустя три года сдлался секретаремъ у венеціанскаго посланника Жана де Ланжака. Долэ прилежно посщалъ лекціи Батиста Эгнаціо (Battista Egnazio), объяснявшаго своимъ слушателямъ красоты латинскихъ писателей, Цицерона и Лукреція. Долэ отдался наук и поэзіи. Любовь, внушенная ему одною венеціанкою, вдохновила его, и изъ подъ его пера вылилось нсколько прекрасныхъ строфъ. Но когда смерть похитила обожаемую имъ женщину, онъ ршился вернуться въ Парижъ и отдаться всецло наук. Здсь онъ съ жаромъ занялся изученіемъ сочиненій Цицерона и собралъ массу матеріаловъ для своихъ «Коментарій о латинскомъ язык» (Commmtavres sur la langue Іatіne).

Въ 1532 году мы уже находимъ Этьенна Долэ въ Тулуз, гд онъ изучалъ правовдніе. Онъ самъ даетъ намъ объясненіе своей страсти къ перемн мстъ:

Mou naturel est d’apprendre toujours; Mais si ce vient, due je passe aucuns jours, Sans rien appreudre en quelqne lieu et place, Incontinent, il faut que je d'eplace [60] .

Талантъ Этьенна Долэ, его чарующая рчь, изящество фигуры увлекли студентовъ, и они выбрали его своимъ ораторомъ. Долэ не побоялся произнести рчь, въ которой онъ напалъ на постановленіе тулузскаго парламента, воспретившаго сходки студентовъ. Отвтомъ на эту смлую рчь была тюрьма, изъ которой Долэ удалось выйти только благодаря протекціи Жана Дюпена, епископа города Ріё (Rieux). Такое постыдное отношеніе къ Долэ доставило ему огромную популярность; но въ то время, какъ одни превозносили его, со стороны другихъ поднималась цлая буря обвиненій. Клевета преслдовала его повсюду: на него лгали, его безчестили. Дло дошло наконецъ до того, что въ одинъ прекрасный день враги его развозили по улицамъ Тулузы телжку со свиньей, на спин которой красовалось имя Этьенна Долэ.

Молодой и пылкій писатель защищался умно и энергично; онъ не торговалъ своими убжденіями и потому умлъ наносить удары прямо въ сердце врага. Постановленіемъ парламента онъ былъ изгнанъ изъ Тулузы.

Этьеннъ Долэ воротился въ Ліонъ, гд онъ издалъ свои «Коментаріи о латинскомъ язык», «капитальный трудъ», которому, какъ говоритъ Фирменъ Дидо, онъ посвятилъ, съ 16 лтъ своей жизни, свой покой, юношескіе годы, удовольствія и здоровье. Молодой авторъ посвятилъ свое сочиненіе Франциску I, которому онъ былъ представленъ въ Мулен (Moulins) и который оказалъ ему покровительство, даровавъ право «печатать и издавать въ свтъ всякаго рода книги, имъ самимъ составленныя и переведенныя».

Случай не замедлилъ вызвать новыя преслдованія со стороны его враговъ. Еще въ Тулуз подсылали къ Долэ убійцъ; теперь эти гнусныя попытки возобновились. Однажды на Долэ напалъ со шпагой въ рук нкій Компанини. Этьеннъ, защищаясь, убилъ его, за что и былъ заключенъ въ тюрьму, не смотря на очевидность права самообороны; только благодаря вліянію короля, Долэ удалось еще разъ спастись отъ заточенія.

Желая оправдать вниманіе Франциска I, Долэ ршился самъ заняться книгопечатаніемъ. «Я буду, — говорилъ онъ, — всми силами способствовать обогащенію литературной сокровищницы; я вызову на свтъ священныя тни древнихъ, тщательно издавая ихъ творенія; я не забуду въ то же время и современныхъ писателей. Но не жаля труда для образцовыхъ твореній, я буду гнушаться жалкихъ кропаній презрнныхъ писакъ, составляющихъ позоръ своего времени».

Новый типографъ-издатель сдержалъ свое общаніе. Онъ пустилъ въ обращеніе массу прекрасныхъ и полезныхъ книгъ: Хирургію Павла Эгина (La chirurgie de Paul Egine), мелкія произведенія Галіена (Les opuscules de Galien), сочиненія Климента Mapo (Les oeuvres de Cl'ement Marot), Діалоги Платона (Les dialogues de Platon), въ которыхъ предисловіе издателя начинается стихомъ:

«Достаточно блуждали мы во тьм!» [61]

Вс эти книги имютъ изображеніе топора или скиры въ рук, выходящей изъ облаковъ и грозящей стволу суковатаго дерева. Этотъ эмблематическій рисунокъ на французскихъ изданіяхъ дополняется еще такимъ эпиграфомъ: «Господи, спаси меня, отъ людской клеветы». (Pr'eservez moi, Seigneur, de la calomnie des hommes).

Долэ всецло отдался своей типографіи; но враги его не дремали. Въ 1642 году, онъ былъ снова лишенъ свободы подъ предлогомъ, что печаталъ еретическія книги; посл пятнадцати мсяцевъ заключенія въ Консьержери, его выпустили изъ тюрьмы, снова благодаря заступничеству короля.

14 февраля 1543 года, новый указъ парижскаго парламента приговорилъ къ сожженію тринадцать сочиненій, написанныхъ и изданныхъ Долэ, «какъ содержащихъ въ себ вредное, гибельное и еретическое ученіе». Благоразуміе заставило Долэ бжать и оставить Францію подобно тому, какъ это сдлалъ Робертъ Этьеннъ, однако любовь къ родин и сознаніе своей правоты удержали его. Терпя постоянныя преслдованія, Этьеннъ Долэ защищался помощью насмшки. Современникъ Рабле (Rabelais) умлъ владть этимъ орудіемъ: писатель въ немъ мстилъ за издателя. Королю и королев Наварскимъ онъ писалъ письма, въ которыхъ осыпалъ насмшками своихъ преслдователей. Наконецъ, злоба, возбуждаемая противъ этаго пылкаго человка, дошла до послднихъ предловъ. Въ перевод «Axioshus’а» Платона мы находимъ слдующія слова, вложенныя имъ въ уста Сократа: «Посл смерти, ты станешь ничмъ».

4 ноября 1544 года, совтъ парижскаго богословскаго факультета подвергъ эту выходку, признанную еретической и сходной съ духомъ ученія Саддукеевъ и Эпикурейцевъ, строгой цензур, объявивъ переводъ книги неправильнымъ и противнымъ ученію Платона. Этьеннъ Долэ былъ признанъ атеистомъ и еретикомъ, подвергнутъ обыкновенной и чрезвычайной пытк съ цлью вынудитъ у него указаніе единомышленниковъ, какъ значится въ обвинительномъ приговор; затмъ, онъ былъ повшенъ, а тло его сожжено на площади Моберта 3 августа 1546 года [62] .

Этьеннъ Долэ умеръ съ твердостью, 37 лтъ отъ роду оставивъ посл себя въ крайней бдности любимую имъ жену и ребенка.

Гутенбергъ страдалъ всю жизнь, Этьеннъ Долэ былъ казненъ, но свтъ, разлитый книгопечатаніемъ, поборолъ тмъ не мене боровшуюся съ нимъ тьму…

Наука не всегда занимала должное мсто въ области знанія; авторитетомъ ея долго пренебрегали, ея выводы оспаривали, ея принциповъ не признавали; въ теченіе многихъ вковъ успхи ея были медленны и трудны, потому что умъ человческій не всегда владлъ искусствомъ наблюдать природу и изучать ее при помощи опыта. До эпохи «Возрожденія» наука была подчинена педантическому авторитету схоластики и, порываясь къ жизни, изнемогала подъ тяжестью гоненій. Коперникъ, отршаясь отъ ходячихъ мнній и проповдуя вопреки ученію римской церкви и учителей его времени, что земля вращается вокругъ солнца; Галилей, открывая передъ человчествомъ поразительное зрлище истиннаго движенія свтилъ, — подготовили важный переворотъ въ исторіи философіи. Тогда впервые было замчено, что человкъ сбивается съ пути, если ожидаетъ найти истину у другихъ людей, которымъ, какъ и ему, она также неизвстна, вмсто того, чтобы искать истину въ природ, открывающей ее терпливому изслдователю. Галилей, направляющій зрительную трубу на небо, — вотъ важное событіе въ исторіи прогресса. Это — ученый, отказывающійся разбирать тарабарщину устарвшихъ учителей; это — новая философія, начинающая новую эру — наблюденій; это — умъ, самъ себя освобождающій отъ путъ.

Въ теченіе всхъ среднихъ вковъ порабощенная наука подчиняется схоластик, этой узкой философіи, которая почитаетъ истиннымъ только то, что признано католической церковью и преподано учителями, подчиненными ея догматамъ. Въ настоящее время наука совершенно свободно провозглашаетъ свои истины; новаторъ легко ниспровергаетъ зданіе признанной теоріи, если является вооруженный фактомъ, несовмстимымъ съ этой теоріей. Но не всегда такъ было; исторія мучениковъ астрономіи представила уже намъ примръ этого.