Чтение онлайн

— Хотя с посадкой Дрейка они точно не связаны, — неожиданно объявил магистр. — А в ином случае он не стал бы мстить так тонко, да ещё через столько лет. Этот парень любит погорячее, ждать, пока месть остынет не в его духе. Так что вопрос остаётся открытым.

Я сердито насупилась. Вот, значит, как. Открытым он остаётся. То есть, я по-прежнему подозреваюсь в соучастии. И что, мне предлагается оправдываться? Да ни за что! Перебьётся. У нас презумпция невиновности, так что пусть без меня ищет доказательства моей причастности, если ему так это важно.

— Ничего, — продолжил некромант, явно не догадывающийся о направлении движения моей мысли. — Доберёмся и до этого. Рано или поздно.

— Это угроза? — не удержавшись, фыркнула я. — Или так, предупреждение?

— Это констатация факта.

Чем дальше, тем интереснее. Я демонстративно отвернулась, уставившись в окно. Смотреть там, если честно, было особо не на что: зима уже закончилась, весна толком не началась, так что окружала нас унылая серость камня домов и асфальта улиц, разбавленная чёрными полосами газонов. Положение немного спасали только красивые кованые фонари, разгонявшие последние остатки утренних сумерек.

Наверное, стоило как-то избавиться от возникшей неловкости. Например, задать вполне законный вопрос о наших дальнейших планах. В этом городишке, судя по всему, ловить нам больше нечего, независимого исследователя музейных тайн стоит поискать в Форине. Я даже уже открыла рот, чтобы спросить, возвращаемся ли мы туда, но была бесцеремонно перебита собственным мобильником.

Вытащив телефон из кармана, я глянула на экран и так и не сумела подобрать челюсть, удивление помешало. Потому что вспомнил обо мне этим ещё весьма ранним воскресным утром не кто иной, как Оливер, мой самый старший брат. Который в последний раз звонил мне на мобильный… ну, приблизительно никогда. Даже по случаю дней рождения ограничивался звонком на домашний.

Не то, чтобы у нас были какие-то проблемы в отношениях, нет. Мы давно выросли, детские дрязги благополучно канули в прошлое и позабылись. Если бы мне потребовалась помощь Олли, он сделал бы для меня всё, что только мог, как и я для него, всё же мы были братом и сестрой. Но это не означало, что мы с ним вечерами мило болтали о пустяках просто так, ради удовольствия. Родственные чувства у нас были, а вот какой-то особой душевной близости не было.

Именно поэтому приняла вызов я с некоторым внутренним содроганием. Неужели брату от меня что-то понадобилось, причём такое, чем с родителями не поделишься и о чём их не попросишь? И что же, интересно, это может быть? А главное, чего оно мне будет стоить?

— Привет, — сообщила я в трубку, и сама поморщилась, до того преувеличенно бодро это прозвучало. — Как дела?

— Странно, — раздражённо ответил Оливер. — Какого чёрта ты творишь, Софи?

Я поперхнулась на вдохе и тут же принялась лихорадочно оглядываться по сторонам в поисках брата. Неужели его сюда занесло каким-то очень для меня неудачным ветром, и теперь Оливер желает выяснить, что я тут делаю, да ещё и в компании непонятного мужчины? Ужас какой! Олли не Родж, родителям меня сдаст без колебаний.

— В смысле? — выдавила я через добрых полминуты, сообразив, что пауза уж слишком затянулась. — Что не так?

— С чего вдруг ты решила снова сойтись с этим мелким подонком? — выпалил Олли. — Как вообще можно быть такой дурой, скажи мне?!

— С каким? — ошалело уточнила я.

— А их у тебя было много? — ядовито поинтересовался брат. — Тогда ты ещё глупее, чем я предполагал, зная только об одном.

— Так он один и был! — начала злиться я, по-прежнему совершенно ничего не понимая. — Только вот я с ним не сходилась, я вообще его уже года два не видела. И от всей души надеюсь, что мне и дальше будет так же везти.

— Тогда скажи пожалуйста, какого чёрта он заявился ко мне только что с рассказом о вашем примирении и, вдобавок, с абсолютно неприличной просьбой, — ядовито отозвался Олли.

— И ты ему поверил на слово?! — выдохнула я. — Ну, знаешь…

— За кого ты меня принимаешь? — фыркнул Оливер. — Не на слово, разумеется, он кое-что мне показал.

— Что?! — практически рявкнула я в трубку. — Что такое он мог тебе показать, чтобы ты поверил, будто я совсем с катушек съехала?!

— Ваше милое общее фото, кстати, совсем недавнее. Ну что, будешь продолжать доказывать, что не видела его сто лет?

— А тебе не приходило в голову, что фото можно запросто подделать? — едко поинтересовалась я.

Ставшее ответом молчание оказалось весьма красноречивым. В этом весь Олли, такой сын нашей мамы. Вообще-то и ему досталось немало папиных спокойствия и рассудительности, но и мамина вспыльчивость тоже, причём куда больше, чем нам с Роджем. Бывает, эмоции захлёстывают его настолько, что голос разума остаётся не услышанным довольно долго. Как вот сейчас. Хорошо хоть, что эти самые эмоции подтолкнули-таки его к правильному поступку — к звонку мне.

— О чём он тебя попросил? — спросила я, выждав вроде бы достаточно, чтобы дать брату несколько опомниться.

— Ввезти в страну небольшую партию технических алмазов из Джанира, — заметно виноватым тоном ответил Олли. — Сказал, у его отца большие проблемы, срочно нужны деньги, а тут подвернулась сделка… в общем, много всего такого слезливого наплёл, я не очень слушал.

— И ты его, надеюсь, послал подальше?

— Само собой! — сразу обиделся братец. — За кого ты меня принимаешь?

Я проигнорировала провокационный вопрос. Лучше ему не знать, за кого я его принимаю после того, как он поверил Ричи из-за какой-то там фотографии. Если отвечу честно, точно поссоримся, а врать как-то настроения нет.

— Уж точно не за контрабандиста, — наконец-то подобрала я достаточно нейтральную формулировку для завершения разговора. — Ладно, успокойся и забудь. Я рассталась с Ричи раз и навсегда, так что не стесняйся сделать то же самое, если ему взбредёт в голову снова к тебе заявиться.

— Будет сделано.

Брат отключился. Я сунула телефон в карман и вздохнула, откидываясь на спинку сиденья. Ещё одна непонятная ерунда в без того уже переполненную копилку необъяснимых несуразиц. С другой стороны, чему удивляться? Многие, похоже, сошли с ума, вот и Ричи не стал исключением. А уж наглости ему всегда было не занимать.

— Значит, твой брат контрабандой не занимается? — неожиданно спросил некромант, о присутствии рядом которого я успела позабыть.

— Боже упаси. В нашей семье нет преступников.