Чтение онлайн

— Ребекка, ты прекрасно выглядишь сегодня. Пройдем в кабинет. Я приготовлю что-нибудь выпить, а ты расскажешь, что привело тебя сюда так рано.

— В кабинет? — В голосе женщины прозвучало недовольство. — А почему не в розовую гостиную? Мне там нравится больше. К тому же…

— Извини, но Патрик затеял в гостиной уборку. Ты же его знаешь, он помешан на чистоте.

— Ты слишком многое ему позволяешь. Патрик чувствует себя здесь хозяином. На твоем месте…

— Извини, но Патрик для меня часть семьи, — твердо перебил ее Саймон.

Голоса стихли. Джулия отошла от двери и устало опустилась в кресло. Подумать было над чем, но она решила не тратить время на пустые размышления, а заняться чем-то полезным. Например, почитать справочник «Кто есть кто в Сан-Франциско». Однако уже через пять минут книга была отложена — упрямо лезшие в голову мысли не позволяли Джулии сосредоточиться на чтении.

Утренний разговор с Саймоном не прошел бесследно. Конечно, она вела себя глупо и неосторожно, но дело было в другом. Саймон ясно дал понять, что между ними не может быть иных отношений, чем те, которые существуют сейчас. У Джулии не осталось никаких сомнений в том, что Саймон не испытывает к ней нежных чувств. Разумеется, она пришла в этот дом не для того, чтобы закрутить роман или даже завести интрижку с мужчиной, чей статус для нее просто недосягаем. У нее была определенная цель, и цель эта с каждым днем становилась все ближе. Романтические отношения могли бы лишь помешать. Но, к сожалению, доводы рассудка не всегда совпадают с устремлениями души.

После утреннего разговора осталось ощущение пустоты. Вновь и вновь воссоздавая перед глазами его образ, Джулия вновь и вновь упиралась в стену, которой Саймон отделил себя не только от нее, но и от всего мира.

А если все так безнадежно, то зачем мучиться, зачем тешить себя несбыточными мечтами? Надо раз и навсегда понять: ей здесь не место.

Да, деньги необходимы. Для отца. Для Рона. Но как только она их получит…

В дверь постучали.

— Джулия?

— Саймон? — Она соскочила с кресла и, подбежав к двери, торопливо повернула защелку. — А где Ребекка?

— Уехала, — коротко ответил он.

— Странно, я даже не слышала шума машины.

— Ребекка приезжала забрать кое-какие свои вещи, — объяснил Саймон, хотя Джулия и не спрашивала его о цели визита его подруги. — А вы чем занимались? — Его взгляд упал на лежащую на столике книгу. — О, вижу, вы не тратили времени даром.

— Нет, я не читала. Думала.

— О чем же, если не секрет?

— О том, что я совершила ошибку, когда уехала из дому. Мне казалось, что, уезжая, я оставляю там все свои проблемы, что в большом городе легче найти не только хорошую работу, но и счастье. Вышло не совсем так. — Она перевела дыхание. — Мне неуютно здесь. Этот мир чужой для меня. Вместо того чтобы заниматься делом, я играю в какую-то не совсем понятную игру, подражаю чужой жизни. А от проблем не убежишь, каждый человек носит свои проблемы с собой. Когда Кен предпочел мне другую женщину, он поступил совершенно правильно. Нельзя жить мечтами. Нужно просто жить. Жить там, где ты родился, где твой дом.

Саймон поморщился.

— С каких это пор Кен стал для вас авторитетом? На мой взгляд, у парня явные нелады со зрением.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что он не заметил сокровище у себя под носом.

Он шагнул к Джулии, и в следующий момент ей уже ничего не оставалось, как ответить на его поцелуй. Губы ее раскрылись сами собой, и его желание хлынуло в нее бурным, сметающим все на своем пути потоком, проникая в ее кровь, пробуждая ответную страсть. Подчиняясь этой ответной страсти, Джулия прижалась к нему всем телом и тут же ощутила словно рванувшуюся ей навстречу плоть.

— Саймон, — прошептала она, и он с глухим стоном разжал объятия и сделал шаг назад.

— Ты сводишь меня с ума. Я обещал, что не прикоснусь к тебе, и впервые нарушаю данное слово.

— Но я доверяю тебе, — запротестовала она.

— Нет. — Саймон бросил это слово, как бросают камень, и когда Джулия посмотрела ему в глаза, то увидела в них неугасимое желание. — Мы оба совершим серьезную ошибку, если позволим себе увлечься. Я лишь причиню тебе боль. Мой отец был безответственным человеком, которому не было никакого дела до семьи. Я поклялся, что никогда не стану таким, как он, но не избежал его ошибок. Я собирался жениться на женщине, с которой меня связывали чисто деловые отношения, но все равно ухитрился обидеть ее. Любовь несет боль и утрату независимости, и это неприемлемо для меня. Случай с Марго стал последней каплей. Я не хочу разбивать сердца. Рано или поздно ты поняла бы, что твое тепло, отданное мне, возвращается холодом. Сейчас мы с тобой деловые партнеры, и я сделаю все, чтобы успешно завершить наше предприятие. Но я хочу тебя, поэтому не доверяй мне. Я не могу гарантировать, что при определенных обстоятельствах не отброшу свои обязательства ради удовольствия.

Впервые за все время Джулия видела его таким: с потемневшими от желания глазами, подавленного, без привычной маски равнодушной благожелательности. Она видела его ребенком, лишенным отцовского внимания, и взрослым, не верящим в себя, пригнутым бременем своих и чужих ошибок, но он хотел ее, а она — да! — хотела его. Ночь с ним принесла бы ей счастье, но что принесло бы утро?

— При каких обстоятельствах?

— Джулия!

— При каких обстоятельствах ты… занялся бы со мной любовью? Я не прошу чего-то большего. Мне не нужны длительные отношения. Ты же знаешь, что я могу обойтись без мужчины, как ты обходишься без женщины.

Она шагнула к нему.

Он не отступил.

Джулия чувствовала его желание, как чувствуют надвигающуюся грозу: в блеске глаз и в прерывистости дыхания, в сжатых кулаках и в напряжении тела.

Его поцелуй был сладок, но ей хотелось, чтобы он был еще слаще. Ей хотелось, чтобы Саймон взял ее на руки, оторвал от земли и прижал к себе.

Саймон еще сохранял остатки самоконтроля. Он дал слово, а это означало для него все. Если он сейчас откажется от своего обещания, то потеряет все. Если он уступит своему желанию и желанию Джулии, если забудет о том, кто он и кто она, то останется только страсть, объединяющая мужчину и женщину. Он станет просто мужчиной, но перестанет быть Саймоном Джорданом.

— Джулия, Джулия, — шептал он, покрывая поцелуями ее губы и веки, щеки и шею.

Она не знала, сколько продолжалось это блаженство, но в тот миг, когда жар его поцелуев исторг из нее сладостный стон, а по телу пробежала волна дрожи, Джулия положила руку на плечо Саймона и слегка надавила.

Саймон сразу же отпустил ее.

Губы у Джулии дрожали.

Он выругался.

— Черт возьми, Джулия. Я сделал вам больно? Простите.

Сдерживая подступившие к глазам слезы, она покачала головой.

— Нет. Я вас оттолкнула… потому что… Вы сказали… Потому что я вам не поверила.

— Неважно. Я же не зверь и умею контролировать себя. Как правило. Вам нечего меня бояться.

Саймон столь явно огорчился, что Джулии пришлось изобразить улыбку и попытаться унять его порыв самобичевания. Во всем виновата только она. Это она хотела Саймона. Хотела так сильно, что была готова перешагнуть через любые преграды и запреты.

— Похоже, день выдался нелегким для нас обоих. Ну, у кого самоконтроля осталось больше? — Джулия попыталась рассмеяться, но вместо смеха из горла вырвался всхлип. — Только не у меня. Да и какая женщина не попыталась бы затащить в постель самого Саймона Джордана, имея хоть крохотный шанс на успех? Вы же меня знаете — я своего не упущу. Плевать на приличия, плевать на благоразумие.

Некоторое время он изумленно таращился на нее, потом погрозил пальцем.

— Джулия Сандерс, вы лгунья.

— Я действительно хотела, чтобы вы полюбили меня, — призналась она. — Вы невероятно сексуальны, Саймон, и я могла бы гордиться этим успехом.

— Если бы вы хотели меня, то заполучили бы без дополнительных усилий. Я бы не смог остановиться.

— Но вы же остановились.

Он покачал головой, как бы желая сказать, что она снова ведет нечестную игру.