Чтение онлайн

– Дорабелла предложила миссис Парделл и миссис Кантер.

– Миссис Кантер… ну, она хорошая и… блистательная. Она смогла бы неплохо обращаться с мужчинами. Миссис Парделл немного тосклива, как вы думаете?

– Но принесет много пользы. Кстати, в нашем имении есть, по крайней мере, две вдовы, которые могли бы помочь.

– Ну что ж, думаю, трудностей не будет. Конечно, полностью они вас не заменят. Вы доставляли радость. А Дорабелла еще и так очаровательна в обращении с мужчинами. Ну, а как Гордон Льюит?

– А что с ним?

– Что он говорит о вашем отъезде?

– Ничего, мы еще не говорили об этом.

– Он должен знать, почему вы так поступаете. Ваш отъезд опечалит его.

Наверняка она знала о дружбе между мной и Гордоном. Тут было о чем поразмышлять. Как можно беззаботнее я произнесла:

– Мы обязательно вернемся. Лишь немного поживем с родителями.

Она пожала мою руку:

– Да поможет вам Бог, Виолетта. У меня такое чувство, что все будет в порядке.

Как мы и думали, найти замену оказалось несложно. Миссис Кантер согласилась сразу, а миссис Парделл колебалась день или два. Итак, мы были свободны.

Нянюшка Крэбтри обрадовалась:

– Будем жить в старой детской… Да я бы и вообще никогда сюда не поехала. Эти скалы, море… Все, что произошло здесь, сводит меня с ума.

Я смирилась. Мы едем домой.

На станции нас встретили родители, объятия, поцелуи, радостные восклицания. Мама не умолкала, отец улыбался, как это умеет делать он один, и обнял меня:

– Наконец-то ты дома. Долго же мы ждали тебя!

Да, стоило пожить вдалеке, чтобы встретить такой прием!

– Это твой дом, – с чувством произнесла мама. – И всегда будет твоим. Тристан, привет, любовь моя. Нянюшка! Добро пожаловать, добро пожаловать!

Тристан, смеясь от удовольствия, вскинул ручонки.

– Хорошо, – сказал он. В огромном камине горел огонь, по всему холлу были расставлены вазы с цветами. Мир снизошел на меня.

Мы прошли в свои комнаты.

– Ничего не изменилось, – радостно воскликнула Дорабелла и, обняв маму, провальсировала с ней по комнате.

– Точно, ничего не изменилось, – усмехнулся отец. – Она не так молода, как думает!

– Ах ты, негодник! – возмутилась мама.

– Прекрасно оказаться дома, – проговорила Дорабелла.

Я подумала, что у нее наверняка уже назначено свидание с капитаном Брентом.

В детской нянюшка Крэбтри светилась от счастья, так как она «вернулась в свое гнездо».

– Старый комод! – Она повернулась к Дорабелле: – Вот где ты как-то спряталась, чтобы поиздеваться над нами и напугать. Ты ведь были еще тем перчиком! И кровати… рядом. Помните, когда вы были маленькими… Посмотри, Тристан, где спала твоя мама и тетя Виолетта.

Тристан мрачно осмотрел кровать, он не мог представить нас такими же маленькими, как он сам.

Это было действительно прекрасно – вернуться домой. И правы были родители, что настояли на нашем возвращении. Мне поможет… нет-нет, не забыть, поскольку я никогда не забуду… но пережить дни ожидания и найти хоть чуточку счастья и любви к моей семье. Я надеялась, что так будет.

Дорабелла написала капитану Бренту и сообщила, что живет рядом с Лондоном. Не прошло и недели, как он получил командировку в Лондон и пригласил Дорабеллу туда приехать.

Мама сказала, что в Лондоне Дорабелла могла бы остановиться у Гретхен, и та будет только рада ее посещению.

Итак, все образовалось.

Сияющая, она вернулась домой и привезла подарки для всех нас. С Гретхен все в порядке, сообщила она, и та очень довольна, что мы живем поблизости, в Кэддингтоне, и нам стало легче общаться друг с другом. Как-нибудь, когда у Эдварда будет длительный отпуск, они приедут к нам.

– Лондон очень изменился, – сказала Дорабелла. – Страшно темно! Выключают свет! А эта ужасная сирена во время налетов! В самые неожиданные моменты ты должна бежать в бомбоубежище. Но это все же старый добрый Лондон, деятельный и оживленный!

Через несколько дней мама сообщила мне:

– У меня есть сюрприз для меня. Как думаешь, кто к нам приедет в конце недели?

– Понятия не имею. Давай выкладывай. – Помнишь Мэри Грейс?

– Мэри Грейс! – воскликнула я. – И как она? Чем занимается?

– Она расскажет, когда приедет.

– Прекрасно!

– Я так и думала, что это доставит тебе удовольствие, – мама как-то таинственно улыбнулась, и я почувствовала какой-то подвох.

Наконец она произнесла:

– Возможно, ее брат приедет вместе с ней. Майор Доррингтон. У него небольшой отпуск, и, если он приедет, мы будем только рады ему.

Надо сказать, я почувствовала себя неловко. Ричард Доррингтон когда-то был увлечен мной и даже предложил выйти за него замуж. Но я полюбила Джоуэна, и с тех пор мы с Ричардом не встречались. Мои родители видели в нем потенциального мужа для меня и, подобно всем родителям, желали, чтобы их дочь удачно вышла замуж. А Ричард Доррингтон был, по их мнению, самым достойным. После приключений Дорабеллы они надеялись, что хоть у меня все будет нормально.

Я всегда угадывала мамины мысли. Она надеялась, что мы с Ричардом возобновим наши отношения. Ведь она не верит, что Джоуэн вернется.

Однако я с удовольствием увиделась бы с Мэри Грейс. Я помню, как еще в дни нашей юности она нарисовала наши с сестрой миниатюрные портреты. Мы с Дорабеллой обменялись миниатюрами и никогда не расставались с ними. Кстати, благодаря этой работе Мэри стала получать и другие заказы.

Неделя подходила к концу, но мы так и не знали, приедет ли Ричард. Было известно, что ему дали увольнительную, но ведь ее могли и аннулировать в самый последний момент..

Лондонский поезд прибыл вовремя, из вагона вышли Мэри Грейс с братом. Высокий, стройный, Ричард великолепно выглядел в военной форме. Он взял меня за руку и взволнованно произнес:

– Как удивительно снова видеть тебя, Виолетта!

Вечером мы долго сидели за обеденным столом: нам так о многом хотелось поговорить. Конечно, мужчины говорили о войне.

– С Перл-Харбора все изменилось, – заметил Ричард. – Даже пессимисты не сомневаются, что мы победим.

– Гитлеру приходится нелегко, – согласился отец.

– Он совершил большую ошибку, начав войну на два фронта. Ясно, что Россию ему так легко не победить. Он решил, что пройдет там так же, как по Бельгии, Голландии и Франции. Ему следовало бы более тщательно обдумать свои шаги. К счастью, он этого не сделал.