На берегу сердца
Шрифт:
Она была под наркотой, поэтому связно ответить на такое заманчивое предложение не смогла и он решил здесь закончить сам. Пристроившись к ней сзади он вставил член ей в попку смазав его специальным составом. Погружаясь в неё до упора, он начал интенсивно скользить, но из-за своего огромного живота не видел этого возбуждающего зрелища.
Судороги удовольствия разлились по его телу когда он понял, что сейчас кончит и резко вытащив член повернул её лицом к себе изливая своё семя ей на волосы.
— Чувак, кто тебе звонил? Ночь вообще-то, — заходя в спальню спросил Кевин.
— Из какой-то больницы. Мила в аварию попала, — сказал он, отключаясь от наслаждения.
— В аварию? Ты же говорил, что она улетела на рабочую фотосессию, к какому-то богатому клиенту, — произнёс Кевин, равняясь с Роджером в одну линии и подставляя свой член к губам рыжой шлюхи.
— Ох, да, глубже, — с трудом дыша прохрипел Роджер, видя как шлюха заглатывает член друга, — Я не знаю, что там за авария, но надо лететь.
— Эх, жалко наша вечеринка не может длиться вечно, — похлопав его по плечу, сказал Кевин.
— Ну она бы всё равно завтра закончилась, а теперь ещё и мне надо за ней лететь. Ненавижу самолеты, особенно без допинга, — улыбаясь сказал он.
— Ладно, давай уже закончим здесь. Слишком много разговоров, — сказал Кевин подзывая к себе оставшихся девушек.
По очереди отымев ещё двух вызванных шлюх, они совершенно изможденные уснули на полу.
Глава 23
МИЛА
На её дикие крики пришел доктор, медсестра и ещё как минимум пять санитаров. Они подумали, что у неё невыносимые боли в теле, но боли были в душе. Её разрывало на части от понимая, что она может больше никогда не увидеть Джея.
— Дорогая, всё хорошо, я рядом. Сейчас тебе введут обезболивающее, — пытался её успокоить Роджер.
— Не надо, я хочу чтобы все вышли кроме доктора, — придя в себя, всхлипывая сказала Мила.
Испуганные врачи после одобрительного кивка главного доктора, покинули палату.
— И ты тоже, — сказала она, посмотрев на Роджера.
— Но я… — не дав ему договорить, жестом руки она обозначила, что не потерпит возражений. И Роджер, как побитая собака вышел за дверь.
— Мила, давайте я хотя бы вам представлюсь, для приличия. Меня зовут доктор Алтан, вы к нам поступили через два часа после серьезнейшей аварии. Ваш кабриолет мог превратится в гроб, если бы водитель вовремя не среагировал, — начал свой рассказ доктор, которой был под два метра ростом, с густой шевелюрой, цвета вороньего крыла. На вид ему было около сорока лет и как у большинства врачей, у него были очки круглой оправы.
— И поэтому он в коме? — нахмурив брови и всё ещё вытирая слёзы, сказала Мила.
— Скажите спасибо, что в коме, а не на том свете.
— Какие у него шансы?
— Несмотря на черепно-мозговую травму, перелом двух ребер и повреждения печени с почками, шансы весьма не плохие.
— Господи, но он же не останется инвалидом?
— Покажет только время и его желание жить.
— А можно мне к нему? — спросила Мила, пытаясь встать.
— Вы не заметили, что у вас нога в гипсе? Как вы собрались ходить, милочка?
— Я нормально себя чувствую. Снимите с меня эту штуку и отведите к Джею.
— Давайте я здесь буду решать, что снимать и куда вас вести. У вас вообще-то перелом коленной чашечки и различные повреждения внутренних органов. Вы были без сознания пять дней, а это вам не шутки. Так что лежите и восстанавливайтесь. Успеете ещё находиться, — сказал доктор, явно недовольный её прытью.
Мила закрыла глаза, приводя свое дыхание в норму.
— Когда я смогу встать? — спросила она с надеждой.
— Если все процессы будут протекать как положенно, то поставить вас на костыли мы сможем за неделю, а там и до выписки недалеко, — сказал он, направляясь к двери.
— Доктор, одна просьба.
— Позвать мужа?
— Сообщайте мне о любых изменениях в состоянии Джея и при первой возможности отведите к нему.
— Хорошо, мадам Крауф, — с ухмылкой посмотрел он на неё и вышел из палаты.
Мила знала, что сейчас зайдёт Роджер. Ей стало его жалко, ведь он пролежал на этом маленьком диване все эти дни, с надеждой, что она очнется. Прилетел за ней, боясь самолетов как огня.
— Я зайду? — приоткрыв дверь, он нерешительно заглянул внутрь.
— Да, конечно, прости.
— Не извиняйся. Я так за тебя переживал, ты даже не представляешь, что я испытал за эти дни. Уже не надеялся, что ты придешь в себя, — сказал муж, подходя к ней и беря за руку.
— Я должна тебе кое-что сказать, — она хотела признаться, что встретила другого мужчину и влюбилась без памяти.
Может быть не надо этого делать, но её сердце кричало о своих чувствах слишком громко. Только на пороге смерти, мы понимаем, что чувствовали на самом деле. Всё нутро оголяется, позволяя заглянуть в самое основание. Познать суть. Правду. И узнав её, мы понимаем, что это навсегда изменит нашу жизнь, какой бы не был финал.
— Тебе нужно отдыхать, — поднося указательный палец к её губам, сказал Роджер.
— Это не просто клиент, — затаив дыхание начала Мила, но Роджер её прервал.
— Я знаю, это богатый клиент и если он придет в себя, то может тебя засудить, непонятно за что, но я так думаю, за несоблюдение различных мер безопасности при съёмке и…
— Я люблю его.
Вот так просто, перебив своего мужа, Мила произнесла вслух то, что было у неё на душе. Это оказалось так просто и так логично. Иначе и быть не могло.
Она как-будто уже видела эту сцену своей жизни, где признается мужу в любви к другому мужчине.
— У тебя была травма головы, наверное ты не в себе.
— Нет, Роджер, с моей головой всё в порядке, — сказала она, посмотрев на него со всей своей добротой, на которую она была способна, вспоминая всё хорошее, что у них было за годы отношений.
— Давай ты поспишь, а потом поговорим, — сказал он, попятившись назад от её кровати и нервно поглаживая свои волосы на голове.
— Роджер, я уже проснулась и готова к новой жизни.