Чтение онлайн

– - Нет, товарищ полковник, не докладывал.

– - Командир полка был на СКП, когда вы вылетали?

– - Так точно!

– - А вы и словом не заикнулись о баках?

– - Нет, товарищ полковник. Не хотел, чтобы меня завернули.

– - И про помпаж не докладывали?

– - Не докладывал. В этом не было нужды.

– - А подготовку к боевому дежурству проходили?

– - Так точно!

– - Кто конкретно проводил с вами подготовку?

– - Сам командир полка.

– - Он напоминал вам о том, что необходимо сообщать об отрыве подвесных баков?

– - Не помню. Кажется, нет, но при каждой аварийной ситуации... Да ведь это известно любому летчику.

– - Ага, значит, о подвесных баках речи не было?
– - уцепился за эту фразу начштаба.

Телюкова начинали раздражать эти наивные наводящие вопросы.

– - А чего бы мы о них говорили? Сколько служу в полку, не знаю случая, чтобы подвесные баки сорвало.

– - Вот так оно и получается: давно гром не гремел, забыли, когда перекреститься надо.

– - Ничего мы не забыли, товарищ полковник! И если искать виновника, то это именно я. Заслуживаю -- судите. Только я почти уверен, что сбил нарушителя границы.

– - Почти!
– - съязвил начальник штаба.
– - В военном деле слово "почти" -- пустоцвет.

– - Я точно взял самолет в прицел, вот так, -- Телюков показал на пальцах.

– - Да, но кто докажет, что вы сбили бомбардировщик? Спикировал? Да ведь неизвестно, упал он или попросту ушел. А вот свой самолет погубили -- это уже факт. И терять свои самолеты для того лишь, чтобы прогнать нарушителя границы, -- это, знаете, далеко не подвиг. Вам определенно придется отвечать. Перед трибуналом. Понимаете?

Телюков промолчал.

– - У меня складывается такое впечатление, -- сказал после паузы Вознесенский, -- будто вы боитесь сказать что-либо против командира полка. Например, о недостатках в подготовке дежурных экипажей. Прошу говорить открыто и честно. Замалчивание не облегчит ваше положение.

– - Я, товарищ полковник, сказал все честно. Ну, кто же, кроме меня, виноват в том, что я не доложил о баках? Никто. Я без разрешения погнался за искусственным спутником -- тоже факт! Ошибся, но поступил так, как подсказывала мне совесть. А что бы вы сейчас мне сказали, если б я, заметив чужой самолет, не атаковал его?

Полковнику явно не нравились ответы летчика.

– - А скажите, капитан, это правда, что командир полка перехватил у вас любимую девушку?

Телюкову кровь бросилась в лицо, и он жгуче покраснел.

– - Это ложь, товарищ полковник.

– - А я слыхал, что...

– - Подполковник Поддубный женился на девушке, которую я любил. Это правда. Но при чем тут "перехватил"? Она сама этого пожелала.

– - Так, так... Ну ладно, -- начштаба поднялся, явно неудовлетворенный беседой.
– - Можете быть свободны, капитан. Возможно, с вами пожелает побеседовать начальник политотдела, зайдите к нему.

– - Есть, зайти!

– - А ко мне пришлите техника Гречку.

– - Есть, прислать.

У начальника политотдела полковника Горяева происходило какое-то совещание, и он попросил Телюкова подождать некоторое время.

"Начинается мое хождение по начальству", -- с горечью подумал Телюков, притворив за собой дверь кабинета.

По коридору, постукивая тоненькими каблучками, неслась худощавая дамочка с лисицей, накинутой на плечи, и сигаретой во рту. Поравнявшись с Телюковым, она вдруг остановилась, вскинула на лоб шнурочки бровей и с любопытством спросила:

– - Простите, так это вы будете Телюков?

– - Я. А что?

– - Ничего. Просто так. Интересно.

– - А-а...

Дробно стуча каблучками, дамочка скрылась за дверью, обитой жестью. "Машинистка или секретарша", -- подумал Телюков. Через минуту она снова появилась в коридоре.

– - Простите, -- остановил ее Телюков.
– - А вы откуда меня знаете?

– - Слышала, что прибыли. А несколько дней назад документы на вас оформляла в Москву. Вы действительно собираетесь в космос? И не страшно в ракете?

– - Может быть, вы полетите со мной?

– - О, что вы!
– - ужаснулась дамочка.

– - Будем космонавтиков разводить где-нибудь там, на Луне или на Марсе.

– - Да будет вам, шутник вы этакий!
– - она погрозила ему пальчиком и понеслась дальше.

Прошло минут пять, и совещание у начальника политотдела окончилось.

Выпроводив всех присутствующих, полковник Горяев пригласил к себе Телюкова.

– - Живы-здоровы, капитан?

– - Как видите, товарищ полковник!

– - Хорошо, это очень хорошо!
– - полковник пожал летчику руку.

Телюков всего лишь два раза встречался с полковником Горяевым, не знал, что это ха человек, и до сих пор уважал его за то, что тот носил на груди летный знак с единицей. Теперь, кроме этого, он еще почувствовал в начальнике человека приветливого и душевного, с которым можно говорить вполне откровенно.

– - Скажите, капитан, вы сбросили подвесные баки?

– - Нет, они сами сорвались. Только я не доложил об этом, как надлежало сделать: боялся, что меня вернут.

– - Я, между прочим, так и подумал. Расчеты показали, что вы либо сбросили подвесные баки, либо их сорвало. И вот еще что. Анализ наблюдений оператора дает основания считать, что бомбардировщик упал в море. Я слежу за газетами: вот-вот должно быть американское либо еще чье-нибудь сообщение, что, мол, такого-то числа, в таком-то часу, при таких-то координатах заблудился... и так далее.

– - Я тоже думаю, что сбил, -- повеселел Телюков.
– - Прицел был точным, огонь залповым... К сожалению, пока это лишь догадки. А тем временем полковник Вознесенский угрожает мне трибуналом. Судить, говорит, будем.

– - Судить? За что?

– - Нарушил правила. Не доложил о баках и, кроме того, погнался за искусственным спутником Земли.

– - За искусственным?

– - Ну да. Принял его за недобитый мною самолет.

Полковник Горяев громко расхохотался. Его густые черные брови забавно подергивались на широком, открытом лбу.

– - Узнаю подлинного летчика-перехватчика! За спутником, значит?.. Уморили, батенька! Здорово! Да вы просто герой! Нет, судить мы вас не дадим!
– - он хлопнул рукой по столу.
– - Не позволим! Горой встану за вас. Даже если подтверждения не будет.
– - Он вздохнул.
– - А вот за нарушение летных правил... Тут уж, пожалуй, придется наложить на вас взыскание. Нельзя же так, капитан! И в дальнейшем прошу вас хорошенько помнить: правило есть правило. Нарушили его -- накажут, а иначе, помилуйте, что ж это получается? Конечно, я понимаю: вас и без того покарала буря. Да и подняли-то вас -- ого при какой погоде! Нет, судить не будем, а предупредить -- предупредим, хотя вы имеете одного сбитого на счету. Вы отличный летчик, и тем паче не к лицу вам нарушать летные правила.