Чтение онлайн

Рейхсминистр выпил, закурил сигару, откинулся на мягкую спинку кресла и блаженно закатил глаза. Тон его поменялся, линии лица выровнялись. Теперь он заговорил совсем другим голосом, глядя на смиренно сидящего инженера:

– Эдвард, понимаю, что злитесь на меня. Якобы я запорол ваш проект и не дал водворить в жизнь вашу мечту. Так?

– Господин рейхсминистр, вы же сами мне одобрили план и разрешили делать заказы на заводы! Чтобы теперь, после месяцев работы, закрыть проект с достаточно внушительными затратами? Простите, я не понимаю этого.

– Одобрил. Да. Если бы не болезнь фюрера под названием «гигантизм», не его лояльность к военным специалистам и грандиозным проектам, я бы сразу высказал свое отрицательное мнение об этом утопическом варианте. Профессор, ну, согласитесь, это абсурд?! Малоподвижный огромный танк, привлекающий авиацию и дальнобойную артиллерию противника, сразу станет мишенью номер один. Вы должны прекрасно понимать этот нюанс. А вложить кучу денег, времени и ресурсов в легкодоступную мишень для русских, чтобы потом слышать их ржание в окопах после мгновенного уничтожения самого дорогостоящего проекта Германии – это, знаете ли, Эдвард, больно и стыдно.

– Разрешите, господин… – начал было бледный унылый Гротте, но рейхсминистр его прервал.

– … Молчите, профессор! Я знаю наперед все, что вы скажете. Послушайте меня. Дескать, да, обладая малой подвижностью вследствие больших размеров и сравнительно низкой удельной мощности, а также мощной броней и огромным весом, «Крыса» была бы неуязвима для противотанковых мин и настильного огня артиллерийских орудий… ну, кроме сухопутной артиллерии особой мощности. Однако стала бы доступна, как отметил фюрер, для сверхдальней бомбардировочной авиации. Транспортировка сверхтяжелого танка не поддается здравому мышлению и выглядит каким-то казусом. Судите сами… Доставка «Крысы» к полю боя может быть осуществлена только при длительной предварительной инженерной подготовке местности. Сам танк ввиду высокой заметности и невозможности адекватной маскировки при любой остановке превращался бы в мишень для гаубичной артиллерии, поражающей его слабозащищенную верхнюю часть. Или оказался бы легко выведен из строя, а то и захвачен любой достаточно подготовленной диверсионной группой Советов, и тогда бы он мог превратиться в довольно сложного противника для своих создателей.

Немаловажен и тот факт, что боекомплект в любом танке крайне ограничен, поэтому, несмотря на довольно мощные орудия «Крысы», их применение вряд ли бы могло отличаться по эффективности от куда более легких танков. Стоит, конечно, отметить, что при таком грозном артиллерийском вооружении танк «Крыса» мог бы бороться в качестве подвижного форта береговой обороны даже с морскими крейсерами и линкорами противника на Балтике. Например, в районе Пиллау. Но наши береговые батареи там и так сильны, чтобы дополнить их дорогущей «Крысой».

Ещё стоит отметить, что такие преграды, как многоэтажные постройки и водные препятствия, этот танк не способен преодолеть самостоятельно. Ни один мост Германии и Восточной Пруссии просто не способен выдержать такую массу танка. Эдвард, я помню ваш доклад и чертежи и то, что вы со своими инженерами разработали специальное оборудование и системы, обеспечивающие форсирование водных преград вброд. Но тогда бы пришлось производить корпус по корабельным технологиям, характерным для производства подводных лодок. Фюрер задумал такой проект, готов вызвать вас в ближайшее время, но про «Крысу» как реальное воплощение «чудо-оружия» нужно забыть.

Шпеер положил сигару в пепельницу, выудил изо рта крупинку табака, внимательно посмотрел на Гротте, не смеющего глядеть прямо в глаза своего шефа, и продолжил:

– Тем более слабым местом в танке «Крыса» являются трансмиссия и ходовая часть. Лучшим инженерам Германии так и не удалось разработать даже принципиальной схемы ни трансмиссии, ни ходовой части. Некоторые специалисты, например, тот же Книпкампф, считают этот фактор едва ли не главным в числе общих причин провала проекта.

Одним словом, танк «Крыса» просто химера и несбыточный проект «оружия возмездия» и других грез фюрера и всего Третьего рейха.

При этих словах Шпеер глубоко задумался, уставившись в одну точку на столике, а Гротте нахмурил лоб, почти поборов дрожь в подбородке. Если сам рейхсминистр вооружения Великой Германии заговорил об абсурдности и несбыточности грез своего покровителя, то о каких масштабных или футуристических проектах вообще можно было задумываться!

– Господин рейхсминистр, скажите, у нас теперь вообще не будет разрабатываться никакой более-менее значимой бронетехники?

– А чем вам плохи «Тигры»? – Шпеер вырвался из хаоса мыслей и продолжил курить. – Про разработку «Пантер» и «Фердинанда» вы уже знаете. Ими занимается Порше. Можно сказать, вполне удачно, хотя мне и не нравится идея дизельного двигателя воздушного охлаждения. Эти долгосрочные эксперименты с дизелями не нужны Германии, некогда мусолить из пустого в порожнее то, что заведомо утопично. Необходимо использовать авиационный двигатель фирмы «Даймлер-Бенц АГ». Только это спасет в короткий срок качество новой техники!

– Но вся эта бронетехника не идет ни в какое сравнение с монстрами, задуманными фюрером и мною… гм… и вами! Я слышал про новый проект Порше, – позволил себе заикнуться Гротте, жадно гипнотизируя бутылку с французским коньяком, – но это же не танк. Это САУ?

– Так и есть, Эдвард. Но не совсем САУ. Месяц назад Порше продемонстрировал фюреру проект нового танка, точнее сказать, уже его модель, потому что чертежи и идею проекта создания «Мышонка» профессор изложил еще прошлым летом. В нем мне тоже не понравилась затея с дизелем и электромагнитной коробкой передач, я обязал Порше искать иные способы трансмиссии и двигателя. А сейчас в Берлине мы смогли лицезреть деревянную модель «Мышонка», которая понравилась Гитлеру, за одним исключением – 128-мм пушка на этом гиганте выглядит детской шалостью, поэтому фюрер настаивает на 150-мм орудии, спаренном с 75-мм пулеметом. Вы же знаете фюрера, он страдает тягой ко всему масштабному! На днях я отправляю в Штутгарт своих спецов из Управления вооружений, чтобы оформить заказы на производство отдельных узлов будущего «мастодонта». Там и ваш родной концерн «Крупп» завязан по башне и корпусу, и «Сименс» по электрооборудованию. Вся ходовая часть будет изготавливаться на «Шкоде», ну а общая сборка – на «Алкетте». Фюрер стопроцентно одобрил проект и отдал все необходимые распоряжения.

– «Мышонок»?! Его вес и размеры, огневая мощь и броня выглядят детским лепетом рядом с «Крысой», – промямлил Гротте, ощутив прилив крови в висках.

– Господи, профессор! – Шпеер дернулся в кресле, перекинул ногу за ногу, стал снова наливать коньяк. Себе плеснул и инженеру-конструктору тоже. – Ну, хватит уже про свои мечты! Хватит, Эдвард. В металл мы ее возводить не будем – это уже точно и безоговорочно.

– А что, есть вариант не в металле? – инженер ехидно хмыкнул, вскинул брови, нахмурил лоб, приняв от партийного босса бокал.

– Есть. Фюрер же намекнул там, в зале, про запасной вариант, предложенный ему Гиммлером. Рейхсфюрер мастак на всевозможные придумки и способы нагадить Советам, особенно их контрразведке. Вот и затеял очередную авантюру, способную, по его утверждениям, не только нанести приличный урон противнику, но и окупить все затраты, связанные с полугодовой разработкой проекта «Крыса».

Гротте посмотрел на рейхсминистра как на умалишенного, даже попытался улыбнуться, но его рот издал только скептический сарказм:

– Что же это за вариант такой, придуманный СС? Сбросить «Крысу» с неба прямо на здание русского НКВД и голову Сталина?

Шпеер разразился диким хохотом, поперхнулся дымом сигары, отчего покраснел и расслабил ворот сорочки.

– Профессор, а вы не такой, каким кажетесь! Умеете ляпнуть в точку. Только Сталин не сидит в НКВД, там его зам правит. Берия, – Шпеер стал серьезным и внимательно посмотрел на собеседника, – думаете, зачем к вам прилепили этого Штоффе? А для чего присутствующие здесь гауляйтер Кох и местный владелец пастбищ Вейс? Гудериан и Геринг. Еще не понимаете смысла? Вижу, что нет.