На прицеле
Шрифт:
— Как пожелаете, — Наум наполнил только свой стакан. — Хотя, признаться, надеялся на менее формальную беседу. Все-таки не каждый день ко мне заглядывает такой… известный гость.
В его голосе появились едва уловимые нотки иронии. Он явно наслаждался ситуацией, играл с ней, как кошка с мышью. Вот только Северский не собирался быть мышью в этой игре.
— Вы правы, встреча неформальная, — Дмитрий позволил себе легкую улыбку. — Просто дружеский визит. Говорят, вы умеете решать проблемы. А у меня как раз есть несколько интересных вопросов.
— О, я польщен вашим вниманием, — Наум сделал глоток виски, смакуя напиток. — Действительно, стараюсь помогать людям в решении их затруднений. Исключительно законными методами, разумеется.
Последние слова он произнес с особым ударением, словно подчеркивая их важность. В воздухе повисло напряжение — оба понимали, что за этими фразами скрывается нечто большее, чем просто светская беседа.
Дмитрий откинулся на спинку дивана, демонстративно расслабляясь. Его поза говорила об уверенности и отсутствии страха — качествах, которые Наум явно не привык видеть в своих собеседниках. Это была своеобразная дуэль — каждый жест, каждое слово имели значение.
— Я здесь не просто так, — продолжил Северский. — За последние месяцы в вашем городе произошло несколько событий, которые кажутся мне… связанными.
В глазах Наума мелькнул опасный огонек. Он медленно поставил стакан на стол, не сводя взгляда с собеседника.
— О чем именно вы говорите, Дмитрий Александрович? — произнес он с деланным спокойствием, но в голосе уже слышались стальные нотки.
— О трех трупах в морге, — Северский подался вперед. — Один из которых мой коллега Пронин Валерий Степанович. Остальные два — Савельев и Лебедев — ваши бывшие конкуренты. Интересное совпадение, не находите?
— Случайности случаются, — пожал плечами Наум. — Хотя, конечно, печально слышать о таких… происшествиях.
Северский откинулся в кресле, внимательно наблюдая за реакцией собеседника. Его натренированный годами следственной работы взгляд подмечал малейшие изменения в мимике и позе Наума.
— Вы знаете, что интересно? — продолжил следователь. — Все три убийства выполнены профессионально. Чисто. Без свидетелей. Точные выстрелы, никаких следов, идеальный расчет времени. Работа настоящего мастера.
Наум молчал, но его пальцы чуть сильнее сжали подлокотники кресла. Этот жест не укрылся от внимательного взгляда Северского.
— И что еще любопытнее — после каждого убийства определенные активы переходили под контроль вашей компании. Будто кто-то методично расчищал вам путь.
— Намекаете на что-то конкретное, Дмитрий Александрович? — голос Наума стал жестче, в нем появились металлические нотки.
— Пока только размышляю вслух, — Северский позволил себе легкую улыбку. — Знаете, в нашей работе важно замечать такие… совпадения. Они часто складываются в интересную картину.
Наум поднялся из-за стола и неторопливо подошел к окну. Отодвинув тяжелую штору, он некоторое время смотрел на город, раскинувшийся внизу. Вечерние огни уже начинали загораться в окнах домов, придавая пейзажу особую атмосферу.
— Дмитрий Александрович, — наконец произнес он, не оборачиваясь, — в бизнесе, как и в вашей работе, важно уметь видеть картину целиком. Иногда то, что кажется очевидным на первый взгляд, при ближайшем рассмотрении оказывается совсем другим.
— Не сомневаюсь, — кивнул Северский. — Особенно когда речь идет о таких… деликатных материях.
Наум резко развернулся, его глаза сверкнули:
— К чему эти намеки? Если у вас есть конкретные обвинения — озвучивайте. Если нет — давайте не будем тратить время друг друга.
— Пока нет, — спокойно ответил следователь. — Но вы же понимаете, что три трупа — это серьезно. И все они так или иначе связаны с вами.
— Связаны со мной? — Наум вернулся к столу и налил себе еще виски. — В нашем городе практически все так или иначе связаны друг с другом. Особенно в определенных кругах.
— Случайный киллер и точные выстрелы, — продолжил Северский, словно не замечая реплики собеседника. — Выстрелы, которые убрали конкурентов с дороги, освободив поле для маневров. Полем вы, кстати, уже частично воспользовались.
Наум напрягся. Слова Севера попали в цель — они оба это понимали. Ситуация действительно становилась опасной, балансируя на грани открытого конфликта.
— У вас богатое воображение, Дмитрий Александрович, — процедил Наум сквозь зубы. — Но знаете, что меня действительно интересует? Почему именно сейчас? Почему вы пришли ко мне с этими… предположениями?
Северский выдержал паузу, внимательно глядя на собеседника:
— Потому что один из убитых был моим коллегой. И я намерен найти того, кто за этим стоит.
— Благородная цель, — усмехнулся Наум. — Но позвольте дать вам совет: иногда лучше не копать слишком глубоко. Можно найти то, что не предназначалось для ваших глаз.
Воздух в комнате, казалось, сгустился еще больше. Каждое слово, каждый жест были наполнены скрытым смыслом. Они оба понимали, что за внешней любезностью скрывается смертельно опасная игра.
В этот момент тишину нарушил звук открывающейся двери. На пороге появилась женская фигура, и оба мужчины повернули головы в её сторону.
Глава 7
Северский почувствовал, как земля уходит из-под ног. Двенадцать лет. Двенадцать долгих лет он считал её пропавшей, винил себя за то, что не смог защитить, не успел спасти. И вот она здесь — живая, невероятно красивая, и совершенно чужая.
Чёрное платье идеально облегало её фигуру, подчеркивая каждый изгиб. Открытая спина украшена золотой змеей — украшением, спускающимся до поясницы. Высокие каблуки делали её походку грациозной, хищной. Она изменилась — исчезла та нежная, немного наивная девушка, которую он помнил. Перед ним стояла уверенная в себе женщина, опасная и притягательная.
Настя застыла на пороге, её пальцы чуть заметно дрожали, сжимая клатч. Годы тренировок по контролю над эмоциями, бесчисленные часы работы над своей маской невозмутимости — все рассыпалось в прах от одного только взгляда на него. Дмитрий. Живой. Здесь.
«Мы убежим, малышка, я так люблю тебя!»
«Я ради вас горы сверну!»
«Я буду любить тебя всю жизнь!»