Чтение онлайн

— С какой целью ты здесь? — ей нужно было узнать причину, не для Наума для себя.

— Убит мой коллега — я веду это дело, — сухо и официально произнес Северский.

Настя усмехнулась. Как все просто — расследование дела убитого следователя, но только такая банальность майора Северского бы не привлекла. Он что-то накопал… или у него есть своя версия, которую он будет раскручивать.

— Зачем ты остался? — спросила она наконец, уходя от официоза разговора. Вопрос, мучивший её с момента пробуждения, наконец вырвался наружу.

Дмитрий повернулся к ней, его взгляд стал острым, пронизывающим:

— А зачем ты меня впустила?

Они смотрели друг на друга, понимая, что за этими простыми вопросами кроется гораздо больше. Годы разлуки, несбывшиеся мечты, предательство, боль — всё это застыло между ними невидимой стеной.

— Я должен был убедиться, — наконец произнёс он.

— В чём?

— В том, что ты всё ещё там, — его голос стал тише. — Под всей этой маской, которую ты носишь. Настоящая ты.

Эти слова задели что-то глубоко внутри неё. Настя почувствовала, как к горлу подступает комок. Сколько раз она задавалась вопросом — осталось ли что-то от той девушки, которой она была когда-то? Той, что верила в любовь, справедливость и счастливые концы?

— Ты ведь знаешь, что я не могу просто закрыть глаза на всё это, — тихо произнёс Дмитрий после долгой паузы — Я Майор юстиции Следственного комитета Северский Дмитрий Александрович.

— Анастасия Станиславовна Швец, — в тон ему ответила она. — Девушка Наума. Думаю, ты и сам знаешь, кто он такой.

— И как давно ты… — он замялся, подбирая слова.

— С ним? — Настя закончила за него. — Достаточно, чтобы знать все его привычки.

В её голосе промелькнула какая-то странная нотка, которую Дмитрий не смог разгадать. Гордость? Сожаление? Или просто хорошо отрепетированная роль?

— Ты понимаешь, что я должен буду…

— Использовать информацию против меня? — она перебила его. — Конечно. Это твоя работа. Как и моя — хранить секреты Наума. Я знаю, что ты не остановишься, пока не доберёшься до правды.

— До Призрака, — уточнил Север. — Найду его — и вся империя Наума рухнет. Никто не знает, кто он. Даже в криминальных кругах ходят только слухи и догадки.

Настя отвернулась к окну, пряча глаза. Если бы он только знал, как близко сейчас находится к разгадке. Как опасно близко. И наконец Север сказал причину своего присутствия в Вольске. Не из-за дела Пронина, не только из-за него, её Дима четко знал, что те убийства, что он связал в одно дело совершены одним человеком. И именно этого человека он ищет. Её.

— Может, никакого Призрака нет? — произнесла Настя. — Может, это просто удобная легенда?

— Нет, — покачал головой Север. — Призрак существует. И знаешь, что я думаю? Это кто-то из ближайшего окружения Наума. Кто-то, кому он полностью доверяет.

Дмитрий встал с кровати и подошел к Насте, остановившись в паре шагов позади неё. В окне отражались их силуэты — два человека, когда-то близких, а теперь разделённых пропастью тайн и обязательств.

— Думаешь, если раскроешь это дело, станешь героем? Нет, Дима. Ты просто станешь следующей целью, — она резко развернулась, и в её глазах блеснули слёзы.

Север замер, пораженный внезапной эмоциональностью её слов. В этот момент маска холодной красавицы слетела, обнажив настоящую Настю — ту, которую он знал когда-то.

— Почему ты так уверена? — тихо спросил он.

— Потому что я знаю, как это работает, — она устало провела рукой по лицу. — Знаю, что происходит с теми, кто слишком много узнаёт.

Настя оборвала себя на полуслове. Они смотрели друг на друга через невидимую стену профессиональных обязательств. Каждый понимал, что прошедшая ночь была лишь временным отступлением от правил, моментом слабости, который не должен повториться.

Каждая секунда молчания делала пропасть между ними всё глубже.

— Ты боишься не за меня, — вдруг понял он. — Ты боишься, что я узнаю правду о тебе.

— Я сделала выбор, — твёрдо сказала она. — Не самый лучший, возможно. Но он позволил мне выжить.

— И стать кем? — его голос стал жёстче. — Игрушкой бандита?

Настя вздрогнула, как от пощёчины. В глазах заблестели злые слёзы:

— Не тебе судить о том, кем я стала. Ты понятия не имеешь, через что мне пришлось пройти.

— Так расскажи, — он протянул руку, словно хотел коснуться её плеча, но остановился на полпути. — Помоги мне понять.

Она покачала головой:

— Зачем? Чтобы ты использовал это против меня? Против Наума?

— Чтобы помочь тебе выбраться из этого дерьма, — его голос смягчился.

— А если я не хочу выбираться? — она посмотрела ему прямо в глаза. — Если это моя жизнь, и я приняла её такой, какая она есть?

Дмитрий отстранился, его лицо снова стало непроницаемым:

— Тогда нам действительно больше нечего сказать друг другу.

Эти слова повисли в воздухе, тяжёлые, как свинец. Настя почувствовала, как что-то окончательно рвётся между ними — последняя тонкая нить, связывавшая их с прошлым.

Дмитрий внезапно подался вперед, его взгляд стал острым, пронизывающим. В его голове крутился ещё один вопрос, возможно, самый важный:

— Что случилось с ребёнком, Настя? — его голос прозвучал неожиданно хрипло.

Она побледнела, пальцы судорожно вцепились в простыню. Этот вопрос ударил больнее, чем все разговоры об убийствах и призраках.

— Не надо, — прошептала она. — Пожалуйста, не надо об этом.

Но Дмитрий уже не мог остановиться:

— Я имею право знать. Это был и мой ребёнок тоже.

Настя отвернулась к окну, её плечи едва заметно дрожали. Она знала, что этот момент настанет, но всё равно оказалась не готова.

Опустив голову, она медленно покачала ей из стороны в сторону. Не в силах произнести ни слова, не в силах встретиться с ним взглядом. В комнате повисла тяжелая, гнетущая тишина.

Дмитрий замер, словно окаменел. Его лицо исказилось от внезапной догадки, в глазах вспыхнула ярость. «Аборт», — пронеслось в его голове раскаленной иглой. Она избавилась от их ребенка. Желваки на его скулах заходили от едва сдерживаемого гнева.

Он стиснул зубы так сильно, что казалось, они вот-вот треснут. Внутри всё кипело от ярости и боли, но он не произнес ни слова.

Настя заметила его реакцию. Она видела, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих свою одежду, которую он медленно поднимал с пола, как напряглись мышцы на шее. Она понимала, что он думает, и от этого становилось еще больнее. Но разубеждать его… Стоит ли? Может, так даже лучше?

Север методично начал одеваться, избегая смотреть на Настю. Каждое его движение было наполнено сдерживаемой яростью — той самой, что копилась годами и теперь грозила вырваться наружу.