Чтение онлайн

Старостин взял папку и начал методично просматривать документы. Его лицо становилось все более хмурым по мере чтения.

— Дим, — наконец произнес он, — тут явно работали профессионалы. Васильев — идеальный козел отпущения. Молодой, без связей, без алиби. И главное — достаточно глупый, чтобы оставить столько следов.

— Нужен свежий взгляд, — кивнул Северский. — Я уже столько времени кручусь как белка в колесе, а все ниточки обрываются, не успев натянуться.

Старостин закрыл папку и положил её обратно на стол:

— Предлагаю начать с визита к нашему подозреваемому. Может, при повторном допросе он вспомнит что-то новое. Иногда люди становятся более разговорчивыми после нескольких дней в СИЗО.

Север кивнул и потянулся к телефону:

— Сейчас организую пропуск в СИЗО. Но, прежде чем мы поедем, есть еще кое-что, о чем ты должен знать.

Он достал из сейфа еще несколько увесистых папок и положил перед Старостиным:

— Это то, что я накопал. Три убийства за несколько месяцев: Лебедев, Пронин и Савельев. Плюс я проверил еще несколько «глухарей» и нашел несколько одинаковых моментов: чистое убийство — огнестрел, все погибшие так или иначе имели контакт с Наумом.

Старостин присвистнул:

— Наум? Тот самый криминальный авторитет? Думаешь, он причастен?

— Пока не уверен. Но минимум три убийства совершено, где косвенно всплывает его имя.

Старостин внимательно изучал фотографии из папки:

— А что связывало Пронина с Наумом?

— На первый взгляд — расследование дела смерти Лебедева. Но, — Север понизил голос, — за месяц до смерти он начал активно интересоваться портовыми складами. А это территория Савельева. Через месяц после смерти Пронина убивают и Савельева. Странное совпадение не находишь?

— А журналист Веденеев, — задумчиво произнес Старостин. — Который теперь пропал?

— Именно. Веденеев известен своими криминальными хрониками: расследованиями о коррупции и о разборках. Возможно, Пронин передал ему какие-то документы или информацию. Что-то настолько важное, что его пришлось убрать.

В кабинете повисла тяжелая тишина. Старостин встал и прошелся по комнате, разминая затекшие плечи.

— Знаешь, Север, — наконец сказал он, — умеешь ты вляпаться в дерьмо! А Настя твоя каким боком здесь?

Северский резко выпрямился в кресле:

— Надеюсь, что никаким. Но боюсь, что Наум втянул её в свои дела.

— Нужно действовать очень осторожно, — тихо произнес Старостин оглядываясь. — Давай начнем с Васильева. Возможно, он знает больше, чем говорит. А потом займемся поисками Веденеева. Журналист — наша единственная ниточка к правде.

Северский взял телефон:

— Сейчас позвоню начальнику СИЗО, предупрежу о нашем визите. И еще, Миша… — он помедлил. — Будь осторожен. Если Наум действительно замешан, он не остановится ни перед чем.

Старостин усмехнулся:

— Не в первый раз имею дело с такими людьми. Главное — найти правильные рычаги давления.

Они собрали документы и направились к выходу. День только начинался, но оба понимали, что он будет долгим и непростым. В коридоре их встретил молодой лейтенант с папкой документов:

— Товарищ майор, пропуска в СИЗО готовы. Машина ждет у входа.

Серые стены следственного изолятора встретили Северского и Старостина привычной гнетущей атмосферой. Лязг металлических дверей, эхом отражающийся от бетонных стен, сопровождал их путь до допросной комнаты. Александр Васильев уже ждал их там, нервно теребя рукав казенной робы.

— Добрый день, Александр Александрович, — спокойно начал Старостин, присаживаясь напротив задержанного. — Я следователь из центрального управления. Хотелось бы задать вам несколько вопросов.

Васильев поднял на него затравленный взгляд. За полтора месяца в СИЗО он заметно осунулся, под глазами залегли темные круги.

— Я уже все рассказал, — хрипло произнес он. — Зачем снова?

Северский, прислонившись к стене, наблюдал за реакциями подозреваемого. Что-то в поведении парня казалось ему неестественным, словно заученным.

— Расскажите еще раз, — мягко попросил Старостин. — Как вы оказались в квартире Пронина в тот вечер?

Васильев сглотнул, его пальцы начали выстукивать нервный ритм по столу:

— Меня попросили доставить пакет. Обычный заказ, ничего особенного. Я работаю… работал курьером в «Экспресс-доставке».

— Кто сделал заказ? — Старостин достал блокнот.

— Не знаю. Заказ пришел через приложение. Имя заказчика — Иванов Сергей. Обычное имя, таких половина России.

Северский подался вперед:

— А что было в пакете?

— Я не знаю! — Васильев почти выкрикнул эти слова. — Мы не имеем права проверять содержимое доставок. Я просто привез его по адресу, позвонил в дверь…

— И что произошло дальше? — Старостин внимательно следил за лицом задержанного.

— Пронин открыл дверь. Я протянул ему пакет, он взял его… — Васильев запнулся, его руки начали дрожать. — А потом… потом…

— Продолжайте, — подбодрил его Старостин.

— Я не помню! — Васильев схватился за голову. — Клянусь, не помню! Следующее, что я осознал — стою над его телом с пистолетом в руке. Кровь везде… И эти глаза… его мертвые глаза…

Северский и Старостин переглянулись. История звучала неправдоподобно, но страх Васильева казался искренним.

— Александр, — Старостин наклонился ближе, — вы когда-нибудь слышали имя Игорь Веденеев?

Реакция была мгновенной — Васильев вздрогнул и побледнел еще сильнее.

— Н-нет, — запинаясь, ответил он. — Кто это?

— Журналист, — пояснил Северский, внимательно наблюдая за реакцией задержанного. — Встречался с Прониным за неделю до убийства.

Васильев нервно облизнул губы:

— Я ничего не знаю о журналистах. Я просто курьер… был курьером.

— А имя Наум вам о чем-нибудь говорит? — неожиданно спросил Старостин.

На этот раз реакция была еще более явной — Васильев дернулся так, словно его ударили током.

— Нет! — выкрикнул он. — Я не знаю никакого Наума! Пожалуйста, я больше ничего не скажу. Мне нужен адвокат.

Старостин откинулся на спинку стула:

— Конечно, это ваше право. Но подумайте вот о чем, Александр: вас использовали. Сделали идеальным подозреваемым. Все улики указывают на вас, но вы даже не помните самого убийства. Не кажется ли вам это странным?