Чтение онлайн

— Иди ко мне, — хрипло произнес он, притягивая Карину ближе. В полумраке её глаза казались почти черными. В голове взорвалась мысль: «У Насти глаза серые», которая обожгла сознание, заставляя действовать еще более решительно, почти грубо.

Блузка Карины полетела на пол, следом за ней отправилась рубашка Дмитрия. Прохладный воздух квартиры коснулся разгоряченной кожи, но они едва ли замечали это. Поцелуи становились все более требовательными, прикосновения — все более откровенными. Его руки скользили по её телу, губы оставляли следы на шее, но мысли были далеко — в прошлом, где другая женщина точно так же отдавалась его ласкам.

Её пальцы скользнули к пряжке его ремня, ловко справляясь с застежкой. Северский прикрыл глаза, позволяя себе раствориться в ощущениях. Может быть, если не смотреть, станет легче забыть о настоящей причине этой встречи. Но даже сквозь закрытые веки он видел лицо Насти, её улыбку, когда они встретились в клубе «Нау».

Злость вновь накрыла его горячей волной. Он резко сел, удерживая Карину на коленях, и впился поцелуем в её шею. Девушка выгнулась, запрокидывая голову, её ногти впились в его плечи. Она что-то шептала — бессвязные слова, полные желания и нетерпения. Северский едва ли слышал их, полностью погруженный в свои мысли о мести.

В какой-то момент Карина попыталась перехватить инициативу, но он не позволил. Сегодня ему нужен был полный контроль — над ситуацией, над её телом, над собственными эмоциями. Он подхватил девушку на руки, направляясь в спальню. Каждый шаг отдавался глухим стуком сердца, каждый вздох казался оглушительным в тишине квартиры.

Спальня встретила их прохладой и полумраком. Северский опустил Карину на кровать, нависая над ней. В темноте её черты словно размывались, и на мгновение ему показалось, что под ним лежит совсем другая женщина. Эта иллюзия была настолько реальной, что он едва сдержал стон разочарования, когда Карина заговорила своим характерным низким голосом.

— Ты сегодня какой-то странный, — прошептала она, проводя ладонью по его груди. — Что-то случилось?

Вместо ответа он снова поцеловал её, не желая продолжать разговор. Слова были лишними в этом спектакле мести и желания. Руки Карины скользили по его телу, лаская и дразня, но Северский едва ли замечал эти прикосновения. Все его существо было сосредоточено на одной мысли — заставить Настю почувствовать боль, узнав о его связи с танцовщицей из клуба «Нау».

Простыни шуршали под их телами, словно осенние листья под порывами ветра. Комната наполнилась звуками тяжелого дыхания и приглушенных стонов. Карина полностью отдавалась моменту, но Северский оставался наблюдателем, словно смотрел кино про самого себя. Он механически выполнял все привычные движения, говорил нужные слова, но его разум был где-то далеко.

Время растянулось, как резина, превращая минуты в часы. Каждое прикосновение, каждый поцелуй казались бесконечными. Северский чувствовал, как напряжение нарастает в его теле, но это было чисто физическое ощущение, не затрагивающее душу. Он словно выполнял важную миссию, и каждое движение приближало его к цели — заставить Настю ревновать, страдать, чувствовать ту же боль, что испытывал он сам.

Внезапно Карина выгнулась дугой, впиваясь ногтями в его плечи. Её тихий стон эхом отразился от стен спальни. Северский почувствовал, как её тело содрогается в экстазе, но сам оставался странно отстраненным. Он наблюдал за её реакцией с холодным интересом исследователя, отмечая, как подрагивают её ресницы, как прерывисто вздымается грудь.

Простыни под ними сбились в комок, влажные от пота тела скользили друг по другу. Северский двигался механически, словно выполнял хорошо знакомый танец. Его руки блуждали по телу Карины, находя все чувствительные точки, но в этих прикосновениях не было настоящей страсти.

— Дима, — выдохнула Карина, обхватывая его бедра ногами. — Посмотри на меня.

Он открыл глаза, но взгляд его был направлен куда-то сквозь неё. В полумраке спальни её черты казались размытыми, нечеткими, и на мгновение ему показалось, что под ним лежит Настя. Эта мысль прошила его насквозь, заставляя действовать более агрессивно, почти грубо.

Время словно застыло в душной темноте спальни. Северский чувствовал, как напряжение нарастает в его теле, но это было чисто физическое ощущение, не затрагивающее душу. Он словно наблюдал за происходящим со стороны, отмечая каждую деталь: как капельки пота стекают по шее Карины, как её пальцы судорожно сжимают простыни, как прерывисто вырывается дыхание из приоткрытых губ.

В какой-то момент Карина попыталась перехватить инициативу, но он удержал её руки над головой, прижимая к подушке. Это был демонстративный жест доминирования, который обычно заводил их обоих, но сегодня в нем было что-то по-настоящему властное, почти пугающее.

— Дима, — снова позвала она, ей нравилась его игра с жесткого и властного любовника, это придавало остроту.

Он не ответил, только ускорил темп, словно пытаясь заглушить физической близостью тот ураган эмоций, который бушевал внутри. Перед глазами мелькали образы: Настя, смеющаяся двенадцать лет назад; Настя, в объятиях Наума; Настя, которая сейчас, возможно, лежит в постели того самого криминального авторитета.

Оргазм накрыл их внезапно и мощно: Дмитрия почти болезненно. отчего мужчина сдавленно застонал, и в этом звуке было больше разочарования, чем удовольствия, его тело содрогнулось несколько раз, а потом обмякло, придавливая Карину к матрасу. То Карину накрыла мощная волна экстаза, опустошив полностью, на секунду она потеряла связь с реальностью, перед глазами все поплыло, а тело словно провалилось куда-то в бездну. На несколько секунд в спальне повисла тяжелая тишина, нарушаемая только их тяжелым дыханием.

Северский медленно перекатился на спину, глядя в потолок невидящим взглядом. Физическая разрядка не принесла ожидаемого облегчения — наоборот, он чувствовал себя еще более опустошенным, чем раньше. План мести через постель внезапно показался ему мелким и недостойным, но отступать было уже поздно.

Карина повернулась на бок, подперев голову рукой, и внимательно посмотрела на Северского. В тусклом свете, проникающем сквозь неплотно задернутые шторы, его профиль казался высеченным из камня — такой же холодный и неприступный.

— Может, расскажешь, что случилось? — мягко спросила она, осторожно касаясь его плеча.

Северский дернулся от этого прикосновения, словно оно причиняло ему физическую боль. Он резко повернулся на другой бок, повернувшись в Карине спиной, показывая всем телом, что разговора по душам ей не стоит ждать.

Карина медленно выплыла из сна, чувствуя тепло чужого тела рядом. Сквозь полуприкрытые веки она разглядывала спальню следователя Северского, залитую мягким утренним светом. Тяжелые портьеры цвета графита лениво колыхались от легкого ветерка, проникающего через приоткрытое окно. Дорогая мебель из темного дерева, минималистичный дизайн — всё говорило о безупречном вкусе хозяина квартиры.

Она осторожно повернула голову, стараясь не потревожить спящего мужчину. Дмитрий Александрович лежал на спине, его правильные черты лица были расслаблены во сне, придавая ему почти мальчишеское выражение. Карина невольно залюбовалась им — сейчас, без привычной маски холодной сдержанности, он выглядел совсем иначе.

В голове пронеслись воспоминания о прошедшей ночи. Второй раз… Это был уже второй раз, когда следователь выбрал её своей ночной спутницей. Внутри разлилось приятное тепло — значит, первая встреча произвела на него впечатление. Наум будет доволен, очень доволен. План работал как часы.