Чтение онлайн

— Ну, да, похоже на пирамиду, — оценила Шень, смотря на один из горных пиков.

— И Элли тоже говорила про пирамиду, — заметил Денис.

Они шли по тропе, где когда-то явно ходили люди. Вдоль тропы находились какие-то обломки, через равные промежутки. Кое-где, на крутых подъемах, были вырублены в скале ступени. И ступени эти были сильно потёртые.

Вскоре на тропе стали попадаться языки снега. А потом они пошли уже прямо по снегу.

— Всё же интересно, — произнесла Райви, кинув взгляд назад, на цепочку следов на снегу. — С какого хрена альвы-то знают про это место?

— Не альвы, а мэллорны, — ответил Денис. — Кэллира сказала, что координаты таких мест передаются только… таким, как я.

— Да, а ты выяснил, сколько вас есть? — спросила Райви.

— Непосредственно с мэллорнами связывались четверо, — ответил Денис. — Но последним был я. Четыре с половиной тысячи лет назад. Как раз вот отсюда.

Он кивнул в сторону горы.

— Остальные координаты, имена и время были удалены, — продолжил парень. — Кайганом Иррэдином.

Некоторое время они шли молча. Поддувал ветер, который трепал полы плащей, высилась впереди гора. Тропа вела ко входу в пещеру, кстати.

— Кайган Иррэдин — это же Первый Вождь у иллири, — заговорила Шень.

— Он самый, — ответил Денис. — А Элли как-то… Или ты мне говорила, что у них этот вождь был не иллириец?

— Да, так и есть, — ответила Шень. — Они и не скрывают, что так было.

— Теперь мы знаем, как это получилось, — произнёс Денис. — А одни из координат с того иллирийского крейсера — это Карусима. Ну, а я теперь догадываюсь, откуда знаю китайский и хинди.

— Чёрт, а четыре тысячи лет — это же охренеть, как много, — задумчиво произнесла Райви. — То есть, ты тут, на Земле бегал, когда местные в шкурах рассекали?

— Райви, китайская история имеет пять тысяч лет до рождества, — иронично заметила Шень. — А вот то твоё имя, Денис… Сунь Бинь.

— Да, я тоже уже посмотрел, — поморщился Денис. — Но мало ли было Сунь Бинев?

— Судя по тому, что ты сейчас делаешь, — усмехнулась Шень. — Вряд ли ты и тогда тихо жил. Так что, скорее всего, это именно тот Сунь.

Они подошли к пещере. Шень достала небольшой прибор и, покрутив головой, сунула его между камней.

— Ну, что, посмотрим? — произнес Денис. — Насколько глубока эта кроличья нора?

27 декабря 4049 года по з.в.

48706.3.3.1 по стандартному времени Шин

Система Нара. Планета Карусима. Материк Ои. Замок Сайшо но Йосай

Когда Мари в первый раз пришла в покои Императора, она, совсем уже не девочка, два раза сильно удивилась. Первый, менее значительный — это то, что Император вполне себе спокойно живёт именно в покоях, а не в бункере под замком. Слухи оказались не точными. Бункер и в самом деле есть, только там не спальня Императора, а гораздо более ценный объект.

А вторым моментом, который сильно удивил Мари, было то, что её наставницу, Нокагэ Хайро, вообще-то зовут Омиками Хаой. И она являлась женой Императора.

В тот первый раз покои поразили её безлюдностью. Теперь она знала, что слуги работают только тогда, когда Император почивает. Повелитель… откровенно говоря, не любит общество. И морщится от проявлений почитания…

…Двери лифта открылись, выпуская Мари в длинный коридор. Двери, которые были в стенах этого коридора, вели в кабинеты Императоров. Именно Императоров, потому что первые две, крайние к лифту, вели в кабинеты Омиками Кана, первого Императора именно империи Шин. Остальные же были кабинетами второго Императора.

Именно это тогда сказала Омиками Хаой. И улыбнулась, видя недоумённое лицо подопечной. Рёджины, про которых рассказывала наставница, оказались не древними легендами…

… Текущий кабинет Императора располагался примерно посередине длины коридора. Дальше, как знала Мари, были абсолютно пустые комнаты. А по этому коридору могли ходить лишь четверо слуг, Император и мияку, синоби, которые подчиняются лично и только Императору. Все остальные, даже если смогут как-то проникнуть во дворец и активировать лифт, просто не смогут выйти на этом этаже. Для начала потому, что надо догадаться, что лифту никуда не нужно ехать, императорские покои прямо на первом этаже. Лифт нужно пройти насквозь.

Впрочем, можно обойти любую систему безопасности. Уж Мари это знала точно. И за историю Империи Шин в императорские покои проникали с десяток раз. И дважды даже убивали «узурпатора и тирана». Оба этих раза происходило предательство. Те, кто должны были охранять, один раз пропустили заговорщиков, второй раз сами ими были. Кстати, это были Сага. И эти даже знали про то, что находится под замком. С того самого бунта, нет более верных слуг Императора, чем клан Сага. Потому что можно сомневаться в Императоре, человеке. А вот в боге сомневаться… невозможно по определению. А после этого «лицом» Императора стал Сага Син. Глава клана Сага. Взявший тронное имя Омиками Итидзё — Император Чюсэси. Он всё-таки попал туда, куда так стремился…

Мари тоже не избежала сомнений. И она задавала Императору, как она думала, щекотливые вопросы. Например, про то, почему Император допускает происходящее в империи. Почему не приказывает синоби Сага навести порядок в клане Дзюнтоку, в других кланах, которые… отходят от смысла жизни киёньшина.

«Потому что, Мари, вы все обладаете правом выбирать. Я это за вас делать не буду. И Омиками Кан, и я, пробовали, получилось плохо.

Ты думаешь, такое происходит в первый раз? Даже Тагаё были не первыми. И не последними. Например, в их числе были Сага. Да-да, и они тысяч тридцать лет назад проходили этот неизбежный этап взросления.

То, что вам видится чем-то очень серьёзным, очень важным, несомненно, является таковым. Для вас. Ребенку его первые чувства к противоположному полу тоже видятся крайне важными. Так же, как первые победы и поражения, первое столкновение с несправедливостью. И для ребенка это очень важные периоды в жизни.

Почему я не уничтожил клана Сага, как Омиками Кан уничтожил клан Тагаё? Во-первых, Омиками Кан просто более жестокий… человек. А тогда, сразу после того, как он стал рёджином, он был еще более суров. Но со временем, когда и к нему пришло понимание суетности происходящего, и он стал смотреть на это иначе.

Пойми Мари. Для меня вы — дети. Это не унижение, это факт. То, что человек начинает понимать к старости, мной уже давно пройдено. Ты видишь в действиях тех же Сага — предательство. Я лишь заблуждение. Ты смотришь на действия Дзюнтоку, как на попытку перехвата власти, вот только, Мари, у меня нет этой власти. Той, которая нужна Дзюнтоку. У меня есть только образ Императора. Они же хотят не власти, а освобождения от ответственности…»

… Кабинет Императора был, наверное, раза в два меньше предыдущего. Да, Мари застала еще тот образ повелителя. Дзюнтоку Хоши — Омиками Хоши, Император Сэйфуку, прошлое лицо Императора, был типичным воякой, грубоватым, шумным, высокого роста. И кабинет у него был просторный, с массивной мебелью. Именно в том кабинете Мари впервые лично заговорила с Императором. И узнала правду о том, кем он является. Бессмертным существом, который правит Шин уже сорок с лишним тысячелетий. И смены Императоров на троне — это лишь смена «лиц».