Чтение онлайн

Я надел скафандр и присоединился к матросам, которые помогали пассажирам сражаться с непривычными костюмами. Для удобства работы на баркасе не было воздуха. Миссис Донхаузер летела с нашей группой, но я не успел поговорить с ней.

Ангар баркаса находился в центральном валу «Гибернии», впереди по отношению к диску. Мы вошли в воздушный шлюз, соединяющий две секции корабля, и, после того как воздушный шлюз закончил рециркуляцию, стали неловко проходить в ангар. Входя на палубу центрального вала, я чувствовал, как теряю вес. Впереди от меня, в сотне метров или около того, находился грузовой трюм, забитый медицинским оборудованием, точными приборами, штамповочными принадлежностями, а также сложной электроникой и другими поставками, предназначенными для колонии Надежда.

Мы рассадили пассажиров. Прозрачные иллюминаторы баркаса обеспечивали прекрасную видимость, и пассажиры не могли оторваться от них. Лейтенант Дагалоу связалась с капитанским мостиком, и почти сразу заскользили, открываясь, внешние ворота воздушного шлюза ангара.

Я с надеждой взглянул на пульт управления баркаса. Лейтенант Дагалоу с улыбкой покачала головой:

– У нас нет времени, Ник.

Я кивнул, покраснев от того, что мне снова напомнили о моей неопытности.

Короткими импульсами маневровых двигателей Дагалоу вывела баркас из ангара. Запульсировали мощные стартовые двигатели, из их сопел вырывались продукты реакции между жидким кислородом и водородом, обеспечивавшие нам тягу.

Лейтенант Дагалоу и не подумала вычислять курс, как это вынужден был бы сделать я, а окинула взглядом потерпевший аварию корабль и направилась к нему на глазок. Это было не совсем по уставу, но я позавидовал ее мастерству и в глубине души порадовался, что мне не пришлось пилотировать судно в таком сложном полете, когда одновременно приходилось следить за многими вещами.

Когда мы подошли ближе к мертвому кораблю, в наушниках раздалось потрескивание и послышался голос Дагалоу:

– Корабль Военно-Космического Флота Объединенных Наций «Селестина» отчалил от орбитальной станции «Марс» 23 мая 2083 года с экипажем численностью семьдесят пять человек, среди которых были и женщины, а также двенадцать офицеров. На корабле находились сто девяносто пять пассажиров, все колонисты, направлявшиеся на Надежду. – Она сделала паузу. – Вместе с ними находился и Джетро Назрел, сын Генерального секретаря. – Она сбавила газ. Еще немного – и мы подойдем к «Селестине».

Пора было включать тормозные двигатели.

На малой скорости мы придрейфовали совсем близко к колоссу. С завидным мастерством, приобретенным в результате долгого опыта, лейтенант Дагалоу включила маневренные двигатели и остановила баркас рядом с воздушным шлюзом «Селестины», Наш алюмалоевый люк открылся, и матрос перескочил с баркаса на корабль, находившийся в нескольких метрах от нас. Матрос снял с плеча трос и крепко привязал баркас к пиллерсу шлюза «Селестины». На корабле не было энергии, и мы не могли причалить баркас к стыковочным захватам «Селестины», нам не нужна была герметичная стыковка, поскольку все были в соответствующих костюмах.

Лейтенант Дагалоу и матрос спустились на борт «Селестины» и помогали нашим облаченным в скафандры пассажирам войти внутрь корабля. Другой матрос и я остались на баркасе, помогая им сойти, после чего я присоединился к этой не очень веселой экскурсии.

Примерно через каждые двадцать метров были установлены лампы. Мы пробирались по коридору второго уровня. Как и во всех кораблях устаревшей конструкции, в его диске было всего два уровня. Мусор, видимо, разлетелся во все стороны во время взрывной декомпрессии и теперь оставался лишь там, куда занесла его сила инерции.

Я впервые увидел такой корабль. На большей части его диска царили чистота и порядок. Лейтенант Дагалоу открыла люк каюты. Аккуратно заправленная койка ждала своего давно погибшего хозяина. На тумбочке лежал аккуратно сложенный костюм.

– Корабль входил в синтез, когда произошла авария. Двигатель взорвался внезапно. Корпус и диск получили сильные повреждения. Декомпрессия произошла почти мгновенно. – Дагалоу помолчала. – В настоящее время быстро закрывающиеся люки разделяют диск на секции и при подобной аварии многие могут выжить.

– Что послужило причиной аварии? – спросила миссис Донхаузер.

Лейтенант Дагалоу покачала головой:

– По правде говоря, неизвестно, – По телу у меня побежали мурашки. – С момента постройки «Селестины» двигатели ядерного синтеза несколько раз переделывались. Такого не случалось ни на одном корабле.

Она открыла люк, ведущий в соседнюю каюту. Там были игрушечная лошадка и шкаф, набитый игрушками для маленькой девочки. Меня затошнило, и я отвернулся.

– Что случилось с людьми? – спросил кто-то из пассажиров.

– Им устроили почетные похороны в космосе, когда судно было обнаружено «Армстронгом». Легендарный корабль Флота Объединенных Наций «Нейл Армстронг» под командованием Хьюго фон Вальтера, поисковое судно, обнаружил давно пропавшую «Селестину», а позднее открыл две новые колонии для поселенцев. Его командир выдержал борьбу с губернатором колоний, служил потом адмиралом флота и, наконец, стал Генеральным секретарем.

Матросы протянули трос, чтобы оградить нас от опасных зон, где с потолка свисали обломки металла. Мы поднялись по лестнице на первый уровень. Я с шумом дышал в своем скафандре. Антизапотевающее устройство работало в полную силу.

Все собрались на верхних ступенях лестницы и группой двинулись по круговому коридору «Селестины». Впереди едва брезжил тусклый свет, отражаясь от серых стен коридора.

– Прямо перед нами капитанский мостик, – сказала лейтенант Дагалоу. У открытого люка перед нами возник призрачный пустынный мостик. У меня дух захватило. С внешней стороны переборки мостика свисали сотни исписанных листков, и мы стали их читать.

«Роберт Вистидер, колонист, направляющийся на Надежду, в память об этом несчастном корабле. Написано в пятнадцатый день августа 2106 года милостью Божьей». «Мэри Элен Брейсуэйт, колонистка милостью Божьей, в память о наших братьях, погибших здесь. 11 декабря 2151 года». «Ахмед Измаил, в память о „Селестине“. 11 декабря 2151 года».

И все в таком духе. Каждый путешественник, попавший в эти отдаленные места, оставлял дань уважения своим трагически погибшим предшественникам. Многие из побывавших здесь улетели потом на Надежду или Окраинную колонию, прожили долгую жизнь и скончались от старости.

– Сюда! Смотрите! – Мы столпились возле листка, висевшего рядом с люком. – «Хьюго фон Вальтер, командир корабля „Нейл Армстронг“ Флота Объединенных Наций, в память о братском корабле „Селестине“. Упокой Бог ее душу и души всех, кто на ней плыл. 3 августа 2114 года». – Мы шли там, где когда-то шел командир фон Вальтер, и остановились на том месте, где стоял он в тот день, когда восемьдесят один год назад обнаружил «Селестину». Я попытался представить его себе. Он был замечательным человеком.

– Желающие могут оставить памятное послание будущим поколениям. – Лейтенант Дагалоу выудила из кармана скафандра коробку с крошечными круглыми магнитиками. Мы закопошились в поисках карандашей и бумаги. Прижав листки к стенам либо положив их на колени или на палубу, мы писали наши благословения погибшим.

Я долго думал, прежде чем написать. «Николас Эвинг Сифорт, в возрасте семнадцати лет, четырех месяцев и двенадцати дней, милостью Божьей офицер Флота Объединенных Наций, отдает честь памяти тех, кто ушел от нас. 16 января 2195 года». Я взял магнит, протянутый мне лейтенантом Дагалоу, и прикрепил листок к стенке в четырех метрах от входа на капитанский мостик.