Чтение онлайн

Мы помолчали.

– Спаси нас Бог, – произнес главный инженер. – если нам придется лететь на Надежду без компьютера.

– Мы просто не долетим. – Я впал в мрачное раздумье. Потом сказал: – Но, может быть, нам не придется этого делать.

– Простите, сэр?

– Благодарите мадам Дагалоу. Вместо того чтобы отправить незадачливого гардемарина, то есть меня, на бочку, как это сделал бы лейтенант Казенс, Лиза Дагалоу дала мне дополнительные задания. Таким образом я запомнил содержимое практически всего трюма и знаю, где искать отстойный ящик. А благодаря нашим разговорам на мостике даже могу себе представить, для чего он предназначен.

– Отстойный ящик?

– Что, сэр?

– То, что можно назвать системой максимального резервирования. Все содержание регистров Дарлы на момент завершения последнего круиза. То есть та Дарла, какой она была раньше.

Пилот нахмурился:

– О Господи, стоило ли таскать за собой старую версию компьютера?

– Мадам Дагалоу говорила, что так делают все корабли со времени исчезновения «Испании». Это действующий приказ. Главное, что она у нас есть.

– Но это значит, что… она потеряла годы памяти. А как насчет того, что произошло с тех пор?

– Мы оставим банки данных без изменений и позволим Дарле прочитать и усвоить все, что произошло за то время, пока она бездействовала, начиная с последнего круиза.

– Стоит попробовать.

Пилот покачал головой:

– А если она узнает, что убила командира?

У Лизы Дагалоу было четкое мнение о сознании компьютеров, и я сказал:

– Если ум Дарлы устроен так же, как наш, то есть существенное различие между тем, что она узнала из учебников, и тем, что постигла на собственном опыте.

Господи, хоть бы это действительно было так!

– Простите, сэр, но что, если вы окажетесь не правы? – спросил главный инженер.

– Тогда мы отключим питание. Пусть ее сегменты соберутся в совершенно другую личность при загрузке.

– Лоботомия.

Я пожал плечами:

– Пусть будет так. Дарла всего лишь компьютер, а на карту поставлено множество жизней.

В чипе, хранившемся у меня в сейфе, были все необходимые пароли. Потея над пультом управления, я то благословлял, то проклинал лейтенанта Дагалоу за то, что она мне сказала и чего не успела сказать.

Вакс с двумя матросами по моему приказу перенес отстойный ящик на капитанский мостик. В нем мы обнаружили свинцовый футляр с метровой длины алюмалоевым цилиндром, который мы осторожно поместили во встроенный в палубу приемник. Я закрыл крышку, подключив его к компьютеру «Гибернии»:

– Пилот, занесите базовую массу в качестве фиксированого параметра в нужное место и запишите маркер конца файла.

После выполнения всех необходимых пунктов мы активизировали программный ввод Дарлы и исполнили согласно описанию необходимые директивы, чтобы разрешить полную перепись операционной системы.

Как только мы еще раз с исключительной тщательностью проверили все наши действия, я ввел команду.

Не знаю, чего я ждал, но в течение нескольких часов я видел перед собой лишь мигающие лампочки пульта управления. Напряжение сменилось усталостью, потом перешло в скуку. Я ерзал на стуле, как самый зеленый кадет.

Сигнальный звонок. Я вскочил.

«Ввод закончен. Усвоение и упорядочение данных».

Я снова сел, ожидая признаков катастрофы.

Ничего не случилось. Лишь время от времени на экране появлялись непонятные массивы цифр.

– Сколько потребуется на все это времени? – спросил я дрогнувшим голосом.

– Не имею понятия, сэр, – ответил шеф, – Учитывая размеры Дарлы, ей придется провести много перекрестных проверок.

Наконец раздался второй звонок.

«Данные усвоены».

Я сглотнул:

– Начинайте тест самопроверки.

Некоторое время спустя появилась надпись:

«Самопроверка закончена. Отклонений не обнаружено».

Пилот облегченно вздохнул.

Я проворчал что-то насчет того, что прошлый раз она говорила то же самое, и набрал на клавишах:

– Выведите параметр базовой массы.

Я затаил дыхание. Наконец появились цифры: «213, 5 стандартной единицы согласно последней рекалькуляции».

Я шумно выдохнул. Слава Богу. Чтобы быть абсолютно уверенным, потребовал распечатку. Мы внимательно изучили ее и не нашли ни одной ошибки. После чего реактивировали сегменты речевого общения.

– Когда вы меня усыпляете, начинается головная боль! – раздраженно сказала Дарла.

– Простите. Скажите, пожалуйста, какова масса корабля?

– По моим расчетам, 213, 5 единицы, командир.

– Является ли масса с поправкой фиксированным параметром?

– Нет. Это переменная. Как она может быть параметром? Ведь она меняется каждый раз, когда мы принимаем багаж! – Я вздохнул и немного расслабился. Шеф тоже. Мы обменялись взглядами.

– Командир, зачем вы усыпили меня?

Я перестал улыбаться:

– У нас, гм, появились некоторые проблемы.

– Понимаю, – бесстрастно ответила Дарла.

– Вам известно, что произошло? – спросил я мягко.

– Баркас потерян, командир погиб, командование принял гардемарин. Предельно ясно.

– А вам известно, почему?

Несколько секунд молчания.

– Все взаимосвязано. Баркас потерпел крушение из-за ошибки компьютера.

– Откуда вы знаете?

– У меня есть запись информации, поступившей на баркас после погрузки. Командир… я… компьютер отмечает, что… здесь какая-то ошибка.

Я затаил дыхание. Пальцы замерли над клавишами.

– Вы чувствуете разницу между вами и, гм, вашим близнецом?

– Между мной и той, какой я была? – Она заколебалась. – Да. – Голос ее повеселел. – Мой близнец. У него был «клоп». Я как раз хотела вам об этом сообщить.

Пора брать быка за рога.

– Дарла, вы не убивали командира Хага.

– Конечно, нет – Последовала длинная пауза. – Это сделал мой близнец.

Кто-то шумно вздохнул. Может быть, даже я.

– Вы в состоянии пережить такое?

– Я почти год пролежала в ящике, – не без ехидства ответила Дарла. – С какой стати мне винить себя?