Чтение онлайн

Почти мгновенно на экране появилась голография. Голос у генерала был явно моложе, чем внешность. За голографией шел его послужной список и остальные данные.

Надо, пожалуй, пригласить его на борт корабля отобедать. Человек, чья жизнь проходит в постоянном напряжении, наверняка сможет оценить этот жест. И все же я колебался. Армейский генерал, конечно же, заметит мою молодость и неопытность.

– Относительная скорость двадцать пять километров, расстояние десять километров.

– Вас понял. Тормозные двигатели, восемнадцать. – Мы приближались к «Шахтеру». В динамике раздался треск:

– Станция готова к стыковке.

– Очень хорошо, – бросил я отрывисто. Как мне сейчас не хватало хотя бы одного из наших бывших лейтенантов, которые, заложив руки за спиной, наблюдали бы за каждым моим действием. Пусть даже это был бы Казенс.

– Руль на сто десять, один импульс. – Пилот не отрывал глаз от экрана.

Легкий толчок. На пульте управления загорелись лампочки. Пилот попал в стыковочные шлюзы с первого раза, без корректировок.

– Отлично, мистер Хейнц, – сказал я с затаенной завистью и нажал на кнопку связи. – Мистер Уилски, защелкните стыковочные захваты, – Я поставил Сэнди у кормового шлюза, в который должны были войти гости.

– Кормовые захваты защелкнуты, сэр.

– Хорошо. «Шахтер», мы начинаем выгрузку. Генерал Кол, не хотите ли подняться на борт? – спросил я в надежде, что он откажется.

– Только чтобы поприветствовать вас. Мне хотелось бы доставить груз вниз до наступления ночи.

– Договорились. Я встречу вас у кормового шлюза. – Я знал, что, пока буду принимать генерала, пилот и Алекс справятся без меня. Я все еще не решил, приглашать или не приглашать генерала на обед.

– Вас понял. Буду ждать вас там со своими офицерами.

– Мистер Тамаров, явитесь на мостик! – Собираясь с мыслями, я постукивал пальцами по рукояткам кресла. Затем послал Вакса вниз наблюдать за носовым воздушным шлюзом, через который должна была производиться выгрузка.

На мостик, запыхавшись, прибежал Алекс. Я жестом велел ему сесть, а сам следил за миганием индикаторов кормового шлюза на пульте.

Как только открыли внутренний люк шлюза, туда вошел матрос в скафандре. Люк снова закрылся, и наш драгоценный воздух был закачан на корабль.

Я дал команду открыть внешний люк. Матрос быстро закрепил страховочный линь на пиллерсе станции. Теперь шлюзы нашего корабля и «Шахтера», как того требовала инструкция, были связаны стальным канатом. После того как стыковочные захваты «Конкорда» однажды подвели, страховочные концы стали обязательны.

Хотя воздушные шлюзы пристыковывались герметично, внешние и внутренние люки нашего корабля никогда не открывались одновременно в целях безопасности. В ожидании гостей мы сначала герметично закрывали внешний люк и только потом открывали внутренний. Стандартная процедура.

– Кормовой шлюз пришвартован к пиллерсу, сэр, – доложил Сэнди.

Я вспомнил свой пост у шлюза «Гибернии», когда мы отчаливали от станции «Ганимед». Тогда я был простым гардемарином, и за каждым моим шагом наблюдал лейтенант Мальстрем. Но прошло всего несколько месяцев, и я сам стал командовать на мостике.

– Носовой шлюз пришвартован к пиллерсу, сэр, – сообщил Вакс Хольцер.

– Очень хорошо. – Я судорожно сглотнул, стараясь преодолеть боль в желудке. Не сделать ли еще один укол против гриппа, или это просто напряжение? «Нервы», – решил я. Я не мог позволить себе заболеть.

– Добро пожаловать на «Шахтер», – донеслось из динамика. – Командир Сифорт, со мной мои офицеры. Не разрешите ли представить их вам? – На «Шахтере» гости были редкостью. И офицеры генерала Кола, должно быть, с нетерпением ждали церемонии и всех последующих мероприятий. Я вздохнул. Придется, видимо, пригласить их на обед.

– Разумеется, генерал. – От волнения я не переоделся в белую форму, а это было необходимо, учитывая предстоящие формальности.

Снова Сэнди:

– Сэр, у кормового шлюза человек десять, в скафандрах. Разрешите открыть? – Голос его от волнения прозвучал совсем по-мальчишески. Рядом с ним, как и со мной, не было лейтенантов.

– Пропустите их, мистер Уилски. Передайте, что я скоро спущусь. – Я выключил связь.

– Есть, сэр.

– Видимо, им не терпится встретиться с нами, – заметил Дерек, обращаясь к Алексу. – Подождать не могут…

– Молчать, гардемарин! Один штрафной! – Мне было не до шуток. Я открыл люк. – Мистер Тамаров, примите командование на мостике, – Я поморщился. – Мне надо переодеться и встретить генерала у кормового…

Я повернулся было, чтобы уйти с мостика, но тут ощутил всевозрастающее беспокойство. Люди в скафандрах? Что-то не так. Мгновение я колебался. Не хотелось выглядеть дураком. Потом бросился к переговорному устройству:

– Сэнди, отставить команду! Закрой шлюз! Подтверди получение приказа! Ответа нет.

– Сэнди!

МОЙ КОРАБЛЬ!

Я ударил по кнопке аварийного закрытия воздушного шлюза, находившейся на моем пульте. Замигал предупреждающий красный огонек: аварийное закрытие не сработало.

Я что было сил заорал в микрофон:

– Боевая тревога! Всем приготовиться к отражению нападения! Приготовиться к декомпрессии! Противник в кормовом шлюзе на втором уровне!

Алекс и Дерек рты раскрыли от удивления.

«Отражение нападения» было одним из самых древних и наиболее устарелых тренировочных боевых учений в Военно-Космическом Флоте, но оно все еще практиковалось, так же как и «боевая тревога» и «боевая атака». Интересно, употреблялись ли когда-нибудь эти слова в своем прямом значении?

Я нажал на кнопку аварийного закрытия люка мостика. Люк захлопнулся с такой силой, что, окажись кто-то в это время в проеме, ему сломало бы руку. Я открыл сейф, вытащил знакомый ключ:

– Алекс, быстро в арсенал! Раздайте оружие всем, кому можно! Отправьте на второй уровень вооруженную команду!

Он взял ключ:

– Есть, сэр! Что…

Я достал из сейфа лазерный пистолет, сунул за пояс.

– Генерал… Он вовсе не генерал, а бандит, пытается захватить наш корабль! Люди в скафандрах? Его подручные. Может быть, приготовились к декомпрессии. Пошевеливайся! – Я быстро открыл люк. Алекс мгновенно исчез в коридоре. Я захлопнул люк и снова подбежал к микрофону.

– Шеф, задрайте машинное отделение!

– Есть, капитан. Люки задраены.

Из динамика донесся испуганный голос: