Надменный герцог
Шрифт:
На следующее утро Джулиет, как обычно, позавтракала в обществе Тересы, а потом Мигель уговорил их покататься на машине. Он повез их в Вентерру. Пока Джулиет ходила за покупками, Тереса оставалась в машине, и на все попытки своей компаньонки заговорить с ней или оказать помощь, отвечала упорным молчанием.
На фазенду они вернулись к ленчу; герцога в доме не было. В столовой к Тересе подошла экономка:
— Ваш дядя, сеньорита, просил передать вам кое-что.
Девушка сразу встрепенулась.
— Что же?
— Ему пришлось уехать по делам на Барбадос. Вероятно, его не будет несколько дней. Он не планировал эту поездку, просто возникла срочная необходимость.
Тереса надулась.
— Вот как! И это все? — недовольным тоном спросила она.
— Да, сеньорита. Если бы вы были дома в то время…
— Если бы! — с горечью произнесла она, и перевела взгляд на Джулиет. — Вы, вероятно, воображаете, что теперь сможете обращаться со мной как вам заблагорассудится.
— Нет, конечно! — возразила Джулиет.
— Берегитесь, а то вам не поздоровится! — пригрозила ей Тереса.
Джулиет вздохнула.
— Почему ты упорствуешь в своем глупом враждебном отношении ко мне? — устало спросила она. — Ты же видишь, что я уже здесь, и ничего не сможешь изменить!
— Ничего? Посмотрим! — Тереса откатила свое кресло от стола. — Консуэло! Позови сестру Медисон. Я хочу вернуться в свою комнату.
Для удобства комнаты Тересы располагались на первом этаже, но Джулиет ни разу там не была. Ей очень хотелось, чтобы ее воспитанница была обычной девушкой с обычными запросами, симпатиями и антипатиями, а не одержимая всепоглощающей страстью к собственному дяде.
Поднявшись к себе в комнату, Джулиет надела черный купальник, набросила полосатый махровый халат и, спустившись вниз, направилась по тропинке на пляж.
Она немного позагорала прежде, чем окунуться в освежающие воды Карибского моря. Вода была теплой, но приятно освежала тело, и девушка с удовольствием плавала, время от времени переворачиваясь на спину, чтобы отдохнуть.
Она много времени провела на пляже и вернулась как раз к чаю. Обычно она пила чай у себя в комнате, но сегодня неожиданно встретила в холле Эстеллу Винсейро. Та показалась в дверях гостиной и обратилась к Джулиет:
— Простите, сеньорита Саммерс, вы не очень торопитесь? Не составите ли мне компанию?
Джулиет улыбнулась.
— С удовольствием, если вы позволите мне переодеться.
Эстелла снисходительно кивнула.
— Конечно. Я буду ждать в гостиной.
Гостиная была просторной уютной комнатой с мягкими креслами и диванами. Особо элегантный вид придавал ей потолок со сложными лепными украшениями и обтянутые гобеленом стены. В высоком шкафу за стеклом стояла великолепная коллекция китайского фарфора, а на камине — старинные французские часы с боем.
Когда, Джулиет, в легком вышитом платье из хлопка, посвежевшая после купания, вошла в гостиную, она застала Эстеллу мирно расположившейся на мягком диване. Перед ней на столике стоял серебряный чайник и изящные фарфоровые чашечки.
— Вам со сливками и сахаром, сеньорита? — спросила она.
— Только со сливками, спасибо. — Джулиет села в кресло напротив. — Сегодня прекрасный день.
— Несомненно. Прошу вас! — Она подала девушке чашку, предложила сэндвичи и печенье, а потом, взяв свою чашку, лениво откинулась на спинку дивана с видом, будто уже была хозяйкой этого дома.
Джулиет стала пить чай, отчаянно пытаясь найти тему для беседы.
— Герцог сегодня уехал на Барбадос, — наконец сказала она.
Эстелла улыбнулась.
— Я знаю. Он мне позвонил перед отъездом.
Джулиет кивнула, улыбнувшись в ответ, и опустила глаза. Эстелла пристально рассматривала ее, и хотя Джулиет нравилась эта женщина, такое пристальное внимание вызывало неловкость.
Наконец Эстелла сказала:
— Скажите, сеньорита, как у вас обстоят дела с Тересой?
Джулиет вздохнула. Ей не хотелось быть невежливой по отношению к сеньоре Винсейро, но и обсуждать поведение Тересы не хотелось тоже.
— Мы… мы очень медленно… продвигаемся вперед, — смущенно ответила девушка.
— Я так и думала. А герцог? Он встал на сторону Тересы, чем еще больше осложнил вашу работу?
— Нет. Я хотела сказать… кажется, нет.
Эстелла кивнула, как будто ответ Джулиет удовлетворил ее.
— Вы, вероятно, не знаете, сеньорита Саммерс, что как раз в то время, когда с Тересой произошел несчастный случай, мы с Фелипе думали пожениться.
— О! — только и смогла вымолвить Джулиет.
— Да. Потому я так и старалась найти для Тересы компаньонку, которая понравилась бы ей. Как вы понимаете, это нелегко. Фелипе отказывается даже думать о браке, пока Тереса так беспомощна, так зависима от него.
— Понимаю. — Джулиет допила свой чай и поставила чашку на столик. Эстелла открыла пачку сигарет и спросила:
— Вы курите, сеньорита?
— Да, — ответила Джулиет и, взяв предложенную сигарету, закурила. Эстелла курить не стала. Сложив руки на груди, она продолжала рассматривать свою собеседницу.
— У вас остался в Англии молодой человек, сеньорита? Тот, кто вам особенно дорог?
Джулиет покачала головой.
— К сожалению, нет.
— Печально. А сколько вам лет?
— Двадцать один год, сеньора.
— Тем более, удивительно, вы такая привлекательная девушка. А ваши родители живы?
— Только отец, сеньора.
— Мама умерла?
— Она умерла при моем рождении.
Джулиет начала уставать от этого допроса. Ей хотелось и самой задать несколько вопросов, но она сомневалась, что сможет получить на них ответ.
Сеньора Винсейро, кажется, поняла состояние девушки, потому что сказала:
— Простите мое любопытство, сеньорита, но как будущая тетушка Тересы, я чувствую ответственность за нее.
— Я понимаю.
— Пожалуйста, не обижайтесь. — Эстелла улыбнулась, и Джулиет заставила себя ответить ей улыбкой, хотя какая-то часть симпатии к этой женщине уже исчезла. Такое хозяйское поведение стало вызывать больше раздражение. Теперь Джулиет стала понимать, почему Тереса довольно неприязненно относится к сеньоре Винсейро, и чувствовала, что несмотря на внешнюю любезность, Эстелла просто использовала ее, Джулиет, в своих интересах, а дружелюбие сеньоры было лишь средством достижения собственных целей. Может быть, Эстелла рассчитывала найти в новой компаньонке союзницу, которая поможет повлиять на герцога и заставить его согласиться на брак в самом ближайшем будущем. Но Эстелла не могла знать, в каком смятении чувств находится сама Джулиет с тех пор, как приехала на Вентерру.